– Я крайне недовольна! Я голодная и, по вашей милости, такой и останусь! У нас уже нет времени ни на завтрак, ни на то, чтобы написать Вам отзыв с благодарностью за все! Сейчас нет времени. Но в отзыве на Booking.com непременно будет слово «разочарование»!
Я редко «включаю стерву». Но тут она, не спрашивая меня, включилась сама.
Глаза у персонала перепуганные. «Sorry! Madam, sorry!». Мне в руки пихают какой-то бумажный пакет.
– Это завтрак? – кидаю последнюю молнию я. – Ну, хоть за это спасибо!
Автобус нас дождался. Вовремя во Вьетнаме мало что происходит… Уже выехав из Ханоя, мы открыли пакет с едой и обнаружили там блинчики… и конверт с деньгами. Вся сумма оплаты нашего номера. За все три ночи. Тут меня накрыла запоздалая реакция: сначала я хохотала, потом плакала, потом спала на плече у мужа. В бунгало залива Халонг мы получили электронное письмо от отеля с извинениями. И предложением вернуться к ним после нашего морского круиза. Вы удивитесь, если я скажу, что мы вернулись?
Второй, забронированный «для разнообразия» отель, куда мы приехали после Халонга, нам не понравился, и мы отправились к воротам Старого города. Выражение лиц сотрудников гостиницы при виде гостьи, которая просидела у них взаперти в ванной целый час, трудно описать словами: испуг, сожаление, сочувствие? Причем все разом и у всех. Мы поздоровались. Я извинилась за то, что была крайне несдержанна в эмоциях. Они извинились за инцидент. Много раз. Конечно, за комнату, которую нам предоставили без предварительного бронирования, и за организованный для нас ужин мы заплатили. Но те, первые три дня так и остались нашим «бонусом».
Когда я перед самым отъездом в аэропорт отправилась в душ, мой супруг напомнил:
– Ты только дверь в ванную не закрывай, ладно?
Ладно, не буду. Можно помыться и с приоткрытой дверью. В конце концов, я весьма неприхотлива во время путешествий.
Какая такая техника безопасности?
Спасение утопающего – дело рук самого утопающего… Да, это так. И в случае с туристами – тоже: туристы сами себе спасатели. Особенно во Вьетнаме. Нет, в этой стране нет особо опасных природных аномалий, а криминальная обстановка – умеренно спокойная. Опасности можно встретить в самых обыденных случаях: например, гуляя по дому. По Сумасшедшему дому.
Crazy House – это одна из главных достопримечательностей Далата и гостиница в придачу. Сумасшествие в социалистическом Вьетнаме сошло автору с рук, потому что здание построила мадам Нга – креативный архитектор, почитательница таланта Гауди и… дочь высокопоставленного партийного чиновника. Идея необычной постройки авторства мадам Нга состоит в единении человека и природы: с крыши свисают декоративные сосульки, дымоход – в форме бамбука, а перила – «лианы». И все это выполнено из… бетона и арматуры. Ну, полное единение!
Не очень понимаю желание гостей остановиться в этом не самом дешевом отеле Далата: номера – клетушки, ванные комнаты – капсулы, коридоры – проходной двор, за окнами шляются толпы туристов. За плату в сорок тысяч донгов (около двух долларов) посетители могут побродить и полазить по всем лабиринтам, созданным фантазией вьетнамского архитектора… на свой страх и риск. В чем опасность? Дом постоянно достраивается: торчит арматура, на уровне третьего этажа на краю стоят ведра со строительной смесью, ограждений нет. С «подвесными» переходами в уже готовой части дома – тоже беда: они настолько узкие, что сложно разойтись, а перила в некоторых местах, которые находятся на высоте 10—12 метров, не достают и до колен! И мадам Нга посреди всего этого сумасшествия, преспокойно кормящая курочек. На пенсии она, и ей тут, в Crazy House, хорошо…
Не очень хорошо во Вьетнаме с техникой безопасности. Да, и с техникой вообще. Канатная дорога к монастырю Чук Лам: захватывающие дух виды на озеро, горы на горизонте, высота – над кронами вековых деревьев…
– Елки, а представляете, каково тут застрять? – задумчиво произношу я, зачем-то бросив взгляд вниз.
