Звякнул дверной колокольчик. Внизу раздались шаги. Они слышали, как человек – один человек – идет по магазину.
Мирна схватила Клару за руку и крикнула:
– Кто там?
После паузы они услышали знакомый голос:
– Мирна?
Клара почувствовала, как похолодела рука Мирны. Это не Констанс. Это посланник. Почтальон, приехавший на велосипеде.
Глава отдела по расследованию убийств Квебекской полиции.
Мирна держала кружку в обеих руках, но так и не сделала ни глотка. Цель состояла в том, чтобы греть руки, а не пить.
Она смотрела в окошко плиты, на язычки пламени и пылающие угли. Их свет отражался на ее лице, придавая ему больше жизни, чем в нем было.
Клара расположилась на диване, а Арман – в кресле напротив Мирны. Он тоже держал в своих больших руках кружку. Но смотрел на Мирну, а не на огонь.
Анри, обнюхав чердак, улегся на коврике перед камином.
– Как вы думаете, она страдала? – спросила Мирна, не сводя глаз с огня.
– Нет.
– И вы не знаете, кто это сделал?
Это. Это. Мирна не находила в себе сил вслух обозначить «это».
Когда Констанс так и не появилась после наступления темноты и даже не позвонила, Мирна подготовилась к худшему. К тому, что у Констанс случился инфаркт. Инсульт. Что она попала под машину.
Ничего хуже ей в голову не приходило. Она и подумать не могла, что ее приятельница не просто простилась с жизнью, а что жизнь у нее отобрали.
Гамаш выпрямился в кресле:
– Мы пока не знаем, но непременно найдем преступника.
– Сможете? – спросила Клара, первый раз подавшая голос, после того как Гамаш сообщил им печальное известие. – Ведь она жила в Монреале, а город не в вашей юрисдикции.
– Верно. Однако глава отдела по расследованию убийств Монреальской полиции – мой друг. Он передал дело мне. Вы хорошо знали Констанс? – спросил он Мирну.
Мирна открыла рот, потом посмотрела на Клару.
– Ой, – встрепенулась Клара. – Ты хочешь, чтобы я ушла?
Немного помедлив, Мирна покачала головой:
– Нет. Извини. Сила привычки – никогда не говорить о клиентах.
– Значит, она была вашим клиентом, – сказал Гамаш. Он не стал доставать блокнот, предпочел внимательно слушать. – Не просто приятельницей.
– Сначала была клиентом, потом стала приятельницей.
– Как вы познакомились?
– Она пришла ко мне на сеанс несколько лет назад.
– А конкретнее?
Мирна задумалась.
– Двадцать три года назад. – Ее саму удивила такая цифра. – Я знала ее двадцать три года, – недоуменно проговорила Мирна, потом заставила себя вернуться к реальности. – После того как она перестала приходить ко мне на сеансы, связь между нами сохранилась. Мы порой обедали вместе, ходили в театр. Не часто, но у нас – у двух одиноких женщин – нашлось много общего. Она мне нравилась.
– Это необычно – подружиться с клиентом? – спросил Гамаш.
– С бывшим клиентом… но да, крайне редко. У меня такой случай единственный. У психотерапевта есть свои четкие границы, даже если речь идет о бывших клиентах. Достаточно того, что головы психотерапевтов заняты чужими проблемами, а если чужие проблемы проникнут и в нашу жизнь, то будет вообще кошмар.
– Однако Констанс стала вашей подругой?
Мирна кивнула:
– Я думаю, мы обе были немного одинокими, и она казалась достаточно здравомыслящим человеком.
– Достаточно? – переспросил Гамаш.
– А кто из нас полностью в своем уме, старший инспектор?
Они посмотрели на Клару, чьи волосы опять стояли торчком – ужасное сочетание воздействия шапки, статического электричества и привычки ерошить волосы.
– Что? – спросила Клара.
Гамаш снова обратился к Мирне:
– Вы встречались с Констанс после вашего переезда в Три Сосны?
– Несколько раз, когда я ездила в Монреаль. Сюда она ни разу не приезжала. Мы поддерживали связь главным образом открытками и телефонными звонками. Но откровенно говоря, в последние годы мы разошлись.
– Тогда что привело ее сюда? – спросил старший инспектор. – Вы ее пригласили?
Мирна задумалась, потом покачала головой:
– Нет, не помню, чтобы я ее приглашала. По-моему, идея принадлежала ей. Хотя, возможно, она намекнула, что хочет приехать, а я ее пригласила.
– У нее была какая-нибудь конкретная причина искать встречи с вами?
И опять Мирна задумалась, прежде чем ответить.
– В октябре у нее умерла сестра. Вы, наверное, слышали…