Эфирный Механик: Вечный Двигатель
В центре зала полукругом стояли восемнадцать медицинских саркофагов. Внутри, сквозь покрытые изморозью смотровые окна, виднелись лица людей в форме шахтерского корпуса и научных сотрудников. На центральном терминале светилась надпись:
«Начальник смены, главный геолог сектора: Ингрид Вайс. Протокол "Последний рубеж". Энергия исчерпана на 99.8%. Если нас кто-то слышит... не дайте им разбудить Сердце Разлома».
Глеб подошел к главному терминалу распределения энергии бункера. Силовые кабели превратились в ломкие ледяные сосульки.
— Спокойно, геолог Вайс. Смена прибыла, — тихо сказал Захаров.
Он отсоединил от правого наплечника резервный картридж твердого эфира — призматический кристалл размером с предплечье, внутри которого бушевала спрессованная мощь тысячи киловатт. Одним точным движением инженер вогнал кристалл прямо в разорванное гнездо центрального трансформатора.
— «Интеграция Эфирной Шины». Сопряжение!
Из кристалла во все стороны ударили тончайшие световые нити. Они оплели старые медные шины бункера, заменяя сгоревшие реле и выгоревшие предохранители живыми контурами твердого эфира.
*ЩЕЛК! ВЖ-Ж-Ж-Ж!*
В ту же секунду под потолком с мерцанием вспыхнули теплые галогеновые лампы. Вентиляционные решетки с натужным стоном провернулись, и в зал хлынул подогретый, обогащенный кислородом воздух. Загудели насосы крио-капсул. Давление на манометрах скакнуло в зеленую зону, а жизненные показатели на мониторах спящих людей начали стремительно выравниваться.
[СПАСАТЕЛЬНАЯ ОПЕРАЦИЯ: ШАХТЕРЫ КОМПЛЕКСА «КЕЛЛИ»]
— Спасено ключевых специалистов: 18 человек.
— Получено опыта: 500 000 EXP.
— Дополнительная награда: Получен доступ к глубинным геологическим картам Разлома Келли!]
В центральной капсуле послышалось шипение стравливаемого газа. Защитный колпак медленно откинулся вверх.
Женщина лет тридцати пяти, с короткими светлыми волосами, покрытыми инеем, и кибернетическим имплантом вместо правого глаза, судорожно вдохнула воздух и закашлялась. Ее пальцы вцепились в края саркофага. Кибероко бешено сфокусировалось на массивном силуэте Глеба, стоявшего перед ней в сверкающем экзоскелете.
— Вы... штурмовой корпус Земли?.. — прохрипела она пересохшими губами. — Нет... форма нестандартная. Знаков различия флота нет...
— Инженерная служба спасения, если вам так удобнее, госпожа Вайс, — мягко произнес Глеб, протягивая ей портативный ингалятор с питательной глюкозной смесью. — Пейте медленно. Вы проспали здесь почти полгода.
Ингрид жадно сделала несколько глотков, и ее взгляд обрел осмысленность. Внезапно она дернулась, схватив Захарова за предплечье брони:
— Нельзя терять время! Если вы подали энергию в сеть... оно почувствует! Оно проснется!
— Кто «оно»?
— Под платформой... на глубине одного километра, в разломе, — ее голос дрожал от неподдельного ужаса. — Мы бурили сверхглубокую скважину в поисках жилы нулевого кристалла. Но мы докопались до... гнезда. Там спал Энтропийный Голиаф. Чудовище шестого ранга. Именно он уничтожил гарнизон станции одним выбросом абсолютного нуля! Пожиратели слетелись на его зов, как мухи на падаль!
Словно в ответ на ее слова, вся скальная толща планетоида содрогнулась от чудовищного, глубинного удара.
*ГУ-У-У-У-У-УМ!*
С потолка бункера посыпалась каменная крошка. Освещение тревожно мигнуло. Из глубины шахты донесся звук, от которого заломило зубы даже сквозь бронешлем: это был стон разрываемого пространства.
