Меня от этого зрелища даже передернуло, и я поспешила прервать извращенные фантазии демона:
– Иначе я прикую тебя лунными цепями к Танатару-нор и оставлю здесь на неделю, пока сама буду с навью разбираться. И можете тут ругаться, плеваться, драться и даже заниматься всякими непотребствами, но до моего возвращения вы друг от друга никуда не денетесь!
Судя по скривившимся лицам, такого коварства от меня не ожидали. Еще бы, после общения с Дисом и не такому научишься – с этим засранцем по-другому нельзя.
Я ехидно потерла ручки, довольная произведенным эффектом. Сразу видно, что оба моих гостя люди (и нелюди) опытные, знают, что такое лунные цепи. И знают, что демону не под силу их порвать, не говоря уже о человеке. Учитель как-то говорил, что с их помощью можно пленить даже Богов, хотя на практике мне уже не проверить достоверность этой информации – за неимением безвременно почивших подопытных.
– А цепи-то у тебя имеются, чтобы позволять себе такие угрозы? – с затаенной надеждой поинтересовался Танатар.
Ну, его сомнения легко понять. Лунные цепи – большая редкость. Не уверена, что даже в Цитадели магов имеется хотя бы один экземпляр. А вот у меня…
– Представь себе, имеются, – с победной улыбкой ответила я.
Князь взглянул на Кельтара, ища подтверждения. Демон, как и все представители этой расы, прекрасно читал по ауре и потому с легкостью мог определить, лгу ли я. С усмешкой я позволила ему считать свое ментальное поле, ослабив щиты.
– Ничего не попишешь, – с тоской пробормотал Люцифель, ответив контрактору виноватым взглядом. – У этой дамочки действительно есть лунные цепи. Что ж, тогда у меня нет иного выбора, кроме как согласиться на условие Хоранны-нир.
– Тогда договорились, – ликуя, подвела я итог разговора. – Князь остается в моем замке, демон едет со мной, но без моей команды нос никуда не сует, и все счастливы, да, мальчики?
«Мальчики» скорчили на удивление похожие гримасы, но промолчали, понимая, кто правит бал. Наниматели, несмотря на численное (и не только) превосходство, остались в меньшинстве. Ну а что, я всего лишь ведьма, у которой из достоинств только острый язык и есть. Вот и приходится всего в этой жизни добиваться нахрапом, иногда подкрепляя его изобретательностью. А то будут всякие нехорошие демоны самоутверждаться за мой счет.
Я, крайне довольная собой, гостями и жизнью в целом, по-кошачьи потянулась, устраиваясь в кресле поудобнее.
– Итак, теперь по поводу нашего плана действий, – промурлыкала я, обводя Кельтара и Кирина суровым взглядом, несколько не вязавшимся с моим тоном. – Танатар-нор остается в замке под присмотром Надая и прикладывает все усилия, чтобы поправиться. С голоду вроде не помрете, Надай вполне сносно готовит, запаса продуктов на месяц хватит.
Князь нехотя кивнул, показывая, что свою роль понял. И пусть только попробует в этот раз ослушаться, спуску не дам!
– Мы с Кельтаром-нор выступаем завтра, как только я закончу приготовления. Надеюсь, тебе этого времени хватит, чтобы восстановиться? – обратилась я к слушающему меня вполуха демону.
– Не понимаю, о чем ты, – легкомысленно отозвался тот, но его глаза остро сверкнули.
Судя по всему, Люцифель рассчитывал, что я ничего не заметила. Я, конечно, третьесортная ведьма и не скрываю этого, но если я в чем-то и хороша, так это в чтении ментальных полей. И то, что мой гость не удосужился поставить толковую защиту от считывания, только облегчило мою задачу – я без труда смогла увидеть, что резервы архидемона опустошены больше чем наполовину.
– Не пытайся водить меня за нос, я прекрасно знаю, что телепортация не твой конек, – резко оборвала его я. – Ты ведь из самого Пандемония Пантейского телепортировался? И, небось, прямым порталом до Хорани, на что не каждый мастер-телепортатор решится без предварительной подготовки.
– Откуда такие предположения, Хоранна-нир? – холодно осведомился Кельтар, буравя меня недовольным взглядом. – Я хороший телепортатор.
Я со вздохом прикрыла глаза. И почему мужчинам так трудно признавать свои слабости? Нет, чтобы просто согласиться на отдых, он сидит и с высокомерным видом треплет мне нервы, пытаясь запудрить мозги. Демон, дьявол его побери.
