– Это система. Родриго она не может ее перешагнуть, у нее такая задача, и она не в силах снять ее с себя, но все ее существо противиться этому. Ты просто не видишь какая она. Я хотел тебе показать, но ты глух и слеп. Как и тогда, когда все начиналось, если бы не ты…
– Я знаю. Не надо мне напоминать об этом каждую нашу встречу – раздраженно огрызнулся Амадо. – Видел я истинный облик твоей Дальчи, если бы тебя не оказалось рядом, меня бы уже не было серди живых. Римант оставь свои игры, они приведут тебя к гибели. То, что ты видишь, как женщину, на самом деле жестокое чудовище!
– Ты не прав. Твой взгляд затуманен ненавистью и желанием мести, и… Ты не можешь называть ее так, после того что мы сделали с ее народом.
– Друг, пожалуй, я единственный, кто может тебе сказать точно, что она дерево в оболочке прекрасной девушки. А остальное, иллюзии твоего сердца, порожденные страстью зрелого чувства – с горечью в голосе проговорил Амадо. Он посмотрел в окно на грязную улицу, бедного городка и глубоко вздохнул.
– Прости мне мою резкость, я…, я…
– Я понимаю – ответил Римант, улыбнувшись старому знакомому. – Зачем ты меня искал? – спросил доктор, складывая усталые руки на животе.
– Мне нужна твоя помощь.
– Угу – отозвался доктор.
– Мне нужно, чтобы ты отправился со мной. Требуются твои знания и навыки врача.
– Что случилось? – озабоченно спросил доктор.
– Недавно эльфы напали на Алкмеи, они ранили девочку. Ранили тяжело, мечом в живот. Сейчас она под релаксатором, но без тебя ее жизнь оборвется – заметно волнуясь рассказывал Родриго.
– Понимаю – ответил доктор. – Ты желаешь, чтобы я поехал с тобой на Крефеи?
– Нет, не со мной. Тебе придется это сделать самому. Вот письмо, оно поможет тебе попасть во дворец царя Маттейоса.
– Постой, но как? В таком случае я должен оставить больных Лампеды…
– Они люди и все равно умрут, рано или поздно, даже если ты их спасешь. А девочка, девочка эльф, ее жизнь вечна. И сколько ей предстоит прожить сейчас зависит только от твоего решения.
– Вот ты и ответил на свой вопрос. Ты поставил ценность одной жизни выше ценности многих других, пусть и не столь долгих, но все же жизней. Прости, я не могу произвести такой размен…
– Она моя дочь – спокойно проговорил Родриго.
Римант поперхнулся и уставился на Амадо. Затем ничего не спрашивая, вышел в соседнюю комнату, через минуту он вернулся в дорожном плаще, остановился против Амадо и спросил.
– Я помогу, но объясни мне почему я еду один?
– Я иду спасть вторую дочь – ответил Амадо, и улыбнулся, глядя на изумленное лицо Риманта.
***
Город спал, ночью Танорт становился особенно опасным. Как столица он привлекал сброд со всего королевства. Целые кварталы населяло различное отрепье. На ночь такие районы запирали, но слуги закона за сдельную плату неожиданно оказывались слепы и глухи к происходящему вокруг.
Тихо позвякивала броня в сочленениях, два гнома вышли из секретного хода в гостиную богатого особняка. Охрана не успела ничего сделать, тела стражи раскинулись перед входом. Почти бесшумно воины проследовали внутрь дома, раскрывая по ходу движения двери в комнаты. Достигнув жилой зоны, гномы уже не скрываясь выбивали двери, наводя диким шумом ужас на обитателей дома.
От удара дверь слетела с петель, охрана кинулась на вошедших. Точный удар молота, и быстрый финт мечом убрали с дороги защитников.
– Кто вы? Что вам надо? Вы не имеете право здесь находиться! – вытаращив перепуганные глаза орал пузатый гном, в смешном ночном колпаке.
– Здравствуй Пет. Мы пришли к тебе с ответным визитом – процедил сквозь зубы Крамвуд.
– Крамвуд ты знаешь, что тебе за это будет? Тебя же на плаху отправят! – начал угрожать хозяин дома.
– Мне все равно – равнодушно ответил гном, недобро сверля Пета, налившимися кровью глазами.
– Послушай, я тут ни причем! Это все Ули Норва, это его идея! Я пытался их отговорить, но они меня не слушали! – сменил тактику ушлый Пет.
– Так, так, так вот, наш храбрый Пет и начал сдавать подельников – зло процедил Довард старший.
– Рассказывай, кто, когда и зачем – грозно сверкая глазами спросил Хельм.
– Это Норва решил вас извести. Он прознал про тайный ход, и заставил меня показать его убийцам.
– Кто еще в заговоре? – сурово спросил Крамвуд, упершись грудью в рукоять боевого молота.
– Норва, Тули Сейд, Реда Апрост, Гун Дловер, Кап Роса, все больше никого не знаю – испуганно ответил Пет.
– Понятно весь кабинет Торговой палаты – заключил Довард старший.
– Зачем? – задал вопрос Хельм, уже зная ответ.
– Вы слишком высоко взлетели. Пренебрегали нашими предложениями… вы посмели отстранить от власти кровь этого королевства, торговый клан. Естественно, вас наказали. Ни вы создавали эту систему, ни вам ее рушить – осмелев ответил хозяин дома.
– Вы хотели получить обратно рычаги управления? – спросил Хельм.
– Не только! Вы захватили наши прииски. Мы так долго их делили, пока пришли к взаимовыгодному договору, а потом ваш король, и вы на золотой жиле.
– Теперь можешь не беспокоиться, делить вам больше ничего не придется – ответил Хельм, усмехаясь.
– Почему? – напряженно спросил Пет.
– Я закрыл проход в Золотом роке, золота больше не будет.
– То есть как закрыл? – взвизгнул толстяк, и даже притопнул ногой, забыв о своем положении.
– Заткнись! – рявкнул Крамвуд. – А ты если пришел разобраться в том, что случилось не мели лишнего – сказал Довард старший, укоризненно глядя на сына.
– Ты прав отец – смущенно ответил Хельм.
– Значит вы убили мою семью из-за золота и власти? – спросил Крамвуд.
Пет на него удивленно посмотрел и спросил.
– А, что? Этого мало?
– Я тебя понял, у меня еще один вопрос. Почему на нас напали последователи Традиции камня? – спросил Крамвуд.
– Деньги, дорогой мой Крамвуд, а ты не знал, что золото может все. Апри Он давно куплен, как, впрочем, и Гидо Воллан. Эти боровы лишь возглавляют безмозглую силу, и направляют ее туда куда надо нам. Истинным правителям королевства! – не без гордости произнес Пет, торгаш становился все наглее.