[ТРЕВОГА МАКСИМАЛЬНОГО УРОВНЯ: ПРОБУЖДЕНИЕ РЕГИОНАЛЬНОГО БОССА СЕКТОРА!]
— Объект: «Энтропийный Голиаф Нулевой Точки» (Титан Бездны, Ранг: Древний Коллапсар).
— Уровень: 262.
— Масса: 140 000 тонн.
— Способности: Абсолютное поле энтропии (Радиус: 3 000 метров). Аннигиляция любых термодинамических процессов. Гравитационный сдвиг разлома.
— Статус: Движется вертикально вверх по стволу центральной шахты!]
Ингрид побелела как полотно:
— Это конец... Против него бессильны даже орбитальные бомбардировщики. Их плазма замерзает на подлете...
Глеб Захаров медленно опустил забрало шлема. Глаза инженера за прозрачным бронестеклом сузились, превратившись в два холодных стальных клинка.
— Орбитальные бомбардировщики полагались на грубую силу термоядерного синтеза, — ровным, без единой нотки страха голосом ответил Глеб. — Они пытались согреть океан чайной ложкой. Я же не собираюсь его согревать. Я построю здесь плотину. Сидите в бункере, госпожа Вайс. Дверь я заблокирую внешним полем. Что бы ни происходило наверху — не выходите, пока я не закончу развертывание Рубежа.
Захаров развернулся и активировал ранцевые ускорители.
Синей кометой он взмыл по шахте вверх, вылетая обратно на поверхность платформы.
То, что открылось его взору, потрясло бы воображение любого неподготовленного человека.
Центральная часть посадочной платформы диаметром в полкилометра вспучилась и с оглушительным скрежетом треснула. Из разверзшейся бездны медленно поднималось нечто циклопическое.
Это была гора из черного зеркального льда, увенчанная десятками кристаллических наростов, напоминающих зубцы короны. Тело Голиафа отдаленно напоминало колоссального кракена, сросшегося с тектонической плитой. Его щупальца представляли собой толстенные колонны спрессованного анти-эфира, вокруг которых вращались вихри абсолютного вакуума. В центре туловища монстра пульсировало ослепительно-черное ядро — сингулярность, всасывающая в себя свет, радиацию и само пространство.
Вокруг Голиафа температура континуума мгновенно упала до немыслимых величин — приборы экзоскелета зафиксировали 0.001 Кельвина. Пространство вокруг твари пошло серыми рябящими полосами: время здесь начинало замедляться из-за чудовищной энтропийной плотности.
[ВНИМАНИЕ! Вы вошли в зону Сингулярного Вымораживания!]
— Скорость движения снижена на 60%.
— Навык «Термодинамический Инвертор» перегружен на 180%!
— Входящий эфирный поток превышает емкость накопителей: КРИТИЧЕСКИЙ НАГРЕВ КВАНТОВЫХ МАТРИЦ!]
— Слишком много холода? — прорычал Глеб, чувствуя, как экзоскелет вибрирует от бешеного притока энергии, которую некуда было сбрасывать. — Прекрасно! Значит, мы пустим этот излишек в дело немедленно!
Он вскинул обе руки к небу.
— Рой! Все единицы — ко мне! Протокол «Великое Строительство: Основание Пилона 2»!
Из всех расщелин и укрытий разлома взмыла сверкающая армия. К этому моменту число «Скарабеев-Альфа», непрерывно пожиравших останки пиявок и базальт, перевалило за две тысячи единиц! Они неслись к Глебу плотной лазурной рекой.
Голиаф заметил суету у своего подножия.
Его циклопическое черное щупальце толщиной в пятиэтажный дом с чудовищным свистом обрушилось прямо на позицию инженера. Воздух впереди удара сжался до состояния твердого водорода.
Глеб не стал уклоняться. Он вонзил ноги в породу и активировал накопленную энергию инвертора.
— «Эфирный Таран: Абсолютная Опора»!
Из его плеч и пояса в базальт ударили четыре титано-эфирные сваи толщиной в метр, намертво привязав экзоскелет к ядру планетоида. Одновременно с этим манипулятор выбросил вперед концентрированный конус спрессованного лазурного эфира.