– Все хорошие телепортаторы попадают в семью Белфегеров, насколько мне известно, – парировала я, наблюдая, как меняется лицо Люцифеля. – И даже демону из рода Белфегеров потребовалось бы несколько часов на подготовку безопасного и наименее энергозатратного телепорта. Ты же заявился сюда спустя пять минут после звонка Танатара-нор, и три из них ты точно потратил на то, чтобы дойти от Хорани до Хоррского замка. Такой телепорт сжирает невероятное количество энергии, не каждый архидемон потянет. У тебя есть контрактор, но даже этого недостаточно, чтобы подобные глупости проходили безнаказанно. Еще аргументы?
И я изогнула левую бровь отточенным движением, ставя точку. Кельтар закатил глаза и, поджав губы, процедил:
– К утру я буду в норме.
Танатар, усмехнувшись, покачал головой, наблюдая за нашей очередной перепалкой. Весь его вид говорил, что наконец-то нашелся кто-то, способный поставить этого демона на место. Сам он был человеком дела, а не слова; причем дела ратного, а потому обычно все споры решал мечом и пистолетом. Вот только в споре с демоном от этого никакого толка. И как эти двое друг друга терпят, интересно?
– Тогда я постараюсь уложиться до утра, – кивнула я и прикинула в уме примерный план подготовки. – А теперь марш отдыхать. Направо по коридору, по лестнице на второй этаж, вторая и третья комнаты слева. Если понадоблюсь, ищите меня или в лаборатории, Танатар-нор знает, где это, или в спальне – первая дверь справа на втором этаже. Вопросы?
Мужчины переглянулись и синхронно покачали головами, показывая, что вопросов нет.
– Вот и чудно, – помурлыкала я. – И да, Танатар-нор, зайди в первую комнату слева, скажи Надаю, чтобы он зашел ко мне в лабораторию, я хочу у него кое-какие моменты уточнить.
Кирин посмотрел на меня убийственным взглядом. Ах, какая я нехорошая ведьма, смею приказывать Т’рорскому князю… Я сладко улыбнулась, в очередной раз поразившись безграничности собственного хамства. Все-таки Дис на меня дурно влияет.
Самое смешное заключалось в том, что стыда я не испытывала, напротив, эта ситуация меня веселила. Когда еще мне удастся покомандовать человеком, которого чуть ли не боготворят, как объединителя Запада и Востока? Да никогда! А потому пользуемся моментом, как говаривал некто великий, но позабытый.
Видимо, эти мысли отразились у меня на лице, потому что Кельтар ехидно ухмыльнулся, похлопав Кирина по плечу. Тот ответил мученическим взглядом и, наверное, впервые засомневался, что в этом мире нет ничего хуже демона. Теперь пускай знает, что есть, и это моя скромная персона, которая нынче восседала на кресле, закинув ноги на стол, и умиленно махала ручкой мечтающему убить меня князю. Сама бы себя за такое прибила, честное слово!
Кирин скрипнул зубами и позволил Люцифелю вытолкнуть себя в коридор. Правильно, нечего стопорить движение и мешать нелюдям заниматься своими делами. Он-то, Танатар, отоспался после лечения, а Кельтару явно надо отдохнуть. Хоть он и не показывает этого, но телепортация отняла у него много сил. Так что пускай идет отсыпаться, иначе толку от него не будет, а я мертвый груз с собой на охоту не потащу.
Как только демон и его контрактор покинули комнату, я, отбросив напускное веселье, поднялась с кресла и подошла к книжным полкам. Препираться с этими красавцами, конечно, интересно, но, пожалуй, пора сосредоточиться на деле. В конце концов, за работу мне отвалили полмиллиона, надо отрабатывать.
Рука безошибочно потянулась к толстому потрепанному бестиарию. За последние тринадцать лет бедную книгу листали бессчетное число раз, затрепав сильнее, чем за предыдущие четыреста лет ее существования. Что поделать, если без Богов в этом мире наступил полный хаос, нежить полезла со всех щелей. А нам, бедным магам-трудоголикам, пришлось в срочном порядке доставать с верхних полок старинные тома, посвященные нежити, нечисти и прочим нелюдям, сдувать пыль с бесценных фолиантов и штудировать их от корки до корки.
И ладно бы просто штудировать, магам пришлось проверять достоверность сведений на практике, вполне реально рискуя собственной шкурой. Нам с учителем еще повезло, но немало колдунов сгинуло в течение первых трех лет, потому что большая часть бестиариев оказалась написана какой-то бестолочью с богатой фантазией. Поэтому и без того малочисленные после Войны ряды магов значительно поредели, а оставшиеся одаренные предпочли запереться в Цитадели и лишний раз носу оттуда не показывали. А по нынешним временам, когда магия в Пантее на вес золота, это равносильно принесению остального мира в жертву.