Механизм «канатки» вздрагивает… и кабинка с моей семьей останавливается над самой высокой точкой. Первые «ха-ха» и «кто ж тебя за язык тянул?». Потом тишина секунд на 30 – и понеслось:
– Спокойствие, только спокойствие!
– Никто не хочет сбегать за попкорном?
– А нас до окончания визы отсюда вызволят?
Шутки закончились. Кабинка не поехала. Из динамиков раздалось что-то по-вьетнамски утешительное, чего мы, естественно, не поняли, поэтому не утешились. Еще 5 минут, 10… И канатная дорога начинает двигаться… в обратную сторону. Надо было видеть лица пассажиров кабинок «встречной полосы»: в первой – удивление, во второй – недоумение, в третьей – возмущение… Интересно, это были эмоциональные стадии одного и того же процесса, или просто – люди разные? В результате, мы, конечно, доехали, куда нужно, но не сразу, не сразу…
Вообще, многое про технику безопасности во Вьетнаме понимаешь не сразу. Например, на каком честном слове держатся валуны в «каменном саду» на мысе Хон Чонг в Нячанге? И почему туристы (включая нас) не боятся среди них гулять?
Как часто проводится «техосмотр» аттракционов в парке Vinpearl? И почему шорты у некоторых русских парней, скатившихся с ВОДНОЙ горки, ПЛАВЯТСЯ от трения до дыр из-за того, что в желобе слишком МАЛО ВОДЫ?
Кто, в принципе, отвечает за безопасность в парках? И я сейчас не про «дикие» Национальные парки, в которых, реально, просто лес, и нет людей. Я про те парки, где берут деньги за входные билеты.
Парк Янг Бей нам понравился настолько, что мы посвятили ему два из девяти дней нашего пребывания в Нячанге: в первый раз приехали сами, на такси, а во второй – с организованной экскурсией. Горячие источники с ваннами, кормление зверей в мини-зоопарке, этно-шоу, ухоженная территория и, разумеется, сам водопад Янг Бей. Купаемся в заводи у водопада, рыбки щекотно щиплют кожу в процессе бесплатного пилинга. И вдруг наблюдаем суету в верхней части потока: персонал бегает по валунам, пытается «прощупать» длинными палками одну из чаш, на краю обрыва стоят туристы и активно жестикулируют.
Наш вьетнамский, но русскоговорящий гид Шон, который получал высшее образование еще в СССР, отправляется на разведку. Возвращается бледнее скандинава и бормочет молитву, хотя еще полчаса назад уверял, что он – атеист.
– Там… – его губы дрожат, голос срывается. – Там турист хотел сделать хорошее фото, залез за заграждение. Его жена фотографировала… А скользко, наверное, было… Упал со скалы. Не всплыл совсем… Пожалуйста, давайте пойдем отсюда кормить медведей и крокодилов? Там удочками, не страшно.
Вот кто тут виноват? Служба безопасности, которая есть, но чисто условная? Или турист, который ради красивого кадра залез за символически натянутую перед обрывом веревочку, невзирая на многочисленные таблички с предупреждениями «Скользко»?
Мне кажется, ответ очевиден. Конечно, на отдыхе всем хочется расслабиться, и чтобы за тобой ухаживал обслуживающий персонал, словно армия нянек! Но местным во Вьетнаме иногда просто не понятно, зачем оберегать кого-то от опасностей, если совершенно очевидно, как их избежать? Не прыгать по краю обрыва. Не кормить крокодилов с рук. Не лазить по шатающимся камням. Это же просто камни! Просто крокодилы и просто водопад. Короче говоря, безопасность туристов – на совести самих туристов, а спасение утопающих – дело рук самих… ну, Вы поняли…
«Немножко не сказали»
Недоговоренность начала преследовать нас сразу по прибытии в Ханой. Меняем доллары в аэропорту: курс не очень выгодный, но куда деваться? Ночь, надо оплатить трансфер до гостиницы. Вместе с миллионами донгов (курс 22 тысячи донгов за доллар, написан на табло) получаем квитанцию, все официально. Считаем выданные деньги, как учили классики, не отходя от кассы: не хватает. Вопросительный взгляд на кассира, взмах моей руки в сторону табло – и вьетнамка с готовностью отвечает:
– Мы берем комиссию за обмен, вот тут в квитанции указано.
