В свете фонаря Алексей увидел, как ее побелевшее лицо исказила гримаса боли. Уронив рюкзак и обхватив себя за руку, Саша прислонилась к машине и, кажется, была близка к тому, чтобы потерять сознание.
«Так вот почему она не пользовалась правой рукой! Теперь все ясно!» Алексей сильно рассердился, но при этом почувствовал себя могучим и уверенным победителем немощного и недужного противника. Не говоря больше ни слова, он поднял рюкзак, обнял упирающуюся Александру за талию и потащил в дом. Видимо, признав победу за Алексеем, девушка больше не сопротивлялось. А может, у нее просто не было сил спорить и возражать. Она стояла, прислонившись к стене, и ждала, когда он откроет дверь.
Алексей включил свет, провел Сашу в гостиную и усадил на диван. В другой ситуации он бы обязательно провел экскурсию по дому и потребовал бы возгласов восхищения, на которые имеет право хозяин, вложивший немало сил, фантазии и денег в свое жилище. Но посмотрев на девушку, он понял, что в данный момент зерна падут на камень.
– Что у вас с рукой?
– Не беспокойтесь, – слабым голосом сказала Саша, – ничего серьезного. Фантомные боли, – она попыталась улыбнуться, – Алексей, раз уж на вас свалилось такое обременение…
– Не обременение, а неожиданная, но приятная гостья.
– Помилуйте, какая из меня сейчас гостья? Нет сил ни чаи распивать, ни клубничное варенье нахваливать. И поскольку хуже и неприличней уже не будет, вы не сочтете меня совсем уж неблагодарной свиньей, если я скажу, что ужасно хочу принять душ и лечь спать. Если честно, я еле держусь на ногах.
Алексей с жалостью посмотрел на измученное лицо девушки.
– Не только не сочту, но даже настаиваю на этом. Пойдемте.
Алексей проводил Сашу на второй этаж, показал гостевую спальню, душ, дал полотенце и удалился.
Пока Алексей перетаскивал вещи из машины, хозяйничал на кухне, пытаясь соорудить нехитрый ужин бобыля, и делал сотни других неважных, но необходимых дел, его мысли были постоянно наверху с девушкой. Он прислушивался к шуму воды, шагам по коридору и думал, что же делать дальше.
– Саша, вы не составите мне компанию за поздним ужином? – крикнул он.
– Нет, увольте, Алеша, – раздался мелодичный голос сверху, – я бы очень хотела, поверьте, но я и в самом деле просто падаю от усталости. Не обессудьте.
– О чем речь. Снисхожу к вашим телесным немощам. Отдыхайте, до утра не буду беспокоить. Комната в вашем полном распоряжении. Спокойной ночи.
– Вам тоже приятных снов.
Скрип двери и тишина.
Наспех перекусив и немного посмотрев телевизор, Алексей поднялся наверх. Из комнаты, где спала Саша, не доносилось ни звука. «Ну и ладушки», – подумал Алексей и пошел спать.
Сначала он никак не мог заснуть. В доме был чужой человек, и это как-то влияло на эргономику и атмосферу спального пространства Алексея. Где-то рядом дышала и переливалась аура другого существа, и не просто какого-то существа, а очаровательной девушки. «Надеюсь и в самом деле не домушница», – проскрипел где-то в глубине сознания сварливый голосок разума. Но Алексей предпочел от него отмахнуться.
Ближе к полуночи на крышу мягко обрушился весенний холодный дождь, и под шепот струй, бьющих по едва прорезавшимся листьям, Алексей смог, наконец, задремать. «Липовый дождь», – улыбнувшись, успел подумать он и забылся молодым счастливым сном.
Глава 3. Сны
Проснулся Алексей рано, бодрым и свежим, и сразу же все вспомнил. На столике рядом лежал бумажник и телефон. Машина тоже стояла во дворе. «Ну а мы и не сомневались», – менторским тоном сказал он своему разуму. «А вдруг она ушла?» – вдруг спохватился Алексей. Он за пару секунд оделся и выскочил из комнаты.
Дверь в спальню была по-прежнему закрыта. Алексей помедлил перед дверью. За дверью была тишина. Тогда он осторожно, двумя пальцами коснулся двери и нажал на ручку. Дверь слегка приоткрылась. Когда Алексей увидел лежащий около постели рюкзак и развешанные на радиаторе водолазку и футболку, у него сразу же отлегло от сердца.
