– Будешь снова делать такой круг?
– А почему нет?
– А что, если я куплю тебе платье и туфли, и мы с тобой встретимся еще раз?
Я скрестила руки на груди.
– Я плачу сама и тогда мы может быть встретимся.
– Да брось, – он встал с дивана и подошел ближе.
Он был на голову выше меня, и мне пришлось поднять взгляд, чтобы на него смотреть.
– Давай так: ты мне вернешь все, когда мы подойдем к кофейне. Что насчет такого? Договорились?
– Но… – хотела возразить я, но он меня перебил, выставив указательный палец.
– Никаких «но», обещаешь? – он посмотрел прямо мне в глаза. Отчего-то в его взгляде читалась уверенность.
– Ладно, – согласилась я.
Что я делаю?
– Отлично! Жду снаружи, – сказал Дилан и вышел из коридора примерочной, уверенно направляясь к кассе.
– Тогда завтра в парке в два часа? – спросил Дилан.
– Хорошо, – мы снова вернулись к фонтану неподалеку от кофейни. На долю минуты мы просто сидели и смотрели друг на друга. Я бы не хотела прерывать это. Было бы хорошо, если бы это продолжалось вечно. Он лишь улыбнулся и отвел взгляд вниз.
– Тебе наверно пора возвращаться к подруге.
– Ах, да, точно, я хотела сходить за кошельком. Чуть не забыла. Подожди, я сейчас.
Я оставила пакет с платьем возле него и помчалась к кофейне. Мне удалось проскользнуть мимо Лин, пока она набирала себе воды у аппарата с напитками. Достав сумку, я снова выбежала наружу. На полпути я уже не смогла отыскать глазами знакомый силуэт. Когда я подошла к фонтану, то осталась лишь с платьем. Дилана нигде не было. Позже я увидела записку, торчащую из пакета. На ней было написано: «Жду завтра в парке, Эллизабет». Подписано от Дилана. Я непринужденно улыбнулась. Почерк у Дилана был мелким курсивом. Каждая буковка была одинаково красивой. Я еще раз оглянулась в надежде увидеть его где-нибудь рядом и пошла назад. С кофейни рукой мне махала Лин, а с моего лица так и не сходила глупая улыбка.
Сегодня был необычный день.
Глава 3
Крик… Удар… Боль… Темнота…
Я проснулась вся в холодном поту, тяжело дыша, и чуть не раскалывающейся на две части головой. Я снова не могла понять, где нахожусь и что происходит. Постепенно мои глаза все же начали привыкать к темноте. Стали видны очертания моей тумбочки и шкафа, и я поняла, что это был всего лишь сон; я нахожусь в своей теплой и уютной комнате. Я мигом взглянула в окно. Фонари на улице были включены, а значит – была середина ночи. На часах было 3:39. Солнце здесь обычно встает в пять утра. От облегчения, что это был кошмар, я рухнула на подушку. Сердце стучало словно бешеное. Казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди, и я умру, лежа на кровати, глядя в белый потолок. Конечно, этого никогда не случится; но мысль умереть не отпускала меня с момента аварии. Каждый раз, когда я думала об этом всерьез, я вспоминала, что у меня есть мама, Линдси и жизнь, которую я люблю. Люди часто не понимают, что после их смерти будут страдать родные и близкие. Эту боль ничем не унять.
Дыхание постепенно учащается, сердцебиение приходит в нормальный ритм, веки становятся тяжелыми, и я проваливаюсь в глубокий сон.
"Доброе утро!". Так гласила надпись на упаковке хлопьев со злаками. Я следила за тем, как они постепенно начинают таять в чашке с прохладным молоком. Это были словно утопающие пассажиры из "Титаника". Никогда не плакала над этим фильмом. За то Линдси даже очень. Однажды она принесла мне DVD с этим фильмом, и буквально рыдала у меня в гостиной. Лин склонна к драмам и мелодрамам. Это ее любимый жанр фильмов, пусть даже они все довольно грустные для нее.
– Доброе утро, Сан-Франциско! – говорила телеведущая из новостей по телевизору. Я всегда удивлялась тому, как они могут быть такими бодрыми в семь утра.
Хлопья с молоком, на мое удивление, оказались вкусными. Обычно, я их принимаю с закуску, когда делаю домашку. С коридора донеслись шаги, и на кухне появилась мама. Как всегда ее каштановые волосы были идеально уложены заколкой сзади, а из одежды на ней был зеленый шелковый халат с розовыми тапочками. Хоть и маме сорок один год, никто из моих знакомых не поверил бы, если бы я назвала ее возраст. В свои годы мама выглядит намного моложе. Папа всегда раньше ласково ее называл – "Красавица Нила". Я не знаю, почему она называлась красавицей Нила, но мне кажется, это прозвище было ей к лицу. Мама одарила меня своей улыбкой и пожелала доброго утра. После этого ее руки потянулись к турке с кофе. Моя мама и утра не проживет, не выпив хотя бы одну кружку горького кофе без молока и сахара.
– А почему ты дома? – спросила я в недоумении
– Сегодня же суббота, – ответила она, запив эти слова кофе. Точно, суббота. Суббота. Я должна буду встретится с Диланом сегодня. Хоть это и было вчера, у меня это совсем это вылетело из головы.
– Что-то случилось, милая? – спросила мама, увидев, как мое лицо резко изменилось
– Нет, все в порядке. А который час?
– Гм, сейчас 11:07. А что? – смотря на дисплей телефона, ответила она.
– Ничего. Линдси позвала посмотреть с ней вместе подарок на день рождения Хейзел, – соврала я. На самом деле, мы хотели пойти за подарком завтра.
– Хорошо. Тебе нужны деньги?
– Нет, нет. У меня есть, не беспокойся.
– Тогда вперед, – улыбнулась мне мама.
– Угу, – пробубнила я, и мигом отправилась в свою комнату переодеваться.
Конечно, как и у каждой девушки у меня возникла самая большая проблема моей жизни. Что же мне надеть? Я даже не знаю свидание ли это или просто встреча в парке. Конечно, свидание не может быть так сразу, к тому же наверняка я ему не так уж сильно нравлюсь. Смотря в зеркало, я перебирала все возможные варианты стиля одежды. Платье, сарафаны, шорты… Моя кровать была просто завалена стопкой одежды. А через мое плечо летела еще стопка. От волнения, я жутко вспотела. Мне все равно нужно было в душ, поэтому я взяла голубое полотенце в руки, и зашла в ванную.
Повернув в сторону кран, я решила принять прохладный утренний душ. По началу, неприятно, когда холодные капли попадают на теплую кожу: от этого сразу появляется "гусиная кожа". Однако, холодный душ бодрит и придает свежесть. Завернувшись в полотенце, я вышла из душа, расчесала волосы и тихо поплелась в свою комнату. Снизу доносился телевизор. Мама снова включила утреннюю аэробику. Наконец, я нашла нужный наряд, и примерив его, я смотрелась в зеркало снова и снова, чтобы убедиться прилично ли я в нем выгляжу. Из косметики я нанесла только тушь и слабо замазала круги под глазами. На мне был джинсовый сарафан, под который я надела обычную белую футболку. На часах уже шел первый час. Взяв свой сотовый и ключи, я вышла на улицу.
Я ожидала, что на улице снова будет за 80 градусов
, но сегодня было удивительно тихо, свежо и прохладно. Солнце лишь слабо пригревало землю. Люблю такую погоду. В этот момент меня переполняет радостью. Особенно, когда вдыхаешь этот чистый и свежий воздух; солнце греет спину, и ты наслаждаешься тишиной. Я бы так стояла вечно, но время бежит, на часах было 1:26PM, а мне еще нужно было успеть добраться до центрального парка. Пока я шла мне встретился бегун, который был одет в синие шорты и зеленую футболку. В ушах у него были наушники, откуда мне даже удалось услышать песню. Это было что-то похожее на хип-хоп или R'n'b. Мне жаль, что я не разбиралась в этом; я больше предпочитала инди и электронику. Хотя все твердят, что по мне не скажешь, что у меня такие яркие предпочтения к музыке. Еще я встретила женщину лет сорока пяти, которая была одета в черный элегантный костюм. Держа в руках папку с файлами, она что-то бормотала себе под нос. Увидев, что я на нее смотрю она тут же замолчала. Я отвела взгляд, делая вид, что ничего не видела. Все машины на улицах стояли на стоянках около домов своих хозяев. Они будто ждали, что их вот-вот выпустят на прогулку.
80 градусов по Фаренгейту ~ 30 градусов по Цельсию
Не прошло и сорока минут, как я уже находилась в парке. Там было также тихо и спокойно. Было слышно лишь журчание воды в фонтане, шелест листьев на деревьях, и птиц, поющих свои мелодичные песни. Люди, конечно, гуляли в парке; но их все равно было мало. Несколько детей, играющих вокруг фонтана, молодая пара, женщина с ребенком в коляске и несколько людей, просто проходящих мимо.
В воздухе пахло летом. Для меня каждый сезон имеет свой запах. Пусть и в Сан-Франциско, где времена года мало чем отличаются друг от друга. Лето пахло скошенной травой, легким бризом и ягодами. Зимой бриз становился холоднее и от него уже веяло свежестью. Даже запах немного был сравним со льдом. Весна пахнет сакурой, которой в Сан-Франциско очень много. Осень единственной время года для меня, которое, почему-то, совсем не пахнет. За все мои осенние дни мне никогда не удавалось почувствовать какой-либо запах. К примеру, если взять зиму и весну, то переходя в весну, ты сразу ощущаешь резкую перемену запаха. Непередаваемое ощущение. А перехода с лета на осень словно и не существовало.
Прошло, наверное, минут пять, а Дилан так и не объявился. Я прогуливалась с одной тропинки на другую, оглядываясь вокруг в надежде увидеть темные волосы и светлый, высокий силуэт парня. Но вокруг не было никого. Странно, в этой стороне парка я никогда не ходила. Здесь все было такое же, но лавочек не было совсем, как и людей. Ветер колыхал мои волосы, а я не переставала смотреть на дисплей телефона, отсчитывая каждую минуту. Я уже почти потеряла надежду, как вдруг увидела его. Он стоял, облокотившись плечом об дерево, глядя куда-то в пустоту. Голубые глаза не были сосредоточены на каком-либо предмете или человеке. В такие моменты задумываешься, о чем же люди думают в этот момент.
– Привет, – подошла я к нему, за несколько шагов до того, как он меня заметил и одарил доброй улыбкой, показывая все свои белоснежные зубы.
– Привет, Эллизабет, – улыбнулся он, – Как прошел день?
– Точнее утро, – улыбнулась я. – Обычно. Завтрак с ведущей из утренних новостей.
– Отлично! Что на завтрак?
– Все довольно банальней, чем ты думаешь, – на его лице отразилось любопытство. Обычные хлопья с молоком, – улыбнулась я.
– Я предпочитаю уплетать их без него, – подметил Дилан.