Костя, продолжая возить уже ставшим грязным платком по куртке, пробурчал:
– И превращают в свиней других.
Зазвонил сотовый. Костя взял трубку:
– Да…
Звонил тот самый клиент, к которому он ехал – и суетливо и вместе с тем высокомерно стал говорить о том, что, мол, его знакомый, дизайнер прослышал, что он хочет отдать оформление дома кому-то постороннему, обиделся, а они дружат уже много лет…
Костя слушал и становился всё мрачнее. Потом сказал в короткую паузу потока объяснений:
– А я к вам уже еду вообще-то…
Клиент сразу встал в боевую стойку:
– Мы с вами пока не заключали договора!
Костя сказал холодно:
– Да. Только устно условились. До свидания. – И положил трубку, чтобы больше ничего не выслушивать.
Потом повернулся к тетечке:
– Вам до вашей деревни далеко?
– До поселка Озерного-то? Да полчаса от поворота пешком.
– Могу до дома вас довезти. Встреча отменилась.
– У меня сегодня определённо хороший день, – сказала тетечка.
Костя, вспомнив еще и отшившую его девушку, заметил со вздохом:
– Зато у меня сплошная невезуха.
8.
По пути тетка рассказала о себе: что собирается переезжать в Финляндию – сын у нее там уже лет пятнадцать живет, и женился, и внучек уже двое. Она и так мотается туда-сюда несколько раз в год, а теперь насовсем переезжает. И сейчас вот только что оттуда приехала – и только затем, чтобы дом продать. Вот в этом Озерном как раз.
Приехать она планировала через неделю, но тут билет на самолет подвернулся со скидкой, вот она и прилетела сейчас.
Костя слушал фоном, как радио, и подумывал о том, чтобы взять отпуск – новых клиентов у их молодого бюро пока не было, старых Вася сам доведет. То ли поехать куда – вот в ту же Финляндию или Норвегию, фьорды поглядеть…
Дорога к Озерному оказалась вполне приличной, асфальтовой, и сам поселок выглядел аккуратно: неплохой асфальт, старые дома вперемешку с новыми, людей много, вполне жилой поселок.
Костя подъехал прямо к указанным теткой серым, давно не крашенным воротам. За ними начинались дикие заросли – просто лес густой, из-за верхушек лохматых деревьев виднелся второй этаж старинного дома.
Дорога заканчивалась в нескольких метрах от ворот. Дальше была тропинка, уходившая в редкие кусты – а там блестела вода. Озеро или старица, похоже.
Тетка вышла из машины. Костя тоже вышел, достал чемодан из багажника. Тетка с трудом открыла покосившуюся калитку и зашла в сад, Костя, с чемоданом, пошел следом, решив помочь занести, да заодно и дом посмотреть – что там она продает?
Сад был совершенно одичавший и запущенный. Деревья раскинули вволю ветки, спутались ими, на земле валялись сгнившие и сухие прошлогодние яблоки. Бурьян был выше головы. Кусты там и сям перегораживали колючими цеплючими ветками заросшую травой, еле угадывающуюся тропинку, по которой направилась тетечка и шагал следом Костя. Пахло зеленью и свежестью, не то что в пыльном городе.
Дом был деревянный, крепкой постройки, из цельных бревен. Кто-то постарался сделать его в старинном русском стиле – с резьбой по наличникам, с жестяным, теперь ржавым, петухом на коньке крыши.
Крыльцо дома представляло собой полукруглую веранду, над ней был такой же полукруглый балкон на втором этаже. И крыльцо и балкон огораживались фигурными балясинами.
Костя залюбовался постройкой, спросил:
– В пятидесятых строили?
– Угу. Отец строил. Он главным инженером на гидростанции работал – были возможности… В детстве-то он в вологодской области жил, в деревне, вот и здесь решил красоту повторить тамошнюю…
Они взошли по ступенькам на веранду, до перил скрытую бурьяном. Костя поставил тяжелый чемодан. Тетка ключом открыла замок, подпихивая коленом осевшую дверь.
Костя обернулся. Перед ним, поверх верхушек кустов, открывался изумительный вид – озеро поблёскивало в лучах солнца. Костя подошел к перилам, оперся о них, и вдруг представил, что живет здесь, что встает по утрам и глядит на озеро, а вечером сидит тут, на веранде, в кресле-качалке, читает и пьет чай. И с озера веет прохладный ветерок, у веранды цветут какие-нибудь розы-мимозы, и можно пойти в сад и сорвать с аккуратно подстриженной яблони сочное яблоко с туманным налетом росы и съесть его…
А на озеро, наверное, прилетают птицы и можно любоваться ими, а еще можно взять лодку и порыбачить… Хотя он никогда не рыбачил – значит, просто поплавать… У Кости дух перехватило от таких перспектив и от такой красоты. Он обернулся и спросил в задумчивом восторге:
– А за сколько продаёте?
Тетка взглянула на него понимающе и сказала:
– У меня уже покупательница есть.
– Но, может, мы с вами договоримся?
Тетка аж руками на него замахала:
– Нет-нет-нет! И не просите, и не сулите. Как я могу! Мы с ней обо всём условились. Она кредит берёт. Нет-нет.
Косте вспомнилась та девушка из салона и ее смешная и настойчивая борьба за маленького садового гномика.
– Кредит? – пожал он скептически плечами. – Я бы мог перечислить вам всю сумму сразу, без всяких заморочек с банком, а мог бы и наличкой… К тому же разве будут вам лишними тысяч… пять? Внукам подарков сколько накупить можно…
Тетка поглядела на него, как змея на гипнотизирующего ее факира, но потом твердо сказала:
– Нет. И не соблазняйте! Не могу я так поступить! Я порядочная женщина. Зачем же я буду слово нарушать.
9.
Ян весело шел по тротуару – в своем лучшем костюме, с букетом алых роз в руках. Он поглядел на свое отражение в витрине: да, в него определенно можно влюбиться. Высокий, светлые волнистые волосы шапкой, ну может, лицо немного меланхоличное – но он же человек искусства, это от чувствительной души. Алиса и ценит его за тонкую артистичную натуру. Просто Алисе всегда некогда, и воспринимает она его больше как друга. Ничего, вот он сейчас ей признается прямо – и она тоже, скорее всего, откроет свое сердце. Может, она просто смущалась до этого и вообще будет рада, что он наконец решился.
Ян и не заметил, что уже поравнялся с витриной Алисиного цветочного магазинчика и понял это, только увидев работавшую у нее продавщицу Иру – она выгружала на витрину какие-то цветущие горшки из ящика и не видела Яна.
Ян вытянул шею, пытаясь высмотреть в магазине Алису – но ее не было видно ни за прилавком, ни у полок. В теплице, наверное – дверь теплицы в дальней стене была открыта. А может, уехала куда-то? Ян с беспокойством поглядел на стоянку у угла – нет, ее «жук» был на месте.
Ян притормозил на миг перед дверью и, наконец, вошел.