Слегка сместившись, он увидел крепко спящую Александру. Она лежала животом вниз, одна рука под подушкой, кисть другой руки безвольно свисала с кровати. В комнате было жарко от отопления, и Саша раскрылась во сне. Одеяло сползло с ее нагой спины, залитой тусклым светом пасмурного утра. На спине девушки Алексей увидел длинные багровые раны с запекшейся кровью, которые шли параллельно и пересекали ее спину наискосок от плеча до бедра. Раны были по виду очень глубокие, болезненные и, кроме того, совсем свежие. Похожие раны, слегка подпухшие, были и на правом предплечье.
Алексей даже не мог вообразить, что стало причиной таких ран. На ум приходили только вилы или похожие на них инструменты с частыми зубьями. «Да, девушка полна сюрпризов, – подумал он, – и не всегда приятных». Алексей вспомнил слова Саши о зле, которое идет у нее по пятам, и впервые эти слова не показались ему простой фигурой речи. Он осторожно прикрыл дверь и спустился вниз.
Алексей начал хозяйничать на кухне, не только не стараясь приглушить шум, но напротив, иногда нарочито погремывая. Его усилия не пропали втуне. Через некоторое время наверху скрипнула дверь, и показалась Александра. После ночного отдыха ее лицо посвежело. Искупавшись в приветливой улыбке девушки, Алексей повеселел.
– Извините, Саша, завтрак холостяцкий, а посему на пять звезд не тянет, – он развел руками.
– Не переживайте, мне будет достаточно только трех, но желательно «мишленовских».
– Хм, и откуда же у нас? Мы с неба-то звезд не хватаем.
– Ну, может, вы их на лету хватаете. В вашей сервировке, Алеша, бездна вкуса. Впрочем, как и во всем остальном интерьере.
Алексей был польщен, но виду не подал и отшутился. Завтрак продолжался в атмосфере взаимной симпатии и веселья. Однако во время кофе разговор стали прерывать паузы, и Алексей понял, что надо расставить все точки над «и».
– Саша, я по глазам вижу, что вы сейчас скажете.
– Да ну? И что же?
– Что вам неудобно и…
– Естественно, мне неудобно злоупотреблять вашим гостеприимством. Это же очевидно.
– Послушайте, что я скажу. Мне надо на работу, а вы…
– А я…
– Не перебивайте. Вы никуда не пойдете. Вам надо отлежаться и отдохнуть. С вашими-то ранами. Где это вы умудрились так пораниться?
Александра пристально посмотрела на Алексея.
– Я поранилась в лесу, – сказала она, не отводя взгляда, – сейчас уже почти все прошло.
– В лесу? Это что же это за лес такой?
– Обычный лес. Ну, знаете, то береза, то осина… Извините, но я предпочту воздержаться от обсуждения моей царапины.
«Царапины! А может целой кучи царапин?» – так и вертелось у Алексея на языке. Но по глазам Александры он понял, что объяснений не будет.
– Ладно, сдаюсь. Закроем эту тему. Короче, я постараюсь освободиться с работы пораньше, и мы с вами погуляем по городу. Я ведь обещал вам культурно-просветительную программу.
Александра молчала.
– Саша, прошу вас, скажите же, что дождетесь меня. Неужели я не имею права на небольшую ответную?..
– Хорошо, Алеша, я буду ждать. А может, пройдусь по городу. Еще не знаю. Короче, обещаю, что не скроюсь, аки тать в нощи. Правда, хотелось бы надеяться, вы не ожидаете немедленной ответной признательности. А именно, что в знак благодарности я помою пол и прополю грядки?
Алексей вздохнул с облегчением и улыбнулся.
– Грядки – нет, но от молотого кофе на месяц я бы не отказался.
Он быстро собрался и завел машину. Сегодня ужасно не хотелось ехать на работу. Саша стояла на пороге, кутаясь от холодного ветра в куртку. Уже выезжая из ворот, Алексей высунулся из окна машины и крикнул.
– Да, кстати, я про розовые кусты забыл сказать. Семь штук. Под окном.