Темное
Максим Владимирович Бочкарев
Абсолютно мистическая, но не лишенная юмора история. Прочитав ее, вы узнаете, стоит ли одному ночевать на озере, соваться в полузаброшенные деревни и спорить с ведьмой. А так же вы поймете, что бывает с человеком, который поддался страху, целиком. Ну и конечно о любви…
Максим Бочкарев
Темное
Часть 1
Село так и называлось – «Темное» и было, как то непривычно читать на указателе на въезде, такое нетипичное для русских деревень название. Вот сел – «Светлых» Аркаша знал несколько, а что бы Темное, такое он видел впервые. И если честно, было жутковато, но и интересно в то же время.
Аркаша был писателем и его творческая натура, постоянно требовала смены обстановки. Вот и сейчас, он приехал в это село, что бы, во первых – побыть в тишине, а во вторых – он давно искал место, где можно будет написать какой ни будь жутковатый роман, при этом окунувшись в соответствующую атмосферу.
Аркаша стоял и улыбался своим мыслям: «Прямо, как в классическом ужастике, снятом в недружественной нам стране!»
Но Аркаша слава Богу, был русским писателем и никаких ужастиков, он терпеть не мог. Напротив, он хотел писать о своем, о родном. Пусть и о жутковатом, но о своем. Поэтому и приехал сюда, в то место, которое ему рекомендовали друзья.
После того, что он услышал от них, не приехать сюда, было бы преступлением. Его друзья, Иван и Серега были здесь с месяц назад, в самом начале лета. Точнее не совсем здесь – в этом селе, они были на озере, что совсем недалеко от сюда.
Надо сказать, что друзей его – Ивана и Сергея, напугать чем то, было очень-очень сложно. Ребята были тертые жизнью, смекалистые и, что немаловажно с незаурядным чувством юмора. Но даже и они, переставали шутить, когда рассказывали про ночь, проведенную на озере. Да даже и не ночь, с их слов они сбежали часа в три-четыре утра, побросав часть вещей на берегу.
А поведали друзья следующее – приехали они на озеро, как водится еще в обед, не торопясь расположились, пожарили мясо и даже пытались искупаться, но ключи бившие у дна, были настолько ледяными, что всякое желание заходить в воду исчезало моментально, не помогала даже «огненная вода» привезенная с собой, в изрядном количестве. Зачем двоим «изрядное количество»? Да все очень просто, они ждали, что к ним приедет еще пять человек.
Но, никто не приехал. И друзья остались вдвоем. Но сильно они не горевали, ибо не так часто, им удается вырваться на природу. Сидели у костра, пели песни и даже не слушали, звона колокольчиков на закидушках.
Первым, неладное почувствовал Серега. Он стал прислушиваться и периодически прижимал струны ладонью на гитаре у Ивана, чем несказанно раздражал, подвыпившего барда.
Иван шутил над Серегой и всякий раз, когда тот начинал прислушиваться, предлагал ему выпить. Но, в какой то момент понял, что друг не шутит. В соседних кустах периодически, что то шуршало. Причем с каждым разом все громче и громче. Тут уже и Иван перестал шутить, подкинул побольше дров в огонь и стал вертеть головой, как филин.
Скажу еще раз, друзья были далеко не трусами и к своим сорока годам повидали многое. Но здесь было, что то другое, страх подкрадывался на бессознательном уровне, его нельзя было объяснить. Ведь два взрослых мужчины, прекрасно понимали, что в околках, вокруг озера могли жить и барсуки и лиса могла мышковать ночью и любая другая живность. Собака из соседней деревни, в конце концов. Но страх был настолько липкий, что вся рациональность улетала из головы, как сухой лист в ветреную погоду.
Они уже оба, стояли с фонариками и не сговариваясь светили на то место, откуда шел шум. Но никто так и не появился, шорохи исчезли и друзья начали понемногу успокаиваться. Хмель, как ни странно вылетел из головы, как будто они весь вечер пили компот. И они решили, исправить это недоразумение. Разлив по кружкам огненной воды, они уже было хотели чёкнуться, как из тех самых кустов на которые они светили фонариками, выбежала огромная свинья. Она неслась прямо на них, но в самый последний момент, нарушая все законы физики, свинья резко повернула вправо и понеслась вдоль берега, к другому околку.