*БАБА-А-А-АХ!*
Черное щупальце Голиафа врезалось в эфирный конус. Ударная волна сорвала верхний слой платформы, разметав тысячи тонн камня. Но Глеб выстоял. Эфирный щит треснул, но выдержал, перенаправив девяносто процентов кинетической энергии вглубь планетоида.
— Ты слишком медленный, кусок айсберга! — крикнул Захаров. — Рой, на абордаж! Вгрызайтесь в узловые точки!
Две тысячи «Скарабеев-Альфа» единой лавиной обрушились на гигантское тело Голиафа.
Обычные орудия отскакивали бы от его панциря, но челюсти «Скарабеев» были настроены на молекулярную дезинтеграцию. Миллионы крошечных резцов с ультразвуковым скрежетом вонзились в черный лед титана. Дроны не просто разрушали его плоть — они начали внедрять в его кристаллическую структуру частицы твердого эфира!
Для существа, сотканного из абсолютного нуля, твердый эфир был чистейшим ядом.
Голиаф взревел. Пространственный рев разорвал остатки атмосферных куполов станции. По его ледяному панцирю побежали золотисто-лазурные прожилки — эфирная инфекция стремительно распространялась по телу чудовища, сковывая его движения и обращая вечный лед в стабильный квантовый кристалл.
— А теперь — коронный номер, — оскалился Глеб.
Он переключил режим универсального манипулятора на максимальный предел мощности.
В накопителях «Титан-Эфира» бушевало свыше полумиллиона единиц энергии, поглощенной у самого Голиафа. Захаров направил весь этот чудовищный океан силы в фокусирующие кварцевые линзы. Линзы раскалились добела, испуская тонкие струйки овеществленного света.
— Системный Чертеж: «Крио-Эфирный Пилон Келли: Сердечник»! — провозгласил Архитектор. — Материализовать прямо в мишени!
Глеб совершил рывок вперед, взмыв на реактивной тяге прямо к пульсирующей черной сингулярности в груди титана. Монстр попытался смахнуть наглого карлика вторым щупальцем, но Рой «Скарабеев» мгновенно сформировал перед ним щитовую стену, приняв удар на себя. Сотни дронов разбились вдребезги, но дали своему Создателю те самые драгоценные две секунды.
Захаров приблизился вплотную к черному ядру.
Жар и холод сплелись здесь в безумном танце. Пространство рвало броню экзоскелета, забрало шлема покрылось микротрещинами, но рука механика не дрогнула.
Он вонзил правый манипулятор, заряженный циклопической структурой будущего пилона, прямо в сердцевину сингулярности Голиафа!
— «ТРАНСМУТАЦИЯ ЯДРА»! — взревел Глеб. — Твоя тьма станет моим маяком! Твой холод станет моим фундаментом! РОЖДАЙСЯ, РУБЕЖ ДВА!
*ВСПЫШКА, ЗАТМИВШАЯ ВСЕЛЕННУЮ!*
Вместо взрыва разрушения раздался звук рождающейся гармонии — чистый, кристальный звон колоссального камертона.
Сингулярность Голиафа захлебнулась полумиллионным зарядом твердого эфира. Черная воронка схлопнулась, а на ее месте вспыхнула ослепительная лазурная искра автосинтеза.
Эфирный огонь начал с чудовищной скоростью поглощать тело стосорокатысячетонного монстра. Ледяная плоть титана не погибла — она трансформировалась! Черный лед становился прозрачным, как слеза, обретая идеальную сапфировую огранку. Щупальца Голиафа устремились вниз, вплавляясь в базальтовый шельф разлома и превращаясь в исполинские опорные колонны. А его центральное туловище вытянулось ввысь, формируя граненый трехсотметровый обелиск Второго Эфирного Пилона!
Голиаф перестал существовать как враг. Он стал строительным материалом для цитадели человечества.
[ВНИМАНИЕ! УНИЧТОЖЕН РЕГИОНАЛЬНЫЙ БОСС: «ЭНТРОПИЙНЫЙ ГОЛИАФ НУЛЕВОЙ ТОЧКИ»!]
