Оценить:
 Рейтинг: 0

Не смей меня касаться. Книга 2

Год написания книги
2018
Теги
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 17 >>
На страницу:
5 из 17
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

– Правда, после рождения ребенка, эта лаборатория абсолютно бесплатно делает повторный тест для подтверждения своих первоначальных выводов.

– Канада далековато. Как долго по времени ждать результатов?

– Они уверяют, что анализ делается максимально до пятнадцати календарный дней… При современных методах доставки, генетический материал будет в канадской лаборатории уже на следующий день.

Пробарабанил пальчиками по столу.

– Мне подходит, прошу, свяжитесь с этой лабораторией. И, Наталья Павловна, большое спасибо за такую подробную информацию по этому вопросу.

Глава 2

Мишка сказал, что Таня Лазарева больше не появлялась на работе. Хотя через несколько дней прислала ему детально просчитанные отчеты по тем делам, которые находились у нее в разработке. Белов опять пригрозил хорошенько настучать мне по роже, если я не верну его лучшего финансового аналитика назад в фирму «Эверест».

Об этом мы так и не поговорили с ней прошлый раз. Все вылетело из головы, когда я увидел свою Андалузскую красавицу, также не коснулись вопроса состояния здоровья ее отца, да и других существенных тем. Я много чего не сказал, потому что она, ослепленная болью и своим негодованием, не хотела меня слушать… Пошевелил затекшими ногами, вот уже три часа я сидел в неприметной темной машине во дворе семейства Лазаревых, пытаясь дождаться появления своей Розы. До этого пару раз поднимался на шестой этаж и звонил в дверь квартиры, но открыть мне не пожелали, возможно, никого не было дома, а скорее всего, завидев в глазок мерзавца Шувалова, Таня решила промолчать, подержать его подольше у порога своего дома.

Потом с работы пришел Николай Алексеевич, чуть позже откуда-то вернулись Эльвира Тимофеевна вместе с белобрысой гадиной Ля-ля-ля. Последняя выглядела очень хрупкой и стройной. Неужели действительно где-то внутри ее живота растет мой ребенок?.. Мой?! Ну почему так? Почему беременной оказалась совершенно не та женщина?! Если бы в положении находилась Таня, я, наверное, прыгал бы до потолка, как индюк, надувался от переполняющих меня гордости и радости, а мою Розу только на руках носил, пылинки сдувал, и постоянно, будто разговаривая со своим сыном или дочкой, гладил ее животик. Если бы…

Просидел почти до десяти вечера, правда, пришлось ненадолго, минут на десять, чтобы справить нужду и купить себе что-нибудь перекусить, наведаться в небезызвестное кафе «Лидия», где, помнится, мы мирились с моей колючей леди первый раз. Интересно, а во второй раз возможно примирение?! В гостиной – комнате Тани Лазаревой, окна которой выходили во двор, свет зажегся лишь ненадолго. Значит… ее нет дома. Но где она может ходить в такое время? А главное, с кем? Или же Таня уехала?! Блин, я не готов к ее отъезду, мне жизненно необходимо еще раз поговорить с Адалузской красавицей и теперь постараться не лезть к ней с поцелуями, не распускать руки, а тихо и спокойно рассказать, как все произошло, обсудить все возникшие вопросы, заверить Таню в своей любви. Сказать, что если этот ребенок мой, то я его никогда не брошу и постараюсь стать ему хорошим отцом. Только предоставят ли мне такую возможность?!

***

– Папа, ты должен пойти и поговорить с Шуваловым, чтобы он женился на мне, – настаивала светловолосая девушка. – Ведь ты всегда заявлял, что каждый должен нести ответственность за свои поступки.

– Нет, Юль, я не пойду на поклон к этому богачу-паршивцу, проехавшемуся танком по нашей семье, прося: «Женись на моей дочери». Сами воспитаем ребенка без его гребаных миллионов…

В глазах светловолосой красавицы на миг отразилась растерянность.

– Папа, да что ты говоришь такое?! – немного истерично вскричала она. – Алекс – отец моего ребенка. Почему мы сами должны его воспитывать?! Кроме того, разве ты не хочешь, чтобы твои внуки жили достойно?