– Круто! – усмехаюсь я. – А почему на табло об этом нет информации? Зачем Вы людей в заблуждение вводите?
Бойкая кассир давно имеет ответ на этот вопрос:
– Мы никого не обманули! Просто немножко не сказали…
И в этом вся суть вьетнамского сервиса! Никакого обмана, просто…
Круиз в залив Халонг был забронирован нами задолго до приезда в Ханой: трехдневная переписка с менеджерами отеля, где мы собирались остановиться, привела к договоренности про организацию путешествия в Халонг-бэй через турагентство отеля. Без предоплаты. По цене Booking.com. Правда, при встрече турагент пыталась выставить нам счет процентов на 10 выше первоначального, но я достала распечатанное подтверждение цены – и она передумала.
Круиз предполагал одну ночевку в ботеле (на круизном кораблике с полноценными гостиничными номерами вместо кают), а вторую – в бунгало на острове Кат Ба. Ботель – четыре звезды: просторный ресторан с четырехразовым питанием, классический интерьер с дизайном в стиле «стекло, портьеры и темное дерево», клиенториентированный персонал, готовый терпеливо ждать, когда же европейцы наплещутся в «холодной» воде залива Халонг («Море всего +25! Как Вы не мерзнете?»). Все важное для нас оказалось ровно так, как обещали в турагентстве: каюта – максимально далеко от машинного отделения, душ с горячей водой – в наличии, окна – от пола до потолка. Умилившись розочке, оставленной на нашей постели в качестве украшения, я взяла ее в руки и замерла от удивления: под розочкой застенчиво пряталась… дырка в пододеяльнике! Ну, как Вам такое сочетание: четыре звезды и дырки на постельном белье?
Дырки нас преследовали и в бунгало на берегу залива Халонг. Красивые домики. Вид на скалы, тропическую зелень и гладь океана – просто сумасшедший! Концепция «мы на природе» не помешала при этом организовать все бытовые условия и отличный Wi-Fi, который можно было поймать даже на террасе. А в деревянных стенах бунгало – дыры. Разумеется, тоже с видом на природу. Не знаю, то ли они нужны для того, чтобы гости даже при закрытых шторах любовались закатом, то ли, чтобы местные птички шпионили за туристами? Поразмыслив, я не стала предъявлять претензии. Ну, во-первых, путешествие в легендарный Халонг-бэй, в целом, оставило волшебные впечатления, а во-вторых… про окна, горячую воду и Wi-Fi я сразу оговорила условия, а про дырки-то даже и не спрашивала! Вот, нам «немножко и не сказали».
Но есть и очень честные отели, которые сразу предупреждают о возможных неудобствах для своих гостей. Бронируя гостиницу в Нячанге, я спросила, закончилось ли строительство здания напротив, про которое писали в отзывах туристы полгода назад. И сотрудник отеля сразу ответил, что стройка продолжается, и в рабочее время бывает достаточно шумно. Честно? Честно. Мы немножко посомневались, но в этом отеле нас устраивало все: расположение напротив парка Горького, цена, семейный номер, условия. В конце концов, решили, что в рабочее время шум нам не помешает. Не бывает нас обычно в отелях в рабочее время: гуляем по городу, возвращаемся очень поздно, а утром уходим… тоже поздно. И каждый раз сокрушаемся, что не вышли пораньше! Может, на этот раз нас станет будить не телефон, который можно выключить, а стройка? Идеальный будильник!
Знаете, в чем мы ошиблись, и чего нам «немножко не сказали»? Рабочий день на стройке во Вьетнаме длится совсем не восемь часов. Он начинается в пять утра и продолжается… хотелось бы сказать «до ночи», но и ночью могут привезти какие-нибудь металлические трубы. И разгружать их будут, швыряя со всей дури на асфальт, несмотря на «2 a.m.» и российско-вьетнамскую дружбу! А утром – все сначала: в полпятого включается радио, которое будет орать на весь микрорайон, чтобы просыпающиеся работники были в курсе мировой политической обстановки. А-а-а-а-а!
