Часовой в мире РБСН

Часовой в мире РБСН

За пределами Доу Ди

по мотивам романа «Расколотая битвой синева небес»

2026

Глава 1. Этот мир

Стрэндж выслушал меня, ни разу не перебив.

На столе между нами лежали мои записи. Названия городов, имена людей, последовательность событий — всё, что я смог восстановить по памяти. Несколько страниц занимала история Цин Линь.

Он задержался на них дольше остальных.

— Поэтому ты согласился на эксперимент?

— Да.

Стрэндж поднял глаза.

— Ты получил силу, о которой ещё неделю назад не имел представления, и первым делом решил покинуть эту вселенную?

— Я сначала пришёл к тебе.

— Это пока самая разумная часть твоего плана.

Я не стал спорить.

За окном проехала машина. Внизу, на улице, кто-то громко рассмеялся. Обычный городской вечер продолжался, пока я ждал ответа, от которого зависело всё задуманное.

Стрэндж отложил бумаги.

— В твоём мире это было художественным произведением?

— Да.

— Тогда начнём с поиска. Название книги не служит адресом. И я не могу обещать, что найду именно то, что ты помнишь.

— Я понимаю.

— Надеюсь.

Он встал и взял записи с собой.

Я приходил в Санктум каждый день.

Иногда Стрэндж задавал вопросы, которые казались несущественными: как выглядело небо, какие названия повторялись в разных переводах, что я помнил о границах мира. Иногда возвращал лист и просил отделить события новеллы от моих предположений.

Это оказалось труднее, чем я ожидал.

Я помнил чувства гораздо яснее подробностей. Особенно когда речь шла о Цин Линь.

На третий день Стрэндж зачеркнул несколько строк.

— Здесь ты написал, что она была совершенно одна. А дальше перечислил людей, которые ей помогали.

Я посмотрел на лист.

— Я имел в виду…

— Напиши именно то, что имеешь в виду. Мне нужны точные сведения.

Я переписал страницу.

Тем временем сила во мне постепенно переставала ощущаться чужой. Я учился поднимать предметы, не повреждая их, останавливаться после полёта, слышать собеседника среди сотен далёких звуков. Сдерживаться приходилось постоянно.

Когда я случайно сломал ручку двери, Стрэндж молча протянул мне инструменты.

Дверь я починил.

Однажды он встретил меня у лестницы.

— Есть кое-что.

Я остановился.

— Нашёл?

— Есть мир, который стоит проверить.

Он провёл меня в комнату, где над полом висело мерцающее изображение.

Я увидел горы.

Потом город, окружённый светлыми стенами. Над крышами скользнула огромная тень крылатого зверя. На его спине стояли люди.

Я подошёл ближе, но Стрэндж удержал меня за плечо.

— Это наблюдение. Прохода ещё нет.

Я заставил себя остановиться.

Мы проверяли увиденное долго. Одного летающего зверя было недостаточно. Но появлялись другие совпадения: знакомые названия, устройство культивации, упоминания кланов.

Наконец Стрэндж убрал руки, и изображение погасло.

— По совокупности признаков это тот мир, который ты описывал.

Я выдохнул.

Только сейчас заметил, как сильно сжал кулаки.

— Когда можно отправляться?

— После того, как подготовим переход.

Перед уходом он ещё раз спросил:

— Что ты собираешься делать, когда найдёшь её?

— Помочь. Если ей нужна защита — защитить.

— А если она уже в безопасности?

Я некоторое время молчал.

— Тогда мне не придётся её спасать.

Стрэндж внимательно посмотрел на меня.

— Хорошо.

Я опустил взгляд на записи.

— Я не хочу отнимать у неё друзей или решать, с кем ей быть. Просто… теперь у меня есть возможность что-то сделать.

— Тогда сначала узнай, что происходит на самом деле.

Он вернул мне бумаги. Я сложил их и убрал в сумку.

Переход мы открывали вместе.

Стрэндж определял направление и удерживал границы. Я стоял перед ним, позволяя золотому свету собраться вокруг рук.

— Медленно, — сказал он. — Следуй туда, куда я указываю.

Я чувствовал сопротивление пространства. Раньше при попытке потянуться за его пределы передо мной была лишь бесконечная неопределённость. Теперь появилось направление.

Я развёл руки.

Воздух перед нами разошёлся светящейся трещиной.

Стрэндж резко изменил положение пальцев. По краям разрыва прошли знаки, удерживая его от дальнейшего расползания.

— Достаточно. Удерживай.

Я остановился.

За разрывом темнели деревья. Оттуда пахнуло влажной землёй, листвой и незнакомыми цветами.

Настоящий ветер коснулся моего лица.

Несколько секунд я просто стоял, не решаясь сделать последний шаг.

Стрэндж говорил уже напряжённо:

— Я могу держать его ещё некоторое время. Но лучше не тратить это время на прощальную речь.

Я обернулся.

— Спасибо, Стивен.

Он коротко кивнул.

Я шагнул вперёд.

Под ногами хрустнули сухие ветки.

Золотой свет осветил ближайшие стволы, затем исчез. Я обернулся и увидел, как разрыв сужается. По другую сторону ещё различался силуэт Стрэнджа.

Потом пространство сомкнулось.

Я остался посреди леса.

Сила никуда не делась. Она спокойно отзывалась на каждое движение, и впервые мне не требовалось гадать, смогу ли я защитить себя на незнакомой дороге.

Но где находилась Цин Линь и какой сейчас был год, я ещё не знал.

Я поднялся над деревьями.

На востоке виднелись горы, на западе — река и тонкая линия дороги. Вдалеке поднимался дым поселения.

Я направился туда.

Сначала нужно было узнать, когда именно я прибыл.

Глава 2 Встреча

Пустынный город встретил меня сухим ветром.

Песок скрипел под подошвами, забивался в щели между камнями и собирался у стен домов. Я прошёл через ворота пешком. В полёте нашёл бы нужное место быстрее, но сначала хотел услышать новости.

Название отряда братьев Сяо оказалось известно первому же торговцу.

О Сяо Яне он говорил охотно.

О Цин Линь — почти ничего не знал.

Лишь у ворот резиденции наёмников я услышал достаточно, чтобы понять, на каком этапе оказался.

Мо Чэн мёртв. Девочку увезли двое могущественных противников. Сяо Ян вернулся раненым.

Я остановился.

Обитель Небесной Змеи.

Значит, непосредственная опасность со стороны клана Мо уже миновала. Я помнил, какую роль Цин Линь предстояло занять среди тех, кто её забрал. Это позволило немного успокоиться, хотя само похищение от этого не становилось безобидным.

— Вам кого? — спросил наёмник у ворот.

— Сяо Яна. Скажите, что я пришёл по поводу Цин Линь.

Меня встретили во дворе.

Первым подошёл молодой человек в чёрной одежде. Я узнал его прежде, чем он представился. Рядом стояли двое мужчин постарше; чуть в стороне — сухой старик с холодным, внимательным взглядом.

Хай Бо Дун.

Сяо Ян не стал тратить время на любезности.

— Ты знаешь, где она?

— Её забрали люди Обители Небесной Змеи. Люй Мань и Бай Я.

Старик едва заметно изменился в лице.

— Откуда тебе известны эти имена?

— Я знаю об этой организации и о том, почему им нужна Цин Линь. Они намерены развивать её способности.

Сяо Ян шагнул ближе.

— Ты видел её там?

— Нет, — ответил я. — И не стану говорить, что видел. Но у меня есть основания считать, что её будут обучать и защищать. Я собираюсь это проверить.

Он смотрел на меня ещё несколько секунд.

— Как тебя зовут?

— Часовой.

Один из братьев чуть нахмурился. Хай Бо Дун молчал.

Я повернулся к Сяо Яну.

— Но прежде я хотел поблагодарить тебя.

— Меня?

— За то, как ты относился к ней. За то, что защищал, когда другие видели лишь её происхождение.

Он отвёл взгляд к стене двора, потом снова посмотрел на меня.

— Она была с нами. Я не мог просто оставить её.

Для него это прозвучало естественно.

Я кивнул.

— Именно за это.

Разговор продолжили внутри.

Я не назывался родственником Цин Линь и не придумывал историю о давнем знакомстве. Сказал, что знаю о её судьбе и пришёл помочь. Этого оказалось недостаточно для полного доверия — и вполне достаточно, чтобы меня выслушали.

Сяо Дин рассказал о положении отряда сдержанно. Часть людей недавно служила противникам. Внешняя угроза уменьшилась, но стоило Сяо Яну уехать, как у кого-нибудь могли появиться новые расчёты.

— Я не собираюсь выбирать за вас командиров, — сказал я. — Но могу ясно обозначить, что ваши братья не останутся без поддержки.

Хай Бо Дун впервые усмехнулся.

— Для этого поддержки должно быть достаточно.

— Согласен.

Он поставил чашку на стол.

— Тогда выйдем.

Во дворе быстро собрались люди.

Сяо Ян хотел что-то сказать, но Хай Бо Дун остановил его коротким движением.

— Проверка. Без лишнего.

Я отошёл от здания и встал на свободном участке.

— Здесь?

Старик посмотрел на меня пристальнее.

— Ты даже не собираешься защищаться?

— Собираюсь. Людей за мной нет.

Он поднял руку.

Холод прокатился по двору. Над ладонью возникло ледяное острие и сорвалось вперёд.

Я поймал его.

Лёд треснул между пальцами.

За моей спиной никто не успел даже отступить.

Хай Бо Дун застыл, затем его взгляд стал серьёзнее. Следующая атака была значительно мощнее: воздух побелел, по земле побежал иней.

Я шагнул навстречу и остановил удар раскрытой ладонью.

На мгновение вокруг пальцев вспыхнул золотой свет.

Холод рассеялся.

Камни под ногами остались целыми.

Я опустил руку.

— Достаточно?

Старик не ответил сразу.

Сяо Ли смотрел на мою ладонь. Сяо Дин — на Хай Бо Дуна. По лицу Сяо Яна было видно, что он пытался сопоставить увиденное со всем, что знал о силе практиков.

— Кто ты такой? — наконец спросил старик.

— Человек, который предлагает помощь.

— Это не ответ.

— Более подробного пока не будет.

Хай Бо Дун медленно выдохнул.

И кивнул.

Ло Бу позвали вместе с остальными командирами.

Я не стал угрожать ему расправой за прошлое. Сяо Ян уже принял решение оставить его в отряде, а я пришёл поддержать братьев, не отнимать у них власть.

— Ваши внутренние дела решают Сяо Дин и Сяо Ли, — сказал я. — Я не претендую на место среди командиров. Но нападение на этот отряд не останется без ответа.

Ло Бу посмотрел на остатки льда у стены.

— Мы поняли.

— Тогда помогите им восстановить то, что пострадало. Люди должны получать жалованье, раненые — лечение. С этого и начните.

О дальнейших мерах мы говорили уже без зрителей. Сяо Дин сам распределил обязанности, уточнил запасы и назначил ответственных. Я предложил помощь с восстановлением повреждённых построек.

Несколько тяжёлых балок поднялись со двора и легли на опоры.

Наёмники замолчали.

— Показывайте, куда следующую, — сказал я.

После этого работа пошла быстрее.

На закате Сяо Ян проводил меня за ворота.

Некоторое время мы шли молча.

— Ты слишком много сделал для человека, которого встретил сегодня, — произнёс он.

— Я знаю о тебе немного больше, чем ты обо мне.

Он остановился.

— Например?

— О трёхлетнем соглашении.

Его лицо сразу стало серьёзным.

— Это мой бой.

— Знаю. И отнимать его не собираюсь.

Я повернулся к нему.

— Когда отправишься на поединок, позови меня. Я хочу присутствовать.

— Как связаться с тобой?

— Назови моё имя. Часовой.

Сяо Ян посмотрел в сторону пустыни.

— И ты услышишь?

— Я буду следить за приближением срока и окажусь неподалёку. Не придётся кричать на весь континент.

Он коротко улыбнулся, но затем спросил:

— Зачем тебе это?

— Хочу увидеть, как ты закончишь начатое. А если кто-нибудь решит превратить поединок двух людей в нападение целой секты, тогда у нас появится другая тема для разговора.

Сяо Ян некоторое время смотрел на меня.

Потом сложил руки перед грудью.

— Хорошо. Я позову.

Я ответил ему таким же жестом и поднялся в воздух.

Внизу на несколько мгновений стало тихо.

Я завис над крышами, выбрал направление и полетел прочь. Теперь предстояло проверить, действительно ли с Цин Линь всё благополучно. Одной памяти о книге для этого было недостаточно.

Глава 3. В Обители Небесной Змеи

До Обители Небесной Змеи я добрался под вечер.

Последнюю часть пути прошёл пешком. У ворот стояли стражи; заметив незнакомца, один из них выставил перед собой оружие.

— Назови себя и цель визита.

— Часовой. Я пришёл увидеть Цин Линь.

Страж нахмурился.

— Тебя ожидают?

— Нет. Передай Люй Мань, что я говорил с Сяо Яном и знаю, кого она привезла сюда.

Он обменялся взглядом с товарищем. Один остался возле ворот, другой поспешил внутрь.

Я ждал.

За стеной слышались шаги, негромкие голоса. Пока никто не нападал, причин ломать ворота у меня не было.

Люй Мань появилась спустя несколько минут. Остановилась напротив, внимательно меня рассматривая.

— Сяо Ян послал тебя?

— Я пришёл сам.

— Тогда какое отношение ты имеешь к девочке?

— Она меня не знает, — ответил я. — Но я знаю, что её увезли после того, как она уже пережила одно похищение. Хочу убедиться, что здесь ей хорошо.

Лицо Люй Мань стало холоднее.

— В нашей обители её способности получат развитие, которого она никогда не достигла бы среди наёмников.

— Возможно. Я хочу услышать, что думает она.

— Ты требуешь встречи у наших ворот, даже не объяснив…

Я поднял руку.

Пространство над раскрытой ладонью разошлось тонкой щелью. За ней не было видно ни двора, ни гор — только глубокая темнота. Я сомкнул пальцы, и щель исчезла.

Люй Мань замолчала.

Я не выпускал ауру на всю обитель. Стражи за её спиной остались стоять, даже не вполне поняв, что увидели. Она поняла достаточно.

— Я мог войти без разрешения, — сказал я. — Но хочу спокойно поговорить. Сначала с Цин Линь.

На этот раз Люй Мань ответила не сразу.

— Следуй за мной.

Цин Линь сидела за столом у окна.

Перед ней лежала раскрытая книга, рядом стояла чашка. При нашем появлении она поспешно встала, зацепив рукавом край страницы.

— Старшая Люй…

Потом увидела меня и осеклась.

Я остановился у двери.

До этого момента всё было просто: найти обитель, добиться встречи, предложить помощь. Теперь передо мной стояла маленькая девочка, которой незнакомый взрослый наверняка казался ещё одной неизвестной опасностью.

Я опустился на стул, оставив между нами стол.

— Здравствуй. Меня зовут Часовой. Я недавно видел Сяо Яна.

Она сразу подняла голову.

— Молодой господин… Он поправился?

— Когда мы разговаривали, он уже был на ногах. Его братья рядом с ним.

Плечи Цин Линь немного расслабились.

— Он знает, что я здесь?

— Знает. Но меня он за тобой не посылал. Я сам захотел узнать, как ты.

Она взглянула на Люй Мань.

Я тоже повернулся к ней.

— Оставьте нас ненадолго.

Та нахмурилась.

— Она…

— Если Цин Линь хочет, чтобы вы остались, останьтесь.

Девочка замерла, явно не ожидая, что решение вдруг окажется за ней.

— Можно… — начала она и сжала пальцами рукав. — Можно я поговорю?

Люй Мань посмотрела на неё, затем вышла. Дверь закрылась без хлопка.

Я дождался, пока шаги удалятся.

— Тебя здесь обижают?

Цин Линь покачала головой.

— Нет.

— Заставляют делать то, чего ты боишься? Наказывают?

— Пока я только учусь. Мне дали комнату… и одежду. — Она помолчала. — Здесь не сердятся, когда видят мои глаза.

Я кивнул.

— Хорошо. А ты сама хочешь остаться?

Она посмотрела на дверь.

— Я могу уйти?

— Да. Если захочешь, я отвезу тебя обратно к братьям Сяо Яна. По дороге никто тебя не остановит.

Она долго молчала.

Я не стал заполнять эту тишину обещаниями.

— А молодой господин будет там? — спросила она наконец.

— Он собирается уехать по своим делам. Обещать, что встретишь его в городе, я не могу.

Цин Линь опустила взгляд на книгу.

— Мне хотелось бы увидеть его. Сказать, что со мной всё хорошо.

— Это можно устроить. Для этого необязательно уходить отсюда навсегда.

Она осторожно провела пальцем по краю страницы.

— Здесь говорят, что я могу научиться управлять своими глазами. И стать сильной.

— Ты хочешь этого?

На этот раз она кивнула сразу.

— Хочу. Когда меня забрали, я ничего не могла сделать. Только ждать…

Голос стал тише.

Я смотрел на её руки. Пальцы всё ещё мяли рукав.

— Мне страшно оставаться, — призналась она. — Но уйти и снова ничего не уметь тоже страшно.

— Тогда не торопись выбирать навсегда. Можешь остаться учиться и посмотреть, как к тебе будут относиться дальше.

Она подняла на меня глаза.

— А если потом я захочу уйти?

— Помогу.

— Вы снова придёте?

— Да.

Цин Линь всмотрелась в моё лицо, будто пыталась понять, насколько серьёзно незнакомый человек произнёс это короткое слово.

Потом тихо сказала:

— Я хотела бы пока остаться.

У меня внутри что-то отпустило — и одновременно кольнуло. Часть меня уже представляла, как увезёт её отсюда и лично убедится, что больше никто её не обидит.

Но она попросила о другом.

— Хорошо, — ответил я. — Тогда останешься.

Люй Мань ждала в коридоре.

— Она хочет учиться здесь, — сказал я.

— Я говорила тебе, что…

— Да. Но теперь это сказала она.

Я прикрыл дверь. Цин Линь осталась за столом: я предложил ей написать Сяо Яну несколько строк и обещал передать письмо.

— Я не собираюсь мешать обучению, — продолжил я. — И благодарен за то, что вы уже для неё сделали. Но её нельзя запирать здесь, отрезать от знакомых или убеждать, что за вашу помощь она теперь принадлежит обители.

Взгляд Люй Мань стал жёстким.

— Ты разговариваешь так, словно мы собираемся причинить ей вред.

— Я надеюсь, что не собираетесь.

Несколько мгновений мы смотрели друг на друга.

— Передай тем, кто будет решать её судьбу: если она захочет уйти, её отпустят. Если кто-то решит использовать её способности через боль или угрозы, я вернусь и заберу её. Тот, кто это сделает, ответит передо мной лично.

— Это угроза?

— Да.

Я произнёс это спокойно.

Люй Мань перевела взгляд на мою руку — ту самую, над которой несколько минут назад раскрылось пространство.

— Она слишком ценна для обители, чтобы с ней плохо обращались.

— Пусть это будет видно по тому, как она здесь живёт.

Когда я вернулся, Цин Линь уже закончила письмо.

Она протянула сложенный лист обеими руками.

— Здесь немного…

— Достаточно.

Я убрал письмо и поднялся.

— Тебе что-нибудь нужно перед моим уходом?

Она поколебалась.

— Скажите молодому господину, чтобы он не беспокоился.

— Скажу.

У двери меня остановил её голос:

— Часовой…

Я обернулся.

— Почему вы помогаете мне?

Я задумался, подбирая ответ, который не возложил бы на неё ни долга, ни обязанности утешать меня.

— Я узнал, что с тобой случилось. И у меня появилась возможность помочь.

— А мне что нужно…

— Ничего, Цин Линь.

Она замолчала.

Я мягче добавил:

— Учись, если тебе этого хочется. Если что-то будет не так, в следующий раз скажи мне прямо. Даже если кто-нибудь велит молчать.

Она медленно кивнула.

Из обители я вышел один.

За воротами оглянулся на окно её комнаты. Цин Линь стояла возле него и, заметив, что я посмотрел, нерешительно подняла ладонь.

Я помахал в ответ.

Сегодня она осталась там, где сама решила остаться. Мне предстояло сдержать обещание и вернуться.

Глава 4. Трёхлетнее соглашения

— Часовой.

Сяо Ян произнёс моё имя негромко, остановившись у начала дороги.

Я находился неподалёку и вышел ему навстречу. Он посмотрел на меня, затем на небо.

— Ты уже ждал?

— Обещал же прийти.

За его спиной возвышался тяжёлый меч. Сегодня Сяо Ян был особенно собран: даже поздоровавшись, он почти сразу перевёл взгляд на гору.

— Пойдём? — спросил я.

Он кивнул.

Некоторое время мы шли молча. Я подстраивался под его шаг, хотя расстояние до вершины мог преодолеть за мгновение. Ему этот путь был нужен.

Письмо Цин Линь я передал заранее. Тогда он прочитал его дважды, внимательно расспросил о нашей встрече и заметно успокоился, узнав, что она решила остаться учиться.

Теперь он неожиданно вернулся к тому разговору.

— Спасибо, что навестил её.

— Я ещё приду.

— Она легко пугается, даже если старается этого не показывать.

— Заметил.

Сяо Ян коротко кивнул и продолжил подъём.

Я не стал рассказывать ему об угрозе, оставленной Люй Мань. Сегодня у него было достаточно собственных забот.

На лестнице Сяо Ян замедлил шаг.

Я остановился рядом. Между деревьями тянуло прохладой; наверху, за туманом, уже угадывались постройки.

— Когда выйдем на площадь, я отойду к зрителям, — сказал я.

Он повернулся ко мне.

— Я хотел попросить об этом.

— Знаю. Ты пришёл драться с Налань Яньжань.

— Что бы ни происходило во время поединка, я должен закончить его сам.

— Хорошо.

Он несколько секунд смотрел на меня, будто проверял, не скрывается ли за согласием оговорка. Затем поправил ремень оружия и пошёл дальше.

Я оставался на полшага позади.

За всю дорогу он ни разу не спросил, насколько я силён. После нашей встречи в пустынном городе ему было понятно, что я способен помочь. Но сейчас он явно хотел думать о собственных возможностях.

На последних ступенях я тоже перестал говорить.

Площадь открылась сразу, как только мы поднялись над полосой тумана.

Белые одежды учеников, каменные возвышения, неподвижные старейшины. Сяо Ян прошёл вперёд и назвал себя.

На меня тоже посмотрели. Несколько взглядов задержались, пытаясь определить, зачем рядом с ним появился незнакомец.

Я остановился у края площади.

Налань Яньжань смотрела на Сяо Яна. Даже моё появление отвлекло её лишь ненадолго.

Я видел её впервые.

В памяти оставался персонаж из прочитанной истории, но передо мной стоял живой человек, который тоже готовился к этому дню. Я не знал, что именно она сейчас чувствовала, и не собирался угадывать по одному движению бровей.

Со стороны деревьев донёсся знакомый голос:

— Сюда.

Хай Бо Дун обозначил рукой место рядом с собой.

Я поднялся к нему без крыльев и без заметного толчка. Ветка под моими ногами едва качнулась.

Стоявший неподалёку старик перевёл взгляд с площади на меня.

— Ваш знакомый?

— Знакомый Сяо Яна, — ответил Хай Бо Дун.

— Часовой, — представился я.

Старик назвал себя Фа Ма. Рядом находился Цзя Син Тянь.

Они приняли моё приветствие, но любопытства не скрыли.

— Раньше не слышал этого имени, — заметил Цзя Син Тянь.

— Я недавно появился в этих краях.

— И уже сопровождаете его на такую встречу?

— Он пригласил.

Хай Бо Дун скосил на меня глаза. По едва заметному движению его губ я понял, что такой ответ его позабавил.

На площади заговорил Юнь Лэн, и разговор возле нас прекратился.

Я слушал условия поединка, не двигаясь.

Когда Сяо Ян обозначил, что готов принять и смертельный исход, Хай Бо Дун нахмурился. Я почувствовал, как изменилось его дыхание.

— Упрямец, — тихо произнёс он.

Я ничего не ответил.

Сяо Ян знал, какие слова произносит. Поправлять его с места зрителей я не собирался.

Налань Яньжань достала меч.

Вскоре тяжёлое оружие оказалось и в руке Сяо Яна.

Ни один из них больше не смотрел по сторонам.

Я опустил руки вдоль тела. До этого даже не замечал, что держал их скрещёнными на груди.

Хай Бо Дун заметил движение.

— Волнуешься?

— Да.

Он посмотрел на меня с некоторым удивлением.

— Даже ты?

— Дерётся он.

Старик помолчал, затем снова повернулся к площади.

Начало боя заставило учеников податься вперёд.

Я следил за обоими, различая движения, которые для большинства зрителей сливались в короткие вспышки. Такая ясность была непривычной: я видел каждый перенос веса, поворот кисти, изменение расстояния между противниками.

Но понимал далеко не всё.

Увидеть удар и оценить, зачем боец выбрал именно его, — разные вещи. Сяо Ян обладал опытом, которого у меня не было. Я мог выдержать их оружие голой рукой, однако это ничего не говорило о моём умении вести такой поединок.