– Вначале, как Петрович отчёт принёс, думал, может мутация какая после взрыва произошла. Но после разговора с Васьком не знаю, что думать. Тварь эта во время взрыва уже существовала. Возможно, где–то в недрах скалы, и вылезла, как скала трещины дала. Но что наиболее вероятно, так это то, что она снова проявится. Если вышла в парк, подбирается к людям, то есть опасность ещё одного нападения. Плюс к этому Васёк описывает тело человеческое, а мы на местах преступления следы обуви обнаружили, большой размер, везде одинаковые. Мне, Дим Димыч, оперативную группу надо собрать. Я один не набегаю. Васёк вернётся со дня на день, но и он не бегун, и стажёр у меня есть. Вот и весь комплект. Ещё бы парочку оперов. Ног очень не хватает.
– А я дам! Дам тебе парочку! Есть у меня орлы, как раз к тебе в отдел, – полковник распахнул дверь кабинета, чуть не прибив подслушивающего Дениса, – вот они. Забирай в команду!
– Нет, пожалуйста, не надо! Мы же не охотники за привидениями! – завопил Денис.
– Конечно нет. Вы охотники за вампирами! – провозгласил полковник и заржал, а после добавил, – собирайте манатки и переезжайте в цоколь, под командование Бурана. Неразглашение там же подпишите. Выполнять!
Матерящиеся оперативники вышли за дверь, а Никодим продолжил: – Ты, Паша, не думай, ребята толковые, балбесы, правда, ещё, но это от избытка гормонов. А дело тебе выпало странное. Но я ждал чего–то подобного, когда спецслужбы понаехали и всё у нас забрали. Кое–что слышал, тут, там, хоть и держали от нас всю информацию в строжайшей секретности. Ждал, потому что у нас произошло, в нашем городе, и нам разгребать, а доверить такую мистику–фантастику никому, кроме тебя не могу. Ты, капитан, шибко умный, мыслишь широко, и что немаловажно, надёжный. Ты ведь думал, списал я тебя, да, Пашь? Нет, друг мой. Придержал, чтобы всмятку вас не размазало от жалости к себе. Если кто с дерьмом и разберётся, так это ваша троица. Как Васёк, готов наконец?
– Готов. Только на коляске он, надо условия создать, хоть минимальные.
– Создадим. Давно есть договорённости, от тебя отмашки ждал. За выходные всё устроим. И кстати, весь цоколь и подвал твой. Оборудование, какого не хватает, запрашивай, что смогу – найду. И ещё. С этого момента кроме меня и членов опергруппы никто не знает, чем вы заняты и какое расследование ведёте. Как назначишь совещание опергруппы, дай знать. Буду.
– Спасибо! – Павел, хоть и виду не подавал, испытывал сильное потрясение. Он готовился к тому, что придётся доказывать, что Петровичу с пьяных глаз не померещилось, и что Васёк вменяемый и вовсе не тронулся умом от ран своих неизлечимых, а оказалось ждал полковник необычного и странного. Ну что сказать, проницательность его превышала ожидания в разы.
Покинув кабинет Никодима, капитан отправился будить Петровича. Новостей за столь непродолжительное утро набралось множество.
– Во, дела! – прошептал Петрович, выслушав Пашу, – так значит Васёк его видел? Слушай, а может он нам рисунок набросает, а? А Никодим так и сказал, придержал? Я думал, нас из жалости сюда.
– Да и я так думал, Серёга, что из жалости. Но Васёк в понедельник уже с нами будет. Надо подготовиться. Мы разные хитроумные дела раскрывали, этого клыкастого тоже найдём. Ты над химией поработай, изучи, что да к чему. Никодим материалами и оборудованием помочь готов. Да, и на счёт оборудования… – Павел достал коробку, доставленную курьером в его отсутствие и протянул Петровичу, – с днюхой, дружище!
– Это мне? – глаза удивлённого Петровича загорелись, – а что там?
– Так открой, – капитан улыбался.
– Ого… микроскоп. Электронный… Пашка, да это же вещь! – восторг Петровича был таким явным, что Паша порадовался. Угодил. – Наслаждайся. Кстати. Сегодня пополнение у нас. Им тоже задание найдётся.
– И кто же это добровольно к нам в подвал попросился? – Петрович был ещё под впечатлением от Пашиного подарка. Дорогая вещь и очень нужная.
– Не совсем добровольно, скорее в наказание вампиров наших к нам на подмогу отправили, – улыбаясь, Паша рассказал всю историю. Петрович хохотал от души, слушая капитана.
– Ладно, дружище. Дел у нас невпроворот, я по своим, ты по своим, а в понедельник совещание проведём со всем тем, что накопаем. Надеюсь, тварь эта неведомая до понедельника не проголодается.
Раздался стук в дверь и вошли Смирнов с Ивановым. Лица недовольные, в руках коробки с барахлом. Наверху слышался дикий хохот, проводили их, видимо, весело и с прибаутками.
– Вы парни, дальше по коридору устраивайтесь, там комнатка есть, – Паша покопался в ящиках стола и вынул ключ, и протягивая его Денису продолжил, – сегодня постараемся зазвать туда айтишника, компьютеры вам подключат. Порядок сами наводите, всё необходимое для уборки у Анны возьмите. Она скоро будет. Как устроитесь, зайдите, есть задание для вас.
Отпустив будущих коллег Буран прикинул, сколько им времени на уборку потребуется и обустройство, и решил, что успеет навестить Самойлову Киру. Может недостающие детали её биографии удастся выяснить. Вспомнив, что сегодня придут студенты для опознания товарища перепоручил эту процедуру Андрею, и вызвав такси, уехал.
Лечебница встретила оглушающей тишиной. Это было необычно, вчера здесь слышны были разнообразные звуки. Подойдя к стойке неулыбчивого администратора, Павел представился, и сообщил цель визита.
Недовольно и пристально рассмотрев документы взрослая дама с выражением глубочайшего неприятия, в униформе больницы, набрала внутренний номер. Тихо пошептав по телефону, она неожиданно приятным и вовсе не сочетающимся с её внешностью голосом обратилась к капитану: – К сожалению сегодня вы не сможете навестить нашу пациентку. Её лечащий врач, а так же главврач нашей клиники отсутствует, а без его разрешения я не могу вас пропустить. Приходите в понедельник, в послеобеденные часы. Все утренние процедуры будут закончены, врач будет на месте и сможет вас принять. Он же, если сочтёт нужным, проводит вас к пациентке.
– Почему сегодня здесь так тихо? – спросил Паша.
– Пятница. Многих пациентов, чье состояние не представляет опасности для них самих и окружающих забирают на выходные домой. Эту практику клиника ввела недавно, но она оказывает положительное влияние на лечащихся в ней.
– А Кира Самойлова? Тоже на выходных?
– Она поступила только вчера, даже если бы её было кому забрать – это нецелесообразно и слишком рано. Приходите в понедельник, Алексей Викторович примет вас.
Значит Кира совершенно одинока, размышлял Павел, выходя из лечебницы. Родители, по словам врача, погибли, когда она была ребёнком, и если нет родственников, значит воспитывалась она в интернате. Не всё же время она лежала здесь? Дав себе задание ещё раз просмотреть все файлы, касающиеся Самойловой Киры, он вызвал такси и направился в управление. Решив по дороге купить еды для Петровича, который сутки провёл в своём морге, он остановил машину у «Семи гномов», и вошёл в кафе, оказавшись едва не сбитым выбегающими посетителями.
У барной стойки с совершенно белым, но невозмутимым лицом стоял Григорий, а перед ним верзила, покачиваясь и размахивая пистолетом выкрикивал угрозы. На полу, в луже крови от полученного ранения, но ещё живой лежал, зажимая руками рану на животе один из карликов – официантов. Сильно хромая, опираясь на трость Паша подкрадывался сзади, надеясь, что верзила сосредоточил внимание лишь на деньгах, которые вынимал из кассы бармен. Но ведь надо быть полным идиотом, чтобы совершать вооружённое нападение практически напротив управления уголовного розыска. Или наркоманом. У них тоже нет мозга.
Опираясь на здоровую ногу капитан вскинул трость, со всей силы ударил верзилу по руке, выбивая оружие, тот резко обернулся и получил тростью сначала в подбородок, потом между ног, и согнувшись от боли был вырублен сильным ударом по голове сверху. Свалившись на красивый и дорогой мраморный пол он забавно хрюкнул и затих.
Григорий кинулся вызывать скорую для товарища, а Павел тем временем вызвал оперов, чтобы составили протокол и забрали преступника. Покончив с формальностями, он подошёл к Грише, справиться об официанте.
– По мнению фельдшеров скорой помощи рана не смертельна, но я всё же сильно волнуюсь, Павел Аркадьевич! Это всё немыслимый стресс для нас. Мы, признаться, втайне надеялись быть в безопасности, учитывая место нашего расположения.
– Не волнуйтесь, Григорий! Организм молодой и крепкий у вашего парнишки. Преступникам нет разницы, где совершать нападение. Но мы справились, – и Павел улыбнулся.
– Ох, благодарствую, Павел Аркадьевич, вы не только ему жизнь спасли своим вмешательством, но и мне. Ведь неизвестно, как бы поступил этот невменяемый, получив деньги. Вероятнее всего, убил бы нас, – руки бармена дрожали, испуг его не отпускал, хотя он во время нападения держался более чем достойно.
– Всё обошлось, Гриша! Всё обошлось. Послушайте, не к месту может, но у меня Петрович сутки не ел, найдётся с собой для него обед? – Паша надеялся, что привычная суета Гришу отвлечёт и поможет собраться. Так и вышло. Григорий тут же распрямил плечи, и начал отдавать распоряжения на кухню. У капитана зазвонил телефон, Кирьянов сообщил, что есть информация, и что он в скором времени будет в отделе. Паша попрощался с барменом, договорившись, что еду для Петровича занесёт один из сотрудников кафе, и покинул заведение.
Андрей поджидал капитана у дверей кабинета, недоумевая, почему по коридору с ведром и тряпкой пробежал Смирнов, а напарник его Лёша с мусорным пакетом и какими–то драными коробками поспешил из запертой ранее комнатушки во двор к помойкам.
Неужели такое наказание им Никодим назначил? Забавно. Они точно этот урок не забудут. Как бы их отдел не назывался, и какой бы смысл не имел, но насмехаться так открыто над коллегами, которые при спасении чужих жизней пострадали некрасиво, не по мужски как–то. Поделом, хоть оба явно недовольны. Конечно, старый, забытый прежними поколениями хлам разбирать удовольствия мало.
Завидев Бурана, стажёр приосанился. Устал он, конечно, бегать, но доволен был чрезвычайно. Лучше так, чем в старых делах копаться.
– Докладывай, Андрей! Что разузнал?
– Немного, Павел Аркадьевич! Подростков я нашёл, они там в парке частенько после школы тусуются, и сегодня были. Только не видели ничего и не слышали. Об убийстве Петрова узнали из новостей. Никаких крупных собак, бездомных или диких животных в парке ни разу не встречали. С ботиночками дело так обстоит. В нашем Старославянске нет мастерских, которые обувь на заказ изготовляют, была одна в старом центре, но закрылась давно. В ремонтной мастерской по соседству мне сказали, что у мастера этого был ученик, и обувь они делали очень дорогую и качественную, из хорошей кожи. Но мастера не стало, об ученике его тоже никто и ничего давно не слышал, может и работает он в частном порядке на дому, только вот найти его не просто будет.
– А кто у нас в городе выделкой занимается? Найди–ка предприятие, ведь был какой–то заводик, и узнай, кто у них закупает кожу хорошей выделки небольшими партиями. Может там выстрелит? А ещё у нас производство сумок и рюкзаков есть. Уточни, они сами кожу выделывают, если нет, где берут. Там тоже поищи. Если у мастера был ученик и толковый, то не бросил он дело, где–то сидит и заказы выполняет. Ему нужны материалы, – Павел посмотрел на часы, – твоё задание – найти ботинки. Этим и занимайся. Четыре уже, на опознание приходили студенты?
– Нет, товарищ капитан, должны скоро подойти, учёба у них.
– Закончишь с ними и до понедельника свободен. Если по ботинкам раньше найдёшь информацию, сразу звони. А, будешь уходить – Смирнова ко мне позови.
– А надолго к нам Смирнов с Лёшей?
– Теперь навсегда, Андрей, – улыбнулся Паша и уткнулся в компьютер.
Через некоторое время за дверью в коридоре послышался топот и улюлюканье. Буран выглянул и обомлел: трое работников из «Семи гномов» несли пакеты с коробками, из которых доносился вкуснейший аромат еды. Шли целенаправленно к кабинету капитана, а за ними толкаясь и хихикая тянулись опера из убойного.
– Глядите–ка, Смирнов повышение отмечает! – смеялись они, и бодро тянулись на запах.
Капитан пропустил официантов в кабинет, и улыбаясь, захлопнул дверь перед носом шутников. Расставив пакеты на столе, они передали привет от Григория, вручили термос с горячим и любимым чаем специально для капитана, категорически отказались принять оплату, и откланялись. Паша только развёл руками. Позвал Андрея, Анну, позвонил Петровичу, велел тому прихватить Марину и зайти к нему. Когда они все явились, в кабинете Павла пахло, как в дорогом ресторане. Объяснив вкратце, откуда эти прекрасные дары, Буран предложил всем поесть от души и закончить, наконец, этот день. В разгар трапезы явился Смирнов. Понурые плечи и несчастный вид вызвали у всех улыбку.
– Денис, вы закончили в кабинете?
– Если эту, захламлённую с прошлого века кладовку вы называете кабинетом, то да, как раз закончили. Целый день на неё убили.
– Ну уж что Бог послал, Денис, – хитро улыбаясь провозгласил капитан, – гробов, у нас, знаешь ли нет!