– Они и будут жить достойно, учиться, работать… как все люди. А миллионы только лишь расхолаживают, появляются вон такие моральные уроды, для которых нет ничего святого. Спал сразу с двумя сестрами, одной сделал предложение, а другой – ребенка. Скотина! – руки Николая Алексеевича невольно сжались в кулаки, желая опять хорошенько пройтись по морде человека, поступившего так ужасно с его дочерьми, предавшего умницу Таню.

Голубоглазая девушка кусая губы и ломая пальцы забегала по комнате.

– Нет, папа, так нельзя!.. Это ведь все из-за Тани?! Да?! Ты не хочешь, чтобы она расстраивалась. Так?!

– Нет, просто мне будет противно видеть такого человека своим зятем. Я не хочу родниться с семьей буржуинов Шуваловых.

– Ой, папа… вот только не надо показывать эту свою липовую коммунистическую гордость, – возмутилась блондинка. – Все дело в том, что вы только Таню всегда любили, поэтому тебе посрать на то, что будет со мной и ребенком.

– Как ты разговариваешь с отцом?! – на шум из кухни прибежала Эльвира Тимофеевна. – Что у вас тут происходит?!

Блондинка не обратила внимания на слова матери.

– Ах, Таня такая хорошая, умная, ответственная, бери с нее пример. А ты только умеешь, что болтать и тусоваться, – продолжила она визгливо выкрикивать свои претензии отцу. – Ах, Таня с медалью закончила школу, давай, Юля, учись, не подводи семью. Как вы меня достали своими нравоучениями!

– Юляш, ну зачем ты так, – вступила в разговор Эльвира Тимофеевна, – мы разве не любим тебя?! Все для тебя делаем, каждую копейку отдаем на твое образование, в кредит залезли, чтобы ты могла учиться в одном из самых лучших вузов страны на том факультете, о котором мечтала, хотя папа изначально был против, не считая журналистику достойной профессией… Да мы во всем себе отказываем, чтобы ты была довольна и чего-то достигла в жизни.

– Разве это не обязанность родителей?! – кричала не своим голосом Юля. – И представляете, дорогие мои родственники, я тоже скоро стану мамой и хочу, чтобы мои дети жили обеспеченно. Не считали ничтожные копейки, могли путешествовать по всему свету, заниматься с репетиторами, носили качественную одежду, а не китайское барахло, не чувствовали себя вторым сортом, как я, ведь мои одногруппники одеваются сплошь по бутикам и ездят на занятия на личном авто. Мне похрен на вашу гордость!.. Слышишь, пап, похрен!! Ты должен пойти и поговорить с Алексом по-мужски.

– Можно подумать, что тебе только деньги нужны?! – обескураженно пробасил отец блондинки. – Я всегда говорил: «Деньги – это навоз». Они не самое важное в жизни. Главное – жить по совести.

– Нет, не только деньги, папа, но блин… я хочу, чтобы мой ребёнок родился не ублюдком, а в законном браке. Кроме того, я очень люблю Алекса, он мой принц… Вы же, боясь расстроить свою ненаглядную Танюшу, думаете помешать нашему счастью.

– Юлечка, он поступил по-сволочному с вами обеими… Что за бред ты болтаешь?! – возмутилась мама юной блондинки.

Но младшая сестра Лазарева была не в состоянии слушать родителей, руки ее тряслись, лицо перекосилось в неконтролируемом приступе злости.

– Я его люблю! Он мой мужчина!.. Ясно, мой! А вот вы никогда меня не любили, никогда, только Таню. На мое счастье вам начхать с большой колокольни. И учиться вы меня отправили, чтобы галочку поставить, дескать, мы хорошие родители, в такой престижный университет дочку определили.

– Ах ты, неблагодарная дрянь! – ревел Николай Алексеевич. – Разве не твоя мечта была учиться в этом университете? Не смей так говорить с родителями, дура! Что ты себе позволяешь! Совсем от рук отбилась…

От негодования лицо Николая Алексеевича раскраснелось, на лбу выступила испарина.

