Братцы, бей без разговоров
И селькоров, и рабкоров,
Надоел нам красный клоп,
Загоняй его ты в гроб!
Комиссару – нож в бочину,
С нашей девкой не сиди,
Коммунисту – кирпичину,
Из деревни уходи.
По реке бежит волна,
Вода кольцами,
Будем рыбку мы кормить
Комсомольцами.
Тары-бары-растабары,
Зажилися комиссары,
Скоро-скоро помелом,
Эту нечисть мы сметем.
Советские пропагандисты отвечали на выпады белоэмигрантов своими рифмами, где, порой, одно слово полностью меняло смысл. (Из сборника В. Князева «Красноармейские частушки», 1925).
Стоит отметить, что нашим «ответом Чемберлену» были вирши не менее кровожадные. Передо мной нотный сборник 1931 года с «массовой песней» композитора Александра Давиденко и поэта Ильи Френкеля с ласковым и гуманным названием
«Мы тебе отрубим когти, Пуанкаре!»[4 - Пуанкаре Раймонд (1860–1934) – в разные годы президент и премьер-министр Франции. Один из организаторов антисоветской интервенции. Двоюродный брат известного математика.]
Нас буржуй не полюбил,
Нас прикончить порешил,
Только зря стучат затворы,
Лапы коротки у своры,
Только зря куют оковы,
Мы к борьбе готовы!
Слышь, Раймонд,
Старый черт!
Берегись!
Мы тебе отрубим когти,
Выдернем клыки!
Брысь! Брысь! Брысь!
У буржуя во дворе лает сам Пуанкаре,
Лает, словно на Луну,
На советскую страну,
Шибко бесится старик,
Точит когти, скалит клык,
Эту старую чуму мы научим кой-чему,
Пролетарский крепнет строй,
Не возьмешь его войной!
Рисунок из сборника В. Князева «Красноармейские частушки». 1925
В ответ «Русская правда» из номера в номер чехвостила советских вождей:
На деревне бузина,
А в Кремле – Калина,
На деревне голь одна,
А в Кремле – малина.
Сатана сидит в аду,
У него не худо,
По одну руку – Ильич,
По другу – Иуда.
Ленин к черту в ад пошел,
Троцкому наказывал,
Чтобы кол, да поострей,
Он себе заказывал.
Особое возмущение в кругах изгнанников вызвало переименование России в непонятную им аббревиатуру «СССР»:
На собачий на манер,
Русь назвали Триэсер,
Эту кличку мы собьем
Нашим русским штыком.
Коммунисты нас просили,
Чтоб забыли про Россию,
Это слово мы колом
Прямо в глотку им забьем.
В советской России такие перлы не появлялись в печати, но передавались изустно и даже нет-нет да проскакивали в концертах, особенно на периферии (конечно, от имени отрицательных персонажей):
Неужели снег не стает,
С гор не скатится вода?
Неужели власть Советов
Не исчезнет никогда?
В случае своевременного сигнала в ЧК участь «сатирика-юмориста» была незавидна.
Книга, изданная, судя по содержанию, в конце тридцатых годов с собранием ультра антисоветских анекдотов, гротескных зарисовок советского быта и переделанных стихотворений Пушкина:
У Лукоморья дуб срубили,
Златую цепь продали в лом,
Кота ученого прибили,
Чтоб не шатался он кругом,
И не рассказывал бы сказки,
И песен зря не заводил,
А по невидимой указке,
О том, что надо, говорил…