– Интересно, чем она отбеливает кожу? Кто она? – слышалось со стороны группы девушек – учениц старших классов, которые даже не заморачивались быть неуслышанными той, кого обсуждали.
«Невежество нынче в моде», – промелькнула мысль у Кассандры, на глазах которой продолжали оставаться солнцезащитные очки.
Девушка спокойно прошла через весь холл на первом этаже, изучив визуально всех, кто здесь был, и невольно услышала разговоры о себе.
– И кто эта куколка? – мужской голос звучал достаточно приятно, он принадлежал одному из группы учащихся, и судя по их внешнему виду – старшеклассников.
– Наверняка новенькая, – послышался чей-то ответ.
Девушка направилась мимо говорящих и откровенно рассматривающих ее молодых людей прямиком в кабинет директора, который встретил ее улыбкой и лично повел в класс, где проходят занятия выпускников, к числу которых примкнула 17-летняя внучка Магнуса.
– Кассандра, я рад, что вы пополнили ряды нашего колледжа. У нас в силу статуса учебного заведения очень много учащихся из уважаемых семей. Вы хорошо будете себя здесь чувствовать. Извините за вопрос, но почему вы не снимаете темные очки в помещении?
– Чувствительные глаза, болят на солнце и при ярком свете, – выражение ее лица абсолютно не изменилось, и от этого неловко за проявленное любопытство стало самому мужчине.
Они дошли по просторному коридору до одного из классов, в котором в этот момент начался урок математики.
– Добрый день. Садитесь, – произнес директор, когда на его появление все учащиеся встали из-за парт и сейчас с интересом смотрели на девушку, стоящую рядом с ним. – Прошу познакомиться. Это новая ученица нашего колледжа – Кассандра Вентру. Она к нам поступила в связи с тем, что учащиеся ее колледжа расформированы по разным учебным заведениям из-за закрытия колледжа на капитальный ремонт. До конца года Кассандра будет обучаться с вами.
На стене класса висело несколько портретов ученых прошлых веков, и кода Кассандра посмотрела на них, Архимед и Евклид, чьи изображения находились рядом, улыбнулись, а Архимед еще и подмигнул. Разумеется, новая ученица незаметно для людей поприветствовала их, еле сдерживая улыбку на лице.
– Очень приятно, – кивнул головой учитель математики – мужчина средних лет. – Я ваш классный руководитель. Прошу, займите свободное место за последней партой.
Сейчас и директор, и учитель, не отрывая взгляда, смотрели на лицо девушки. Их пристальное внимание привлекли черные глаза, контрастирующие с белоснежной кожей и белыми, с пепельным отливом, длинными волосами. И это сочетание наводило на мысль, что девушка очень злая. Просто ее глаза не позволяли увидеть в них зрачок, а белок немного имел красноватый оттенок.
– Спасибо. Очень приятно со всеми познакомиться, – Кассандра улыбнулась и прошла в конец класса, села за свободную парту.
Директор пожелал всем хорошего дня и вышел, урок продолжился. Появление необычной по внешности новенькой вызвало оживление и перешептывания, на которые Кассандра не обращала никакого внимания, и даже развернувшиеся сейчас в ее сторону и открыто изучающие ее внешность несколько парней и девушек абсолютно не смутили. Особенно пристально смотрел ей в лицо тот, чей голос она выделила в толпе еще в холле.
– Привет, красавица, – начал он. – Я тут самый главный. Запомни это, – он протянул ей руку, а на его лице появилась самодовольная улыбка. – Рекомендую со мной дружить и быть послушной девочкой, тогда, может быть, тебя ни я, ни другие не будем кошмарить, и ты сможешь выпуститься без нервного срыва.
«Чучело, да кому ты нужен? Кого ты пугать решил, сопляк? Смотри, чтобы я тебя не довела до нервного срыва. Вот ведь козлина, – подумала Кассандра, про себя отметив, что жизнь у парня совсем непростая, вот он и бесится. – Несчастный человек».
Кассандра смерила его взглядом. Ей не нравилось, что этот ученик своим поведением игнорирует тот факт, что учитель продолжает рассказывать новую тему. В силу своего воспитания она вообще не признавала неуважение к труду других и нарушение норм и правил этикета, в связи с чем ей всегда было сложно находиться в подобного рода коллективах.
– Имени у самовыдвиженца на статус главного нет? – ее голос был невероятно мягким и в то же время уверенным, по нему сразу можно почувствовать характер человека.
Он удивленно вскинул брови вверх и неожиданно для самого себя взял за правую руку Кассандру и тут же посмотрел на их руки. Его поразило то, какая ледяная рука у девушки, отчего он непроизвольно ее сильнее сжал, подсознательно желая согреть. Но Кассандра руку вытащила и сейчас просто гипнотизировала парня, у которого даже не получилось назвать свое имя, так он погрузился в черноту ее глаз.
– Нравлюсь? Хорошо выгляжу, правда? – сказав это после минутного молчания, парень ехидно улыбнулся.
– Не имеет значения, как ты выглядишь снаружи, если ты абсолютно пуст внутри, – последовал жесткий ответ новенькой. – И вы мешаете слушать учителя, – она отвела свой взгляд от парня и переключила внимание на математика – излишне интеллигентного, спокойного и неконфликтного человека, увлеченного своей профессией и уже смирившегося с повседневным невежеством учащихся.