Но, с другой стороны, мне же лучше, на свой кусок хлеба с вареньем заработать могу. Помимо меня, всего три колдуна предпочли сбежать из гадюшника, в который превратилась Цитадель, и двое из них на немыслимых для меня добровольных началах (то бишь, бесплатно и ради сомнительного удовольствия) уничтожали нежить по всему Пантею. Я же и еще одна магичка, которую я видела только раз в жизни, сидели в своих замках и время от времени отправлялись в путешествие по близлежащим землям, за символическую плату уничтожая появившуюся с последнего рейда нежить. Так и живем.
Я отогнала побежавшие по знакомой колее мысли и, зажав увесистый том подмышкой, направилась в лабораторию. Спустя пару минут раздался робкий стук, и в дверь просунулась взъерошенная голова Надая. Мужик смотрел испуганно, словно я ожидала его в белой мантии, со скальпелем в руке и с маньячной улыбкой на лице, и этот суеверный страх перед «госпожой магичкой» вызвал у меня кривоватую усмешку.
– Заходи, мне нужна твоя помощь, – приказала я.
Конечно, я могла бы разыграть этого деревенского обалдуя, повеселившись от души над его недоверием к магии, но посчитала, что сейчас нет времени развлекаться. До утра мне предстоит много работы, некогда заниматься глупостями.
Надай облегченно выдохнул и прошел в комнату. Я подозвала его к себе и, усадив напротив, приступила к допросу.
Спустя пару часов мужик, измученный моими вопросами, наконец, был отпущен на все четыре стороны, точнее, по направлению кухни, так как близилось время ужина. Наказав сварганить что-нибудь съедобное, я занялась систематизированием полученной информации, параллельно полистывая бестиарий.
С навками я уже сталкивалась, но очень давно, еще под руководством учителя, поэтому большую часть информации успела позабыть. Найдя нужный раздел, я невольно ругнулась, потому как в этой древней книге использовался высокий слог, непривычный для современного обывателя. Из-за витиеватости выражений порой сложно было понять смысл написанного, и мне пришлось потратить какое-то время, чтобы отбросить все ненужные художественные обороты вроде «Нежить сия злополучная, Богами отвергнутая, злобой и Бездной пригретая…» и прочая, прочая, прочая на четыре строки.
После переработки информации осталось на полстраницы:
«Навки (навь, навье, мавки, мавь) – злые духи, нежить, мертвецы. Становятся навками малолетние дети, умершие без Божественного благословения или задушенные матерями. Их представляют в виде детей или дев с длинными волосами, в белых сорочках. Особенностью внешнего вида навок является отсутствие кожного покрова на спине, в результате чего сзади у них можно видеть все внутренности. По этой причине их также называют «не имеющие спины».
Навки скрываются в лесах, на полях, в реках и озёрах, часто сближаются с русалками и мстят людям за то, что допустили их раннюю смерть, сбивая путников с дороги, заводя в болота и убивая, могут защекотать до смерти. Также завлекают к себе мужчин и убивают их. Часто просят путников дать им гребешок. Если гребешок получают, то расчёсываются и уходят, иначе могут погубить.
Если на них брызнуть водой и сказать «Пусть обратят Боги внимание свое на дитя неблагословенное и даруют ему покой во имя такого-то Бога», они обращаются в ангелов и оказывают своему благодетелю большие услуги. Это может произойти только в течение семи лет после того, как ребёнок превратился в навку. Если же в течение семи лет навку никто не благословит, то она навсегда остаётся нежитью. Защитой от навок служит чеснок, хрен и полынь. Смерть же им приносит заговоренное луной серебро».
Еще раз перечитав получившийся текст, я невольно хмыкнула. Особенно меня порадовал пункт про сбрызгивание водой, благословение и обращение в ангелов. Собственно, из-за того, что Боги мертвы, благословение бесполезно – некому обращать свое внимание на благословляемое дитя. И уж тем более сомневаюсь, что навь может обратиться в ангела, да еще и оказать благодетелю услугу! По всем правилам она должна рассыпаться белой пылью, так как душа, дождавшись божественного внимания, отправляется в загробный мир, а тело, уже давно мертвое, не может продолжать существовать.
Поэтому, отбросив этот абзац, я получила скромный итог: готовь чеснок, хрен, полынь и заговоренный меч. Первые три ингредиента у меня всегда были под рукой, так как являлись стандартными средствами защиты от нежити. Заговоренный луной серебряный меч у меня тоже имелся, еще от учителя остался, а потому на этом первый этап сборов окончен.
Собрав травы в специальную сумку и припомнив, что меч с прошлой охоты остался в Малышке, я решила сделать перерыв и поужинать. Тем более что в комнату уже давно просочились весьма аппетитные запахи.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: