– Ну как… Я же слышала, как она с тобой вчера разговаривала, еще и Аркадий этот – предатель. Клялся, что поможет тебе во всем. А тут предложили двухкомнатную, так и забыл, что влюблен в тебя.
– Да, ладно Свет успокойся. Не получится у меня с этим проектом, ну и ладно. Значит так и должно быть, – жестом показала ей, чтоб помогла застегнуть платье сзади и продолжила вести с ней не принужденную беседу, будто все нормально и ничего страшного не произошло, – тебе разве не двухкомнатная положена, все-таки родители?
– Нам та да, тоже двухкомнатная квартира досталась, но где то в другом районе, дальше от тебя.
Тут она повернулась ко мне и смотрит так вопросительно.
– А как же деньги, которые ты тратила на этот проект, тебе хоть что-то возместят. Нужно идти или звонить в администрацию, этому Игорю Михайловичу. Ведь он заставил тебя этим заняться.
– Никто меня не заставлял. Я сама пошла на это. Даже не жалею ни сколько, что приобрела новые знания и научилась многому.
Последнее я точно говорила правду. К новым знаниям я стремилась и тем более применяя их сразу на практике, была этим только довольна. Не жалко было никаких денег. Это как говорится выгодные инвестиции в себя. Я думаю эти знания мне еще пригодятся в будущем. Куда не посмотри, а проектная деятельность сейчас повсюду в любой организации или корпорации.
Ольга Альбертовна объявила о том, что осталось пятнадцать минут до начала выступления. Мы со Светой наносили последние штрихи макияжа. Мне сделали легкий и не вызывающий, подкрасив ресницы, на щеках легкий румянец, на губах блеск. Свете же требовался более утемненный макияж. Темно-каштановые тени, густо подведенные глаза и губная помада черного цвета. Прическа у нее была в виде пучка на голове и крепилось это все костью игрушечной. Она играла роль прислужницы бабы яги. Костюм соответствовал кикиморе. У меня же на голове должны быть волнистые пряди и маленькая корона принцессы. Волосы мои не нужно было завивать, волнистые они были у меня с рождения, поэтому закрепив локоны лаком, я надела корону и закрепила ее маленькими заколочками. Платье моё было золотистого цвета, облегающее до талии, снизу шла пышная юбка до колен и не менее пышные рукава, сзади еще накинут плащ с капюшоном коричневого цвета с золотыми крапинками. Костюм я шила себе сама. Платье у меня было, я его летом использовала как сарафан, просто добавила к нему рукава и подъюбник. Плащ пришлось сшить полностью самой.
Вот начало выступления. В зале не много народу, но больше обычного, кажется, с соседних деревень приехали и кое-кто видимо в гостях у родственников, которые здесь проживают.
Выглядываю из за ширмы, откуда выходят выступающие, на сцене во всю идет уже выступление, грохочет музыка. Сзади ко мне подошел Аркадий и немного напугал, обняв меня за талию.
– Аркадий прекрати, – убираю его руки от себя и отхожу немного.
– Волнуешься?
Мотаю головой в знак отрицания.
– Я вот тоже нет, – смотрит на меня как то хищно и жадно. Задержал взгляд на моих губах и хотел протянуть руку к лицу, но я предотвратила его действие.
– Ты чего?
– Да, просто. Что это у тебя на губах. Блеск?
Поняла куда он клонит. Думает уже о предстоящем поцелуе.
– Аркаш не думай, что будем целовать друг друга в губы. Просто в щеку. У меня есть капюшон и я им прикроюсь. Пусть все думают, что поцелуй был настоящий.
Демонстрирую ему какой большой капюшон и как можно скрыться за ним. Сама улыбаюсь и радуюсь этому. Он же нахмурился и задумался о чем-то.
– Значит с ним ты готова целоваться по настоящему, а мне только в щечку?
ЗАНАВЕС.
Если бы можно было сейчас провалится под землю, то я бы с удовольствием это сделала. Как он узнал про это, я не хочу сейчас выяснять, а лишь скажу ему.
– Да, готова. И знаешь мне понравилось с ним целоваться. А твои настырные ухаживания и розовые очки уже надоели. Я тебе не давала согласия на какие-либо отношения…
Еще раз ЗАНАВЕС.
За спиной Аркадия появляется Егор Стрельницкий.
Спасло меня от всего этого кошмара в виде двух мужчин, то, что пора идти на сцену и играть свою роль.
Глава 8
Егор Стрельницкий
– Да, готова. И знаешь мне понравилось с ним целоваться. А твои настырные ухаживания и розовые очки уже надоели. Я тебе не давала согласия на какие-либо отношения…
Вот это поворот. Значит, я оказался прав, думая о ней весь этот день. Ей понравилось, что произошло сегодня у нее дома. Ее тело в моих руках вело себя так, будто требовало ласки еще и еще. Если бы она не включила свой мозг, то не знаю куда бы нас занесло, до какого пика бы мы с ней дошли.
Когда приехал к отцу и сообщил хорошую новость, что все проблемы с Дубровкой решены, разве что осталась девчонка Василиса Володина. А тот мужик, что Михалыч, тоже подписал, сам добровольно. Меня нашел и попросил бумагу.
– Как говоришь эту девушку зовут? Володина Василиса, – отец видимо знал о ком я говорю, – это та, что приходила к нам неделю назад и демонстрировала свой проект?
– Ты знаешь ее и знаешь про ее проект тоже? Почему мне ничего не сообщил.
– А что я мог сказать тебе. Ее проект по благоустройству местности в Дубровке был сыроват немного, недоработан. Инвестиций туда вкладывать нужно было прилично. Да и минигостиница, что она хотела открыть не внушала доверия, что вообще туда кто-то приедет. Поэтому я и отказал ей. Да и что она может сделать против нашего проекта.
Тогда я понял, что поеду снова к ней, пусть даже если новый год встречу в деревне, но добьюсь того, чтоб она показала мне свои разработки. У отца же ни на одном носителе не осталась копия ее выступления.
Елена была в бешенстве, что я снова поеду в Дубровку, эту дыру, как она называла.
– Тебе Стрельницкий мороз мозги застудил, если ты снова туда едешь. Какие могут быть дела в канун нового года. Нам нужно быть вместе в этот час. Как новый год встретишь, так его и проведешь, – она прильнула ко мне в попытке поцеловать, я же просто отодвинул ее.
Хватило и днем, когда она меня встретила в нашей совместной квартире, свалив из того номера гостиницы еще тогда, как только мы туда заселились, объяснив это тем, что она там увидела тараканов. Не стал слушать ее, пошел в душ, она за мной, накинулась с поцелуями будто голодная. Сначала я мылся, зачем собственно сюда и пришел, она же все лезла со своими ласками. Дав ей возможность все таки сделать то зачем она сюда пришла, отклонился на стену и получал удовольствие физическое, но не душевное. Думал та я о той скромнице из маленькой деревеньки.
Удовлетворив меня своим ротиком и, ждав продолжения от меня, встала в подходящей позе, развернулась ко мне спиной. Кто о чём думал каждый день, а Елене нужен был ежедневный секс и при чем не минутный, а как минимум часовой, чтоб испробовать многие позы. Любила она и разные ролевые игры. Меня же от этого всего выворачивало. Вначале наших отношений нравилось, конечно, но приелось. Она красивая и желанная для многих, но зациклилась зачем-то на мне. Ясно, конечно почему, из-за моей состоятельности. Но не нужна мне была такая девушка с которой даже не о чем поболтать. Вот и сейчас она после дежурного «Привет любимый» накинулась на меня как самая настоящая бля.ь.
Я, шлёпнув ее по заднице, вышел из душа. Не хотел я ее, никак и ни в какой позе, и ни на каком месте. Мысли все были о той светловолосой, напуганной девице, что содрагала от моих прикосновений. А как она отвечала на мои поцелуи, от этого крышу сносило уже у меня.
В квартире оставаться не хотелось ни на минуту. Поэтому ушел как только смог собраться, не обращая внимания на реплику Елены. При выходе сказал ей, что она свободна, насовсем свободна, больше в ее услугах я не нуждаюсь. Она там что-то уронила, а я уже хлопнул дверью. Квартиру мы с ней снимали в элитном районе и проплачена она была до нового года. Как раз сегодня последний день. Квартира была у друга, который жил за границей и к стати, она ему вроде когда-то нравилась. Пусть забирает, он никогда не брезговал моими пассиями.
Вот стою я в клубе деревенском, в нескольких метрах от меня стоит моя светловолосая цель на сегодняшний вечер и рядом с ней какой-то парень. Когда-то я назвал ее чучелом. Нет, я ошибся, она вполне милая, не похожа на тех кукол городских, что я знал. Вся естественная красота на лицо и это мне нравилось. Сейчас она выглядела как принцесса из сказки с этой короной на голове.