[ПРОИЗВЕДЕН АРХИТЕКТУРНЫЙ ЗАХВАТ И ТРАНСМУТАЦИЯ СУБСТАНЦИИ!]
— Получено опыта: 35 000 000 EXP!
[ВНИМАНИЕ! УРОВЕНЬ ОПЕРАТОРА ПОВЫШЕН: 255!]
[ВНИМАНИЕ! УРОВЕНЬ ОПЕРАТОРА ПОВЫШЕН: 256!]
[ВНИМАНИЕ! УРОВЕНЬ ОПЕРАТОРА ПОВЫШЕН: 257!]
— Свободные Очки Архитектурного Синтеза: +60 ОАС.
— Прочность возведенного фундамента Рубежа 2: 450 000 / 450 000 ед. (Сверхпрочный монолит).]
Глеб мягко опустился на вершину новорожденного обелиска. Его экзоскелет дымился, рассеивая излишки тепла, но манипулятор уже работал в автономном режиме, связывая воедино тысячи энергетических магистралей.
Уцелевшие «Скарабеи-Альфа», число которых благодаря непрерывной переработке останков врагов вновь превысило три тысячи, сотнями кружили вокруг обелиска. Они на лету заделывали швы, полировали сапфировые грани и вживляли в основание пилона геотермальные уловители.
Захаров подошел к центральному замковому камню вершины Пилона 2.
— Первый этап завершен, — произнес он в пустоту. — Теперь самое главное. Синхронизация цепи.
Глеб открыл дальний канал связи и активировал резонансный передатчик:
— «Якорный Бастион Гелиоса». Полковник Брант, прием. Вы меня слышите?
Спустя пару секунд сквозь треск статики пробился ошеломленный, дрожащий голос старого коменданта:
— Господин Захаров?! Боги вселенной, мы видим на наших дальних телескопах колоссальную вспышку в координатах Разлома Келли! Наши датчики сходят с ума! Температурная аномалия в вашем секторе только что подскочила до нормальных значений! Что там произошло?!
— Мы заложили фундамент Второго Пилона, полковник, — спокойно ответил Глеб. — Приготовьтесь. Сейчас мы замкнем первый сегмент Вечного Двигателя. Направьте фокусирующие зеркала Пилона 1 на мои координаты. Дайте резонансную волну!
— Выполняю! Вся мощность Гелиоса — в вашем распоряжении!
Глеб положил ладонь на терминал Второго Пилона.
— Кампания «Вечный Двигатель». Секторальный узел 2. Пробуждение! Связать контуры!
*У-У-У-У-У-У-УХ!*
Вершина Второго Пилона раскрылась, выпуская в черное небо Разлома Келли столб пронзительного лазурно-серебряного света.
Одновременно с этим, преодолевая миллионы километров пустоты со скоростью мысли, из глубин космоса ударил ответный золотой луч Якорного Бастиона Гелиоса.
Два луча встретились на границе астероидного пояса. В точке их соприкосновения родилась вибрирующая, ослепительно яркая Высокочастотная Резонансная Струна. Твердый эфир двух пилонов замкнулся в единую замкнутую цепь!
Вся космическая пустота между Бастионом 1 и Разломом Келли вспыхнула сетью золотых силовых линий. Энтропийный мороз Бездны с шипением отступил, изгоняемый колоссальной волной тепла и гармонии. По замерзшим коридорам станции «Келли-Глубинный» побежали потоки чистейшей энергии. Черный лед на дне каньона испарялся на глазах, обнажая богатейшие жилы титана и сингулярных конденсатов.
Над Разломом Келли, охватывая территорию в двести километров, развернулся непроницаемый сапфировый купол Второго Рубежа!
Торжественный голос Системы прогремел не только в сознании Глеба, но и раскатился по всем каналам связи Сектора 238:
[ВНИМАНИЕ! ВСЕОБЩЕЕ ОПОВЕЩЕНИЕ СЕКТОРА 238!]