Иван и Сергей не моргали и не дышали. Страх наполнял их до кончиков волос. Нет, не сама свинья их напугала, а тот факт, что эта огромная животина, весом явно под триста килограмм, бежала совершенно бесшумно. И друзья не сговариваясь, поняли это.
Они так и стояли, с вытянутыми кружками и смотрели вслед, бесшумно бегущей, огромной свинье. Первым смог заговорить Иван: «Наверное, порода – белая называется!»
«Ландрас!» – ответил Сергей. И они вновь замолчали.
Они еще немного постояли, уселись на складные кресла и наконец, стали говорить. Суть их диалога сводилась к тому, что они нашли объяснение шорохам из кустов. Но тогда рождался другой вопрос, как эта «махина», может бегать столь бесшумно. Выпив и закусив, они стали приходить в себя. Даже посмеялись друг над другом, что их так могла напугать обычная, домашняя свинья.
Минут через тридцать, они практически успокоились и даже завели разговор о том, что не мешало бы проверить закидушки. Но посовещавшись, они решили, что не будут портить отдых, убийством рыбы. Посмеявшись над шуткой, они вновь услышали громкий шорох и даже треск из тех кустов, в которые забежала «бесшумная» свинья.
Теперь уже, не было так страшно. Наоборот, появился какой то охотничий азарт. И друзья без какого либо испуга, смотрели в сторону кустов, гадая, куда выйдет свинья. Алкоголь, вновь ударил в голову и они шутили на тем, сколько бы из этой свинки, вышло шпажек шашлыка. Но долго им шутить не пришлось.
Как только треск в кустах утих, они увидели, что из околка выходит старуха. Такого они не ожидали точно. Сергей потом вспоминал, как ему показалось, что его кепка приподнялась над головой. Столь неожиданно, было явление старухи из кустов. Она шла к ним. Шла уверенно, спокойно и это пугало больше, чем самая большая свинья.
Старуха подходила все ближе, уже можно было разобрать черты ее лица, иссеченное морщинами и самое жуткое ее взгляд. Она не моргая смотрела на друзей и было непонятно, то ли она улыбается, то ли скалится.
Хмель вновь вылетел из голов, незадачливых рыбаков. Потом они вспоминали, что их сковал такой ужас, при котором не было ни какой возможности пошевелиться. А старуха шла и шла. И вечностью казалось ее движение.
Наконец, она подошла почти вплотную. Стояла и молча смотрела, то на Серегу, то на Ивана. Те же в свою очередь, тоже молчали. Первой заговорила старуха: «Отдыхаете ребятки? Из города, наверное приехали? Давно, к нам никто не заезжал!»
Первым, отпустило Сергея: «Здравствуйте бабушка! А вы чего ночью, одна ходите? Свинку, наверное потеряли?»
От этих слов очнулся и Иван, ну вот – хоть какое объяснение, столь необычного явления.
«Да, да! Свинку, свою потеряла!» – ответила старуха и очень гадко захихикала.
От такого смеха, кровь буквально стыла в жилах у друзей. А старуха продолжила: «И внучку я свою ищу, ушла на озеро купаться и вот нет до сих пор! Вы не видели? Красивая у меня внучка, очень красивая!»
Друзья, замотали головами. Вымолвить, хоть какие то слова, не получалось. «Ну да ладно, поздно уже, пойду я! Внучку мою увидите, скажите, пусть ужинает и домой!» – сказала старуха и пошла в поле, в сторону деревни.
Иван и Сергей, долго смотрели вслед старухе. Впечатление она на них произвела в тысячу раз сильнее, чем ее потерявшаяся свинья. Оба ловили себя на мысли, что уже не только рыбачить, вообще не хочется здесь оставаться. Они вновь уселись, но перед этим дружно набросали в костер побольше толстых палок, что бы создать эффект защиты.
Решили, что алкоголь пить сегодня больше не будут и повесили на костер чайник. Сидели и молчали, говорить было сложно, каждый переваривал произошедшее внутри себя. Ведь по факту, страшного то ничего не произошло. Но вот откуда этот животный ужас внутри, откуда это оцепенение при виде обычной старушки. Ну потеряла она животинку, ходит ищет. Для деревенских это нормально, искать своих питомцев.
Друзья, стали понемногу приходить в себя и даже заговорили, на какие то отвлеченные темы. Вспоминать про ужас, охвативший их при виде обычной старухи не хотелось. Стыдно было или что то наподобие. Потому и говорили не о чем, стараясь сгладить произошедшее.
