– Мое до? Ты и впрямь ничего не знаешь! Мое до, существует только для меня, тебе оно не подвластно! Так, что тебе в том толку, даже если я тебе отдам его?! Ищите свое, и вновь обретете свободу, а сейчас пропустите нас, или мы начинаем бой!
Король-скелет сделал знак, чтобы андланд пропустили. Отряд куари быстро подхватился и побежал, сотрясая огромными телами и тяжелой броней седую степь.
– Рано или поздно мы найдем до и тогда я приду в твой мир, и разорю его дотла, а тебя сделаю своим рабом, как поступил ней! – крикнул скелет дернув длинную цепь, из-за его спины вышла иссохшая женщина, скорее труп, чем живой человек. Пробежав несколько метров, от сильного толчка, она повалилась на колени, возле ноги короля-скелета.
– Буду ждать! – ответил командир отряда, внимательно вглядевшись в лицо рабыни.
Плечи гиганта повело, он узнал скованную.
***
Тюремная камера, днем еще более мерзкая чем ночью, едва освещалась сквозь решетку окошка. Отец и сын сидели на куче гнилой соломы. Довард смотрел на осунувшееся лицо Хельма, тому явно не здоровилось.
– Как там Товард? – дежурно спросил Хельм.
– У него все в порядке – соврал Довард старший.
– Он знает, что Мая… – осекся Хельм.
– Да, он все видел – ответил Крамвуд, прикусывая губу.
– Сынок, я к тебе пришел, не просто так… – нерешительно начал Крамвуд.
– Угу.
– Вчера я встретился с королем, он меня послал к тебе…
– Понятно – досадливо поморщился Хельм. – Отец, я этого не сделаю. Я дал слово.
– Не понимаю, ты, что дурак? Тебе же голову отрубят, дебил! – вскричал Довард старший. – Себя не жалеешь, так о сыне подумай, он же во дворце и с ним могут сделать, что угодно…
– Это король сказал? – резко спросил Хельм.
– Да, он лично мне это сказал. Торн не шутит сынок, он сделает то, о чем говорит.
– Я знаю, но, если я открою проход, гномы обречены. Мы слишком жадно расхищали чужой мир, за что нас изгнали. И это не в силах изменить, ни я, ни ты, ни даже король. Торн не понимает, о чем говорит, а я отец видел своими глазами, как в несколько минут разрушили Риен. И я не могу допустить, чтобы то же произошло с остальным королевством. Поэтому нет отец, и это мое последнее слово.
Довард в отчаянии ударил наотмашь Хельма, звонкая оплеуха отбросила голову гнома назад. Хельм зло улыбнулся и отвернулся от отца. Выходя из камеры Крамвуд оглянулся и посмотрел на сына с сожалением, но гордость не позволила ему извиниться. Так они и расстались.
Ярость монарха бывает страшна, своей необузданностью. Довард выбежал из покоев короля, красный как рак. Тяжело отдуваясь от волнения, гном медленно поплелся через зал ожидания. Ему преградили дорогу, подняв затуманенный взгляд Крамвуд увидел перед собой Тули Сейда. Нагло ухмыляясь, Сейд пробасил.