[РУБЕЖ 2 («КРИО-СТАБИЛИЗАТОР КЕЛЛИ») УСПЕШНО РАЗВЕРНУТ И АКТИВИРОВАН!]
— Текущий прогресс Кампании «Вечный Двигатель»: 2 / 20 Рубежей зафиксировано.
— Сформирован первый энергетический мост: «Гелиос — Келли».
— Выработка энергии объединенной цепи: 12.6 Тераватт/час (Резонансное умножение x1.8).
— Освобожденная сырьевая база: Горно-обогатительный комплекс «Келли» возвращен под контроль человечества.
— Спасенные специалисты: 18 инженеров высшей квалификации приняты под защиту Рубежа.
[НАГРАДА ЗА РАЗВЕРТЫВАНИЕ РУБЕЖА 2:]
— Свободные Очки Архитектурного Синтеза: +100 ОАС.
— Разблокирован чертеж тяжелого класса: «Автономная Эфирная Турель Обороны Периметра: "Бастион-1"».
— Получен уникальный титул: «Укротитель Абсолютного Нуля» (+20% к сопротивлению энтропии, +15% к скорости синтеза в холодных средах).
[ОТКРЫТ ПЕРЕХОД К КООРДИНАТАМ РУБЕЖА 3: «МАГМАТИЧЕСКАЯ КОРОНА ВУЛКАНА».]
Глеб медленно выдохнул. Шлем экзоскелета с шипением откинулся назад. Свежий, пахнущий озоном и теплым базальтом воздух наполнил легкие инженера.
По сервисной лестнице, ведущей на платформу пилона из нижнего бункера, уже поднимались люди. Впереди шла Ингрид Вайс. Ее кибероко непрерывно фиксировало параметры работающего обелиска, а по щекам женщины текли слезы. За ней шли остальные семнадцать шахтеров, не верящих своим глазам: черная бездна разлома, бывшая их братской могилой, теперь сияла сапфировым светом безопасности и тепла.
— Господин Захаров... — Ингрид остановилась, глядя на трехсотметровый обелиск, созданный из тела убитого чудовища. — Вы сделали это. Вы не просто спасли нас... Вы подчинили сам Разлом. Вся рудная база комплекса снова жива! Мы можем давать миллионы тонн сырья для фронта!
Глеб Захаров повернулся к геологу и слегка улыбнулся.
— Мне понадобится это сырье, госпожа Вайс. На базе «Келли» мы развернем автоматизированный завод по производству дронов «Скарабей» и защитных турелей. Вы и ваши люди назначаетесь комендантской инженерной группой Второго Рубежа.
Он перевел взгляд на голографическую карту сектора, зависшую в воздухе перед его манипулятором.
Между Рубежом 1 и Рубежом 2 горела яркая, нерушимая золотая нить. Но впереди, в глубине Сектора 238, мигала багровая точка третьей секторальной катастрофы — бушующий плазменный шторм «Магматической Короны Вулкана», где избыток хаотической тепловой энергии грозил разорвать пространственную ткань.
— Два рубежа позади. Осталось восемнадцать, — спокойно произнес Эфирный Механик, сжимая кулак бронированного манипулятора. — Мы свяжем этот сектор в единый узел. Чего бы нам это ни стоило.
Глава 3. Развертывание рубежа 3
Пространственный шлюз базы «Келли» за спиной Глеба захлопнулся с тяжелым пневматическим лязгом. Сапфировое сияние второго обелиска, укротившего абсолютный холод мертвого разлома, осталось позади. Впереди разверзалась вертикальная шахта скоростного субпространственного канала — технологической артерии, пробитой еще во времена Первой Экспансии, а ныне источенной дикими искажениями Сектора 238.
Манипулятор Глеба гудел от остаточного напряжения. Восемнадцать оставшихся рубежей горели на внутренней проекции сетчатки как цепочка разорванных нервных узлов. Но третий узел — «Магматическая Корона Вулкана» — пульсировал с частотой аритмичного сердца, захлебывающегося в собственной крови.
[ВНИМАНИЕ! ЗАФИКСИРОВАН ВХОД В ЗОНУ ЭКСТРЕМАЛЬНОЙ ТЕРМОДИНАМИЧЕСКОЙ НЕСТАБИЛЬНОСТИ]
— Локация: Субсектор 238-Гамма, «Кальдера Игниса» (Магматическая Корона).
— Базовый температурный фон: +1420 °C (в эпицентре — до +4800 °C).
— Плотность хаотического эфира: 840 микроэфир/см^3 (критический переизбыток).
— Индекс деградации пространственной ткани: 78.4%.
— Внимание: активирован пассивный эффект титула «Укротитель Абсолютного Нуля». Разница энтропийных градиентов конвертируется в кинетическую устойчивость защитного контура (+20% к поглощению тепловых волн).
Глеб ступил на стартовую рампу транспортной капсулы класса «Крот-8». Металлическая площадка под подошвами его тяжелых магнитных сапог вибрировала. Механизмы древнего рельсотронного разгонщика взвыли, накачивая энергию в конденсаторы.
— Глеб, показатели перегрузок будут запредельными, — донесся через закрытую связь голос Ингрид Вайс с Рубежа 2. Женщина уже разворачивала оперативный штаб на базе «Келли». — Магматическая Корона — это не просто вулкан. До Катастрофы там располагался геотермальный реакторный комплекс «Гефест-Prime». Если его плазменное ядро детонирует окончательно, цепная реакция испарит весь центральный хребет сектора. Мы потеряем рудную жилу. Мы потеряем всё.
— Я стабилизирую ядро, Ингрид, — спокойно ответил Захаров, опуская забрало шлема.
Внутри шлема зажглись янтарные шкалы телеметрии. Сервоприводы экзоскелета перешли в режим максимального демпфирования.
— Налаживайте конвейер на «Келли», — продолжил он. — Каждые пятнадцать минут мне нужны полные отчеты о штамповке микросхем для «Скарабеев». И держите канал связи на низких частотах. Когда я войду в плазменный шторм, эфирные помехи сожгут стандартные ретрансляторы.
— Принято. Инженерная группа верит в вас, господин Захаров. Удачи.
— Удача — это статистическая погрешность плохо рассчитанной конструкции, — бросил Глеб и нажал сенсор ручного сброса.
*ГРОМ.*
Капсула сорвалась с магнитных подвесов, превратившись в снаряд, несущийся сквозь толщу скальных пород со скоростью трех звуковых. Перегрузка впечатала Глеба в анатомическое кресло, гидравлика брони глухо застонала, компенсируя чудовищное давление в двенадцать единиц. За прозрачным бронестеклом мелькали обугленные слои базальта, жилы расплавленного кремния и рвущиеся сгустки багрового эфира.
Спустя сорок секунд свободного падения реверсивные сопла взревели встречным импульсом. Перегрузка сменила вектор, кровь прилила к вискам, но нейроинтерфейс инженера уже подавлял болевой синдром порцией синтетического стимулятора. Капсула пробила свод титанической подземной каверны и, срезав верхушки застывших лавовых сталагмитов, врезалась в обсидиановую платформу древнего наблюдательного поста.
Взрыв тормозных пиропатронов. Дверь капсулы выбило наружу.
Глеб шагнул в пылающий ад.
***
Воздух здесь не просто обжигал — он был тяжелым, вязким от серы, паров тяжелых металлов и перенасыщенного огненного эфира. Небосвод каверны терялся в клубящихся тучах черного пепла, прошиваемых непрерывными багровыми молниями. В центре колоссальной котловины диаметром в десять километров бурлило озеро жидкого базальта. Из его центра, подобно гигантскому титаническому цветку, поднималась Магматическая Корона — разрушенный геотермальный комплекс «Гефест-Prime».
Шесть исполинских стабилизационных пилонов, напоминавших лепестки короны, раскалились добела. Между ними метались дуги чистой плазмы толщиной с вековой дуб. Пространство вокруг них дрожало, трескаясь черными геометрическими разломами — признак того, что материя не выдерживает давления хаотической энергии.
[ИНИЦИАЦИЯ ЗАДАНИЯ СЕКТОРА: РАЗВЕРТЫВАНИЕ РУБЕЖА 3]
— Объект: Геотермальный комплекс «Гефест-Prime».
— Текущая термодинамическая нестабильность: 94.2% (до полного коллапса каверны: 41 минута).
— Основная задача: Добраться до Центрального Тигля, установить Обелиск Термодинамического Баланса, соединить Рубеж 3 с сетью Рубежей 1 и 2.
— Вторичная задача: Подавить активность автохтонных форм жизни и мутировавших конструктов.
— Награда за завершение: 150 ОАС, разблокировка модуля «Плазменный Горн Синтеза», доступ к глубинным пластам титано-эфирных руд.
Глеб провел быструю диагностику снаряжения. Температура внешнего слоя брони мгновенно подскочила до +380 °C, но благодаря титулу «Укротитель Абсолютного Нуля» внутренний контур охлаждения функционировал в штатном режиме. Более того: системный интерфейс услужливо подсветил новую строку взаимодействия:
[ЭФФЕКТ ТИТУЛА]: Разница температур между ледяной эссенцией в накопителях экзоскелета и окружающей средой генерирует термоэлектрический потенциал. Скорость восстановления запаса Эфира увеличена на +45%.
— Отлично. Холод мертвого разлома работает как радиатор против огня вулкана, — констатировал Глеб. — Физика на службе архитектуры.
Он посмотрел на свои запасы. В распоряжении находилось ровно 100 ОАС — Очков Архитектурного Синтеза, полученных за спасение шахтеров и зачистку Рубежа 2. Медлить было нельзя. Дорога к Центральному Тиглю пролегала по разрушенному технологическому мосту длиной в полтора километра, висящему прямо над бурлящей магмой. Мост представлял собой сплошное решето из деформированных титановых балок, а в лавовом озере под ним уже нарастало опасное шевеление.
Глеб вскинул левую руку, активируя меню полевого строительства.
— Доступен чертеж: «Автономная Эфирная Турель Обороны Периметра: "Бастион-1"».
— Стоимость развертывания одной единицы: 25 ОАС, 400 единиц конструкционного эфира, 150 кг ферросплавов (доступна замена на местный высокоплотный пироксеновый базальт).
— Характеристики: Двухорудийный кинетический комплекс с термоэфирным ускорителем снаряда. Бронирование: композитное, устойчивость к экстремальным температурам — Класс IV. Радиус кругового сектора обстрела: 350 метров.
— Сканирование минеральной базы платформы, — скомандовал Глеб тактическому искину брони.
Перед глазами вспыхнула сетка плотности грунта. Платформа наблюдательного поста состояла из спекшегося базальта с высоким содержанием титаномагнетита. Идеальный исходный материал для наносинтеза.
— Начать синтез двух турелей «Бастион-1» на флангах посадочной площадки. Зафиксировать рубеж отхода. Выделить 50 ОАС.
Глеб прижал ладонь манипулятора к черному камню под ногами. Запястный эмиттер вспыхнул ослепительным изумрудным светом. Наноструктурный луч вонзился в породу, расщепляя базальт на молекулярном уровне, перестраивая кристаллическую решетку кремния и железа. Системные очки архитектора таяли, превращаясь в чистую материю:
[СИНТЕЗ ОБЪЕКТА: «БАСТИОН-1» — ПИЛОН АЛЬФА... 35%... 70%... ЗАВЕРШЕНО]
[СИНТЕЗ ОБЪЕКТА: «БАСТИОН-1» — ПИЛОН БЕТА... 40%... 85%... ЗАВЕРШЕНО]
[ОСТАТОК ОАС: 50]
Из расплавленного камня с глухим скрежетом поднялись две массивные трапециевидные башни матового темно-серого цвета. Их станины намертво вгрызлись в базальтовую породу глубинными анкерами. Сдвоенные тяжелые стволы калибра 30-мм с охлаждающими радиаторами повернулись в сторону магматического озера, сопровождая движение мелодичным визгом электроприводов. На корпусах турелей мягко пульсировали синие эфирные руны стабилизации контура.