Как вдруг, раздался дружный звон, колокольчиков на закидушках. Они переглянулись и засмеялись. Значит рыба все таки будет и будет, что отправить утром в общий чат тем, кто не приехал, пусть завидуют. Друзья встали и пошли к озеру, предвкушая величину улова.
Но то, что произошло дальше, удивило и напугало их сильнее, чем старуха и ее свинья вместе взятые. На берег, из озера, прямо по их снастям выходила девушка. Сам этот факт, никак не укладывался в голове у протрезвевших рыбаков, а подливало масла в огонь – наличие одежды на девушке. Она выходила из воды, в чем то наподобие платья, но было еще следующее – волосы у девушки были почти до пояса, красивые длинные волосы – выглядели абсолютно сухими. В голове это никак не укладывалось и друзья молча ждали, чем закончится для них это знакомство.
А девушка, словно не замечая друзей, стояла и отцепляла один из крючков закидушки, вцепившийся ей в подол платья. «Понаставили тут, на берег не выйти!» – бурчала она и по прежнему, даже не смотрела на друзей.
Первым из ступора вышел Иван: «Девушка, а вы как тут вообще оказались? Вы с того берега, что ли приплыли?»
Нежданная гостья, наконец справилась с крючком и распрямившись смотрела на друзей. Она была красивой, если не сказать больше, она была обворожительно красивой. И дело тут было, даже не во внешности (хотя и внешность тоже была ого-го). Заглянув ей в глаза, становилось ясно и даже более чем ясно – очевидно, что она самая прекрасная на Земле. И за нее, впавшие в прострацию мужики, готовы были идти и в огонь и в воду и на край света, лишь бы она приказала.
Заглянув ей в глаза, они превратились в безвольных истуканов. Она же стояла и улыбалась, самой прекрасной улыбкой на свете. И даже, ее необычно заостренные зубы, не портили картины, а даже наоборот, придавали какого то шарма. Потом, когда для них все закончилось, Сергей утверждал, что глаза у нее были голубее неба, Иван же доказывал, что глаза она имела темно-зеленые. Но это будет позже, а сейчас они стояли и тонули в ее бездонном взгляде.
Иван, вновь нашел в себе силы заговорить: «А мы похоже вашу бабушку видели сегодня, она свинью искала!»
Девушка рассмеялась и от смеха ее, друзей охватила невольная дрожь – «Странно, как это она вас, в гости не позвала?»
Тут в друзьях проснулся дух гостеприимства и они наперебой, стали приглашать гостью обогреться и посушиться у их костра. Девушка без отговорок, пошла вслед за ними. И тут произошло то, что напугало друзей еще сильнее, чем все происходившее до этого.
Как только они подошли, к ярко полыхавшему костру, который только набрал силу и толстые ветки жадно пожирались трещавшим огнем, случилось буквально следующее – по приближении гостьи к костру, огонь в нем начинал затухать. Было такое ощущение, что вокруг костра исчез весь кислород.
Друзья переглянулись, но виду не подали. В голове у них была одинаковая мысль – встать от ночной пловчихи, на противоположную сторону от костра и они так и поступили. Костер, стал своего рода защитой для них. Гостья же, как будто не замечала странного поведения мужчин. Она стояла, смотрела в огонь и что то бормотала. Костер угасал на глазах и друзья, как по команде стали подбрасывать сухие и мелкие веточки, что бы дать огню разгореться. Это помогло, но не надолго.
Казалось девушка, своим взглядом умеет подавлять силу огня. Так и прошло еще несколько минут, друзья подкармливали огонь, а гостья его гасила. От этого становилось просто жутко. Законы физики, на их глазах превращались в ничто. И холод пробирал друзей, когда они осмеливались взглянуть на незнакомку.
«А бабушка моя, ничего про меня не говорила?» – неожиданно спросила девушка и вперилась взглядом в Сергея. Тот почувствовал, что ноги его стали ватными и он понимал, что начал говорить, сам того не желая: «Сказала передать, что бы вы ужинали и домой шли! Вы, наверное голодны? У нас шашлык остался, можем подогреть!»
«Да! Голодна! Но шашлык, я не ем! Я сырое мяско, люблю!» – низким, утробным голосом ответила гостья и шагнула прямо через костер, протягивая руки к шее Сергея.
Самое страшное, что ни один ни другой не могли шевелиться, мышцы их сковала неведомая сила и Иван видел, что его другу угрожает опасность. Но сделать ничего не мог.