– Конечно, я дура, вертихвостка! А Таня, умница и красавица… Тане больно… Ее жених предпочел трахать младшенькую сестричку. Так пусть теперь все страдают. Конечно, меня и моего ребенка можно пустить в расход. У такой глупой курицы, как я, вряд ли кто-то стоящий родится. Вы так считаете?!

– Юля, немедленно успокойся! И ты, Коль, тоже держи себя в руках… у тебя ведь давление и сердце, – попыталась примерить родных Эльвира Тимофеевна.

– А у меня, мама, ребенок под сердцем. Но вы продолжаете делать все, чтобы я плакала и страдала, хотя доктор сказала, что мне нельзя волноваться.

– Юля, – Николай Алексеевич постарался говорить более спокойным тоном, – Таня тут совершенно не при чем.

– Ах не при чем! Разве она не твоя любимица, папа?! Скажешь по-другому? – вопросительно уставилась на отца Юля, а тот виновато отвел глаза. – А я вам только проблемы всегда доставляю, и моего ребенка вы тоже не будете любить. Замучите своими наставлениям… Как вы мне надоели! Меня от вас тошнит, от вас и вашей ненаглядной Танечки… Да пошли вы все! – совершенно не жалея родителей, истерично орала блондинка.

– Юля, не неси чепуху. Я вас обеих люблю! И мама тоже.

– Ха, любишь! – зло иронизировала прекрасная блондинка. – За Таню ты бы любого урыл, а ради меня и пальцем не хочешь пошевелишь. Что тебе стоит сходить к Шувалову и заставить на мне жениться! Ведь Алекс – отец моего ребенка.

– Юлька, да кто мы такие, чтобы заставить кого-то жениться?! Ты себя слышишь? Он здоровый богатый мужик. Что за бред ты несешь? – удивлялась Эльвира Тимофеевна.

– Я не хочу, чтобы мой ребенок был ублюдком… – упрямо повторяла Юля. – С Таней вы бы совсем по-другому разговаривали, вы всегда с ней по-другому говорите. А со мной только как с мешающей вам дурочкой. Знаешь, что, папочка, – злая плачущая блондинка обвинительно стала тыкать в отца пальцем. – Если ты не пойдешь к Шувалову… я покончу с собой и этим никому не нужным ребёнком. Так и знай, папочка!

– Юленька! – всплеснула руками мама. – Да что ты такое говоришь? Как ты можешь?!

На светловолосую фурию было страшно смотреть… Она вся тряслась, заплаканные голубые глаза горели ненормальным истеричным блеском. Эльвира Тимофеевна подскочила к дочке, попыталась обнять девичьи худенькие плечи, но та лишь грубо оттолкнула мать, опрокинула стоящий рядом с ней стул, потом сбросила находящиеся на маленьком компьютерном столике письменные принадлежности.

– Дочка, успокойся! – хрипло сказал побледневший Николай Алексеевич, а его рука потянулась к левой стороне груди, где опять начинало гореть и болеть.

– Я не могу успокоиться, папа! Нахрен перережу себе вены! Или повешусь, наглотаюсь снотворных! Пусть все знают, что от вашей родительской любви, точнее равнодушия, младшая дочка наложила на себя руки… И у вас останется только одна, идеальная во всех отношениях дочь. Тогда вы будете довольны!

Николай Алексеевич обессиленно опустился на диван.

– Коленька, тебе плохо?! – встревоженно подскочила к нему Эльвира Тимофеевна.

– Конечно, ему плохо, он чувствует свою вину! Отец только Таню любит, она ведь так похожа на его ненаглядную покойную мамочку. А будет еще хуже, когда поймет, что именно из-за его равнодушия, малодушия и гребаной никому не нужной гордости, покойниками станут дочь и еще не рожденный внук. Ты ведь этого хочешь, папочка?! Чтобы нас не было и мы тебе не мешали жить порядочно! Ты жалкий трус, прикрывающийся принципами, который не может защитить свою дочку. Да и вообще неудачник… Вон дядя Сережа, твой одногруппник…

Злую истеричную речь блондинки прервал звук пощечины – это Эльвира Тимофевна, возмущенная нелицеприятными словам в адрес мужа, ударила дочку.

– Не смей так разговаривать с отцом!
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 17 >>
На страницу:
5 из 17