Присутствующие в классе, услышав недолгий разговор этих двоих, поразились хладнокровию и даже бесстрашию девушки, но связали это с тем, что она еще не знает, кто такой Уоррен Фрай и чей он сын, и каковы возможности его семьи. Да и тот факт, что этот парень отличается дерзостью и любит себе всех подчинять, ей тоже неизвестен. В душе они посочувствовали новенькой, на которую, наверняка, взъестся неуправляемый Уоррен и его компания, с которой никто никогда не хочет иметь ничего общего, хотя и он сам, и его дружки нравились многим девушкам, и последние гордились даже такой мелочью, что на них кто-то из этой группы посмотрел, а если подмигнул или обмолвился словом – это расценивалось как признание в любви.
«Мельчает мир, его потомки грустны и жалки в свете дня… – только начала в стихах думать Кассандра, как сама с себя в душе хохотнула. – Стареешь, мать, бытовуху переводишь в возвышенный слог».
Оставшееся время на уроке Кассандра инициировала своим вопросом по одной из теорем интересную, по их с учителем мнению, дискуссию, участниками которой были только они вдвоем. Причем в какой-то момент она и математик стояли у доски и выводили формулы, доказывая друг другу что-то, что осталось за гранью понимания остальных присутствующих на уроке, пребывающих в замешательстве.
«Святые небеса! – думал учитель математики. – Спасибо за талантливого ученика. Пока повременю с увольнением».
После урока, когда ученики покидали класс, а Кассандра просматривала пришедшие смс, ее окликнул тихий женский голос. Повернув голову в его сторону, девушка увидела, что к ней на инвалидном кресле подъезжает одноклассница, по внешности которой можно сказать, что кто-то из ее родителей афроамериканец.
«Я и не обратила внимания, что она в инвалидном кресле, – подумала Кассандра. – Хотя неудивительно, я ведь вообще ни на кого не смотрела».
– Привет, – девушки друг другу улыбнулись, поскольку поздоровались одновременно.
– Меня зовут Денетрис Ахмед, – она протянула свою очень смуглую руку Кассандре и с улыбкой отметила про себя, какая холодная и невероятно красивая из-за белизны кожи рука у Кассандры.
– Рада знакомству, – ответила вампирша, наоборот, поразившаяся тому, какая горячая рука у девушки. – У тебя красивое сочетание имени и фамилии – «Оптимистичная благодаря Богу», – после ее слов Денетрис засмущалась, поскольку всю жизнь была уверена, что имя ей не подходит и никогда не задумывалась о его значении.
– Ты к нам из того колледжа, в котором от взрыва рухнуло крыло?
– Да. Доучусь с вами.
– Добро пожаловать. Но я хотела предупредить тебя не связываться с Уорреном и его компанией. Они неуправляемы и жестоки, обидеть, оскорбить могут кого угодно. Директор ничего не может с ними поделать. Это дети очень влиятельных родителей.
– Никто не ставит их на место? – спокойно глядя на Денетрис, поинтересовалась Кассандра.
– Все боятся неприятностей. Они опасны. А вечерами еще и в сомнительных клубах зависают, в драках участвуют, да и вообще, о них нехорошие разговоры ходят.
«Придется заняться перевоспитанием. Заставлю их поубавить спесь», – решила вампирша.
– Спасибо за информацию, – улыбнулась Кассандра. – Буду иметь в виду. Ну что, двинемся на следующий урок? – она подмигнула Денетрис. – Тебе помочь?
– Нет, спасибо. Уже привыкла сама. Поехали.
Девушки покинули кабинет, и пока перемещались по зданию новая знакомая Кассандры провела небольшую экскурсию по колледжу.
Кассандра, пропустив Денетрис вперед, стояла около стены напротив входа в класс, в котором должен проходить урок литературы, ей на телефон пришло сразу несколько смс. Глава клана, дядя и, как ни странно, сама графиня, интересовались первым учебным днем на новом месте и настроением, а Харт, ко всему прочему, ехидничал по поводу того, в каком крыле находится кабинет химии и не нуждается ли он в капитальном ремонте.
«Родственнички на связи. Вот за что я их люблю, так это за внезапность проявления чувств, – подумала Кассандра и в душе улыбнулась. – Как бы там ни было, а приятно, что о тебе помнят и любят, если судить по тексту сообщений».
Она рассматривала фотографии красавца – нового возлюбленного графини, нежно обнимающего Селену, поражаясь ее энергии и чувству прекрасного.
«Графиня Селена – образцовая женщина. И всегда с ней рядом достойные мужчины. И как ей это удается? Давненько не виделись, я прямо соскучилась».
В этот момент почувствовала, что к ней приближается неугомонный Уоррен в сопровождении четверых одноклассников. Все были достаточно развязанными в походках, жестах и взглядах.
«Вот не хотела я с первого дня на новом месте начинать жизнь с конфликта и кровопролития», – промелькнула мысль у девушки.
Между тем группа парней вплотную приблизилась к новенькой, и Уоррен Фрай резким движением решил выхватить телефон из рук Кассандры со словами:
– И что это мы так увлеченно рассматриваем? А, ну-ка, дай его мне, как там тебя, Кассандра, что ли?
Но, как понимаете, тягаться с вампиром, да еще увлекающимся боями на тяжеленных мечах прошлых веков, просто смешно. Парень дернул телефон, но Кассандра даже не шелохнулась, телефон так и остался в ее руке, несмотря на усилия Уоррена, который с изумлением бросил взгляд на бледную руку девушки.
– Есть проблемы? – она посмотрела на него как на жалкое существо, причем ее взгляд был понятен всем без исключения, на что и был рассчитан.