«Почему он меня так напрягает? – подумала я, а ему сказала, – главное, что я в себя верю».
– Доктор, берегите руки.
– Не много ли напутственных слов? Для вас персонально сегодня я его буду бить в основном ногами.
И я пошла к Шону в сторону ринга. В этот момент мимо прошел неизвестный, лица его не было видно, который задел меня своим корпусом, слегка прикоснувшись к моей руке, и тихо произнес: «Зефирка».
Я на секунду замерла, глядя ему в спину, и почему-то от его тона мной завладела ярость.
Мне, стоящей на ринге, парни из клуба кричали: «Сестренка, ты лучшая, порви его!», кто-то свистел.
Противник оскалил свои и без того некрасивые зубы, покрутил шеей и то ли крикнул, то ли зарычал как ненормальный: «Прощайся с жизнью, детка!»
Бой начался. В голове как набат звучали слова неизвестного: «Зефирка», его голос казался знакомым, моя злость усиливалась от того, что я не могу его вспомнить.
Я видимо слишком свирепо начала бой, серия ударов с моей стороны вывела из равновесия противника, он хоть и отбивался, нанеся мне несколько ударов: в живот и левое плечо (правое я берегу, этой рукой оперировать еще надо), при этом продолжая крыть меня самыми последними словами, от чего я впала в бешенство и с разворота в воздухе нанесла ему сначала один, а потом еще серию ударов ногами.
Когда он упал на ринг, я его стала добивать кулаками, напрочь разбив его физиономию. Противник не шевелился, но дышал.
Рефери признал его поражение, поднял мою руку вверх и публика завопила.
Я подошла к побежденному, он чуть приоткрыл глаза, и стоя над ним сказала: «Мужик, сходи к психиатру, как заживет челюсть», спрыгнула с ринга и направилась к тренеру и парням.
ДЖАМИР
Перед боем я видел Мари. Она меня всячески игнорирует, но это порождает больший интерес к ней.
Я не первый раз видел ее участие в боях, но сегодня она была как никогда агрессивна, периодически бросала суровый взгляд в толпу. Во время боя оставалась собранной, жесткой, не произнесла ни слова, не издала ни единого звука, в отличие от ее противника, который выкрикивал оскорбления и угрозы. Зря, он этим еще больше злил эту девочку.
Мари сдержала слово, основные удары наносила ногами, в прыжке. Вообще-то, глядя на нее на ринге, не скажешь, что она милая девушка, да еще и врач. Это ниндзя. Кстати, она часто использует технику восточных единоборств. А еще ее преимущество – быстрая реакция, гибкость и, как ни странно, маленький рост. Удары она наносила четко, в самые болевые точки, не щадила противника, а добивала.
Свою победу девушка заслужила. Когда она выходила из раздевалки, незаметно для окружающих, одними глазами, которые были сейчас очень злыми, искала кого-то, всматриваясь в людей.
Я дал знак своим людям проследить за Мари до самого ее дома и подежурить до утра. Что-то произошло, я чувствовал это.
Сам же я уехал на базу, произошли некоторые неприятности, с которыми придется разбираться всю ночь.
МАРИ
Домой меня привез Шон. Мы сидели некоторое время в машине молча. Потом он спросил: «Что произошло перед боем?»
Я не ответила.
– Ты кого-то увидела? Только не ври, ты этого не умеешь.
«Кто-то меня назвал Зефиркой, и его голос знаком и неприятен. Вот и все, ничего серьезного», – улыбнулась я ему.
«Ладно. Отдыхай. Послезавтра жду в клубе», – сказал тренер и задумался.
Я вышла из машины и пошла домой. Зашла в квартиру, сразу пошла мыть руки, переоделась и наполнила себе ванну с пенкой, которую любила с детства. После ванны с ароматом карамельки, укутавшись в банный халат, с мокрыми волосами, завернутыми в полотенце, налила чай. Потом повалялась на диване в гостиной, посмотрела итальянскую комедию и пошла спать.
У меня большая кровать, на которой сидит огромный мягкий медведь. Я надела плюшевую пижаму с капюшоном с ушками медведя, чтоб волосы высохли за ночь, и в таком виде легла в кровать с книжкой. Люблю читать перед сном. Эта привычка у меня от мамы. Часа через три сон все-таки стал меня одолевать, и уже засыпая, подумала, где же я могла слышать тот голос.
Во сне я видела Джима, который гладил меня по голове, смотрел в мои глаза и ласково сказал: «Зефирка моя сладкая, не бойся, я рядом. В нашем последнем моменте был тот, кого ты ищешь, сейчас он близко».
Я просила во сне Джима забрать меня к себе, но он лишь горько улыбался, целовал меня, гладил волосы и, не сочтите меня за сумашедшую, я чувствовала его тепло и даже аромат его парфюма. Джим отказывался меня забирать, я плакала, умоляла его, но… он ушел, как уходит в каждом моем сне.
Вскрикнув, я проснулась от громкого стука в мою входную дверь, слезла с кровати и пошла в том, в чем спала, к дверям. На экране видеокамеры увидела встревоженного Мартина, это он таранил дверь. Открыла ему.
Друг со словами: «Ты почему не отвечаешь на звонки, не открываешь дверь? Я чуть с ума не сошел», – вломился в квартиру, посмотрел на меня и рассмеялся, потом обнял, прижал к себе и сказал: «Ты такой ребенок в этой пижаме. Только худая для медвежонка. Ты знаешь, что уже 12 часов дня? Уверен, что ты голодная».
А я вот стояла и думала, что у меня потрясный друг.
Мартин же прошел в мою комнату, увидел на кровати книгу «Мастер и Маргарита» на русском языке, усмехнулся: «Снова читала до утра?»
«Ага», – первое слово, что я произнесла с момента прихода Мартина.
«Так, иди умываться, а я пока приготовлю завтрак. Что хочешь?»
«Блинчики хочу, они у тебя вкусные», – улыбнулась я и пошла плескаться в душ.
Мы сидели на кухне за барной стойкой, пили сваренный Мартином кофе и ели блинчики.
«Как плечо и живот?» – спросил он.
– Откуда знаешь?
– Сам видел, был в зале. Подходить не стал, чтоб не отвлекать. Ты молодец. Но живот надо беречь, тебе еще детей рожать, это я тебе как врач говорю. Плечо болит?
– Мартин, заткнись, какие дети? С ума сошел? Все нормально.
Друг с недоверием на меня посмотрел. Я же, чтоб отстал, спустила с плеча свою широкую футболку, в которой любила «вышивать» по квартире, и показала ему. Поскольку удар пришелся на место шрама, закрытого черно-белой татуировкой, ничего видно не было. Мартин фыркнул.
«На животе тоже нет синяка, честно, поверь на слово», – и я засмеялась.
Мартин, смотря мне в глаза, спросил: «Почему плакала, снова что-то приснилось?»
– Да. Джим не хотел, чтоб я с ним ушла. Каждый раз его прошу, прошу, а он не берет меня с собой.
Мартин промолчал. Позавтракав, он решил, что меня надо развлечь, заставил надеть удобные джинсы, худи, кроссовки, сам заплел мне две косички, что он с университета любил делать, это его всегда успокаивает, посадил к себе в автомобиль и привез, вот никогда не угадаете, куда… в Диснейленд (сказано, врач педиатр).
Я засмеялась: «Мартин, сколько нам с тобой лет? Что мы здесь будем делать?»
Мартин с милейшей улыбкой и искорками в глазах ответил: «Радоваться жизни, Марусик» – и потащил меня в этот мир детства и смеха.
На каких только аттракционах мы не побывали! Дурачились, насмеялись так, что болели мышцы брюшного пресса, правда меня принимали за его девушку, а некоторые за младшую сестру, на что он меня дергал за косички (теперь понятно, почему именно их заплел). А еще мы сделали уйму совместных фотографий.
И скажу вам честно, я благодарна Мартину, что он так хорошо меня чувствует и придает жизненных сил.