С крупных предприятий сферы услуг берут пример и индивидуальные предприниматели. Один такой товарищ, предпринимающий очень индивидуально, ведет свой бизнес на тротуаре перед собором Святого Джозефа в Ханое. Идем мы с мужем по улице, рассуждаем о том, что собор будто сбежал из Европы столетие назад, да так и остался тут, в эмиграции… Вдруг мне под ноги с криком «Мадам! Осторожнее!» кидается молодой человек с тюбиком моментального клея в руках. Я подпрыгиваю, муж ловит меня на лету. Я куда-то наступила? Змея? Любимая черепашка этого парня? Сто долларов? Но молодой человек начинает причитать: «Ваша обувь! Ваша обувь!», качает головой, наклоняется к моей ноге с тюбиком… И Станиславский в закоулках моего разума перестает верить этой самодеятельности! Все в порядке у меня с обувью! И заклеивать ее мне не надо! Я же понимаю, что, поколдовав над несуществующим дефектом, парнишка начнет требовать оплату.
Останавливаем его тремя словами. Нет, не теми, что можно предположить, мы – приличные люди. «Thank you! No!» – ничего более! Пытаемся переварить, что произошло. Соврал он нам? Нет. Просто предупредил, что нужно быть осторожнее. Навязывал ли услугу? Формально – нет. Даже не сказал, что моя обувь нуждается в его профессиональном внимании. Просто констатировал факт, что у меня на ногах моя обувь. Ну, правда же? Правда!
И как после всего этого можно сомневаться, что люди во Вьетнаме сплошь искренние и терпеть не могут лукавства? Они всего лишь соблюдают принцип «немножко не сказали». Согласны?
ЮЖНАЯ КОРЕЯ (2016)
Ода экскурсоводу
Встречали ли Вы в музеях сотрудников, которые на все вопросы посетителей резко отвечают: «Я Вам – не экскурсовод!»? Да, вот и мы встречали… А еще встречали увлеченную своей работой смотрительницу зала в Инженерном замке в Санкт Петербурге, которая, открывая специально для нас накидки, уже наброшенные на витрины в конце рабочего дня, с заговорщическим видом произнесла: «А Вы обратили внимание, какие бабочки спрятаны в рисунке на гобелене Марии Федоровны? Нет? Ах, боже мой! Это же – прелесть просто!».
Экскурсоводы тоже бывают разные. В День музеев мне посчастливилось попасть в московскую Оружейную палату. Времени у меня было достаточно и, не желая расставаться с экспонатами, я пошла по залам в обратном порядке, «против течения» основного хода экскурсий. Поразил контраст групп, которые следовали за своими экскурсоводами… и являлись их полными отражениями! Вот солидная дама, выглядит как историк с кандидатский степенью: научные факты, годы, перечень событий, статистика… У группы – стеклянные глаза, в которых застыло тоскливое желание сбежать поскорее. Вот экскурсовод предпенсионного возраста кудахчет над группой младших школьников: «не лезьте! не трогайте! не разбегайтесь!» А дети, конечно же, лезут, трогают и разбегаются. Может, им бы и в голову такое не пришло? Но идея озвучена «бабушкой» – как «внучкам» не оправдать? А вот поэтическая особа читает стихи: увлеченно, просто спектакль одного актера! А следом за ней – девчушка (студентка, что ли?): загадки, конкурсы, игры… У всей женской половины группы «поэтессы» глаза «на мокром месте», а у мужской – восхищение (не шучу, честно! как у театральных зрителей). А у «студентки» в финале экскурсии – обнимашки с детьми и их вопросы чуть ли не хором «а в следующие выходные можно прийти?».
Думаете, легко быть экскурсоводом? Рассказывать одно и то же, изо дня в день…
Во дворце Кёнбоккун мы побывали два раза: летом и осенью одного и того же года. Кстати, для корейцев плата за билеты во дворцы чисто символическая, а для тех, кто пришел в национальном костюме – и вовсе бесплатно! Об этом нам рассказала в июле девушка-гид, которая проводила экскурсию на английском языке, очень у нее понятном, с едва заметным акцентом. Девушка была мила и артистична, а ее экскурсия получилась нескучной и с интересными фактами. Вовлечение участников группы в разговор, безобидные шутки на тему корейской кухни, простые вопросы, благодарность за правильные ответы… А интонации нашего корейского гида… о, это просто «мелодия ветра»! Мы ничуть не удивились, когда после истории про любимого корейцами короля она запела что-то очень приятное, очень соответствующее ее прелестному голосу…
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: