<< 1 2 3 4 >>

Гродненский ангел Лейб Найдус
Маргарита Акулич

Если говорить о поэтическом языке Лейбы Найдуса, то в нем можно найти большое изобилие слов из художественной мировой литературы. Его язык является отражением высочайшей широты горизонтов его собственной культуры. Ключевая роль в поэзии Найдуса принадлежит греческой мифологии, восточным мотивам и связи с западной культурой.

Он прибегал к имитации верленовской «музыкальности», формально-техническим ухищрениям, использовал стилизацию, придавал манеру идишскому стиху. Им часто использовались сонеты, восьмистишия, триолеты и иные формы поэзии, что позволяло ему раскрывать замысел, состоявший в обогащении поэзии на идише.

А. Новерштерном отмечено, что [2]:

«поэзия Найдуса делает попытку вызвать переживания в широкой области, близкой к неограниченным возможностям, которые поэт встречает на своем пути, ощущения культурного и эмоционального богатства, достигающие высшей точки» [Novershtern 2016].

Следует обратить внимание на совпадение по времени поэтической деятельности поэта с периодом расцвета поэзии русских декадентов и модернистов. Конечно, это обстоятельство отразилось на его творчестве.

О новаторстве творчества Найдуса и значимости его поэзии

Фото из источника в списке литературы [7]

Критиками подчеркивалось новаторство Лейба Найдуса, которое особо проявилось в ритмике и сюжетах. Найдусом поэзия не только модернизировалась и обновлялась, он занимался изобретательством, упорядочением, координацией и установлением новшеств, привнося собственное понимание, видение разнообразных аспектов идиш-поэзии. Это было его «Найдусовской» миссией.

Чтобы понять, насколько значима роль Лейба Найдуса в становлении языка поэзии на идише, нужно осознавать, насколько беспризорной и бедной была в те времена поэзия на этом еврейском языке. По сути, на идише не было до Найдуса таких истинных и высокохудожественных произведений, какие были на языках западноевропейских и русском языке. Еврейская поэтическая культура на идише была в зачаточном состоянии, она отличалась примитивностью и низким уровнем, даже близко не приближавшемся к уровню мировому.

Именно Лейбе Найдусу суждено было стать одним из основателей, родоначальников идиш-поэзии.

Формирование поэзии на идише происходило на фундаменте таких величайших литератур как французская и русская. Здесь важно понимание, что возникновение языка идиша базировалось на ряде культур и язык этот имеет такие компоненты как: компонент еврейский, компонент немецкий, компонент славянский, компонент романский.

Можно с уверенностью заключить, что Найдусом (и еще некоторыми другими) была выполнена важнейшая миссия, состоявшая в создании, формировании поэзии на идише в мультикультурном ракурсе. Это весьма значимо как для идиша, так и для еврейской культуры, и для других культур, поскольку культуры обычно отличаются взаимопроникновением.

К сожалению, роль Лейба Найдуса в развитии мировой культуры до сего часа по достоинству не оценена ни филологами, ни культурологами, ни литературоведами. Но, возможно, еще будет оценена как надо.

Я. Глатштейном было отмечено [2]:

«он был основательно забыт, хотя он больше, чем многие другие идишские поэты того времени, работал непосредственно ради поэзии и хотел включить в идишский стих и в сам язык все существовавшие до него достижения и аспекты как мировой поэзии, так и еврейской» [Glatstein 1960:147]».

Об уникальности творчества Найдуса

Творчество Лейба Найдуса в области идиш-поэзии может рассматриваться в качестве действительно уникального. Писал он, в том числе, на национальные еврейские темы. Но темы эти в его поэзии не были особо заметными. В его творчестве вовсе не наблюдается лейтмотивов того времени, таких как нужда, бедность, жизнь штетла. Куда больше в его творчестве того, что имеет отношение к восточной культуре и экзотичности.

В поэзии Лейба Найдуса центральную позицию занимает изобилующая компонентами пантеизма природа. Его можно считать отцом (наряду с другими подобными ему поэтами) модернистской поэзии. И он обеспечил соединение еврейских, европейских и интернациональных литературных элементов и приемов ради создания красивого нового образа идиш-поэзии.

В его поэзии заметно присутствие ландшафтов, мест, явлений и красок в разных нюансах, вариациях, оттенках. Поэтому он стал родным и близким человеком для всех его читателей без различения их религиозной принадлежности, места проживания и национальности. Найдус дорог представителям разных народов, в первую очередь, народов Беларуси.

Поэтом действительно находились для для всего верные слова, ритмы, формы, звуки. Он в этом мастер был несравненный.

Критики о его лирике говорили, что в ней ощущается [2]:

«наравне с нежной мечтательной тоской мальчика, также и воодушевление от его пафосной, экспрессивной индивидуальности, и грандиозный жест классической поэзии», который до сих пор никем не был создан на идише [Novershtern 2016]».

2. 2 О солнечности и музыкальности поэзии Лейба Найдуса. Об эротике и экзотическом романтизме поэзии Лейбы Найдуса

О солнечности и музыкальности поэзии Лейба Найдуса

«Когда мы читаем его, можем полагать, что он жил в самый лучший процветающий период жизни на земле. Такого рода человек не имел никаких других забот и других дел, кроме как упорядочивание и улучшение своего лирического мироощущения, мировосприятия. У него все было гармонично и превосходно»

(критик Аарон Закуски. [Zacusky1951:5]).

В отношении последних лет жизни Лейба Найдуса можно сказать, что они отличались особой плодотворностью. Но стоит посмотреть на этот временной период в историческом контексте и на отражение событий и состояния общества в творчестве Лейбы Найдуса. Ведь последние годы творчества и жизни поэта были годами Первой мировой войны (период с 1914-го—1918-го годов) – жесткими и страшными годами начала широкомасштабного переворота в обществе.

Многими поэтами и писателями рассматриваемые годы отражались в их творчестве, они обращали внимание на исторические не простые события. Они эмоционально либо тематически, как правило, затрагивали существовавшие в эти годы проблемы.

Но творчество Лейба Найдуса проблемы эти обошло стороной, в нем они не отражены. Его поэзия в это время была гармоничной, жизнеутверждающей, энергичной и солнечной.

Алла Петрушкевич отметила [3]:

«Дождж i сонца, дождж i сонца. Адбiваецца на небе

Каляровы мост блакiтны, Шчасьця вечнага дарога. І y фiнале, як бачым, той жа нястрымны рух, той жа вэктар, якi скiраваны yжо y неабсяжныя глыбiнi часу. Сапраyды, «Лейб Найдус – як слушна сьцьвярджала ягоная пляменьнiца Валянцiна Найдус, – быy песьняром радаснага аптымiзму. Ён прынёс у габрэйскую паэзiю непаyторную прыгажосьць прыроды, багатую палiтру фарбаy i неспатыканую да яго выключную сэнтымэнтальнасьць да прыроды».

У згаданым вышэй артыкуле Анатоль Брусэвiч падае свой пераклад верша Лейба Найдуса праз падрадковiк гарадзенца Рыгора Хасiда, якi, як прызнаецца перакладчык, быy зьдзейсьнены iм у адначасьсе: Я сэрцам сонца п’ю нэктар. Мой зрок у небе тоне. Я – малады, прыгожы цар, Хоць голаy не y кароне. У апошнi пэрыяд свае творчасьцi Лейб Найдус усё часьцей адыходзiць ад рыфмаванага верша. Тлумачыць гэта жаданьнем разьняволiць у паэтычных радках плынь пачуцьцяy… Шчыра верыy паэт у ратавальную сiлу прыгажосьцi, яе магчымасьць зьмянiць сьвет да лепшага. Не абышло i яго гэтае марнае iмкненьне многiх рамантыкаy.

Дазволiць лёгка плынiць строфам вольна, ня сьцiснуць сэрца y ямбы цi харэi, бязь межаy хай лiецца мова, проста. Ня стану шлiфаваць у вершах словаy, найперш такiх, як боль i шчасьце».

(Пераклад Алы Петрушкевiч праз пераклад з польскай Алены Найдус – А.П.)

Хацеy бы памагчы народу, Бо гiне y болi i самоце. Хачу яму вярнуць я веру У бязьмежнасьць хараства на сьвеце, Каб стала будучыня лепшай.

(Пераклад Максiма Танка, 24.05.1994 г.)».

Звук: Ты река ль, моя реченька (Origa) Ольга Яковлева Альбом: Aria Дата выпуска: 1996 nnm.ru Автор текста (слов): народные Композитор (музыка): народные – www.karaoke.ru

Изображение: Автор: garikga Название: *** – www.photosight.ru

Текст: Лейб Найдус. Вечернее солнце садилось устало… Исроэл Некрасов www.stihi.ru http://www.playcast.ru/view/1180829/834ec605be69418426bffc04b0975aac6d1ca52apl

Произведения Лейба Найдуса проникнуты особой музыкальностью. Он был одарен всесторонне, имел прекрасный слух и особую музыкальную чуткость, что отразилось на его поэзии.

Аароном Закуски отмечено, что в творчестве поэта Лейба Найдуса была особенная «музыкальность слова, музыкальность формы, музыкальность образов, чувств и мыслей. И все это было в превосходной божественной гармонии» [2].

Некоторые из стихотворений Найдуса (такие к примеру, как «Солнце и дождь») оказались переложенными на музыку и пелись в еврейских школах.

Об эротике и экзотическом романтизме поэзии Лейба Найдуса

Зазвенят негромко струны: Гондольер, красавец юный, Заиграет в тишине. Внемлет ночь его канцоне, И луна на небосклоне,

Словно донна на балконе,

Загрустила в вышине.

(Лейб Найдус, Венецианские мотивы)

Фото из источника в списке литературы [9]

В идиш-поэзии Найдуса наблюдаются мотивы эротического свойства и экзотического романтизма.

<< 1 2 3 4 >>