Важный вопрос – это наполняемость классов. И в больших, и в маленьких школах, особенно если эти школы очень популярны у родителей, классы могут быть переполнены. С экономической (бюджетной) точки зрения государственным школам важно иметь в классе не менее 25 учащихся, но верхняя планка наполняемости ограничивается только размером кабинетов, количеством парт и выносливостью учителей. Иногда бывают классы, в которых учатся по 35—37 детей. Когда я только пришла в школу из пединститута, у меня в классе было по 40 учащихся. Тех, кто сидел «на галёрке», я смогла запомнить по именам только к концу первой четверти.
В начальной и средней школе количество детей в классе – это особенно критично, поскольку все дети разные; иногда достаточно одного-двух шумных и непоседливых детей, чтобы дисциплина на уроке была нулевой. Очень большая наполняемость классов и школы в целом – это не просто большая эмоциональная нагрузка для многих детей, которые не привыкли к толпе. Это ещё и постоянный шумовой фон на уроках и переменах, который приводит к истощению нервной системы у особо чувствительных детей. Это проблемы с организацией питания большого количества детей в школьной столовой, с организацией занятий физкультурой, невозможность отдохнуть в коридорах и школьных рекреациях на переменах и т. п.
Большая школа – это школа, где директор и его заместители вряд ли будут знать в лицо всех учеников и их родителей. Любой возникший вопрос будет решаться долго, проходя по иерархической должностной лестнице от классного руководителя к главному администратору того подразделения школы, где учится ваш ребёнок, а от него – к заместителю директора школы, и только потом – к директору. В маленьких школах гораздо меньшая дистанция власти, все друг друга знают и гораздо проще наладить горизонтальные и вертикальные связи, обеспечить нормальную коммуникацию между родителями и школой. В маленьких школах, как правило, трепетно сохраняются и передаются традиции, сохраняется уклад школы, на чём строится вся воспитательная работа. В таких школах намного комфортнее особым детям. Но минусом является то, что маленькие школы, особенно если речь идёт о государственных школах, не выдают учредителю тех показателей, по которым учредитель судит об успешности школы. Поэтому у них недостаточно стабильная позиция на фоне других школ, учредитель может сменить директора школы (он же не обеспечивает достижения нужных показателей!), школу могут объединить с какой-то другой школой и т. д. В общем, счастье может быть недолгим…
Мы говорим о больших и маленьких государственных школах. А что с частными? Они тоже бывают большими и маленькими, и количество учащихся в школе влияет на те же факторы развития и уклада школы. Только в ситуации с частными школами добавляется ещё один вопрос – стоимость обучения. Есть частные школы, в которых дети учатся в классах по 5—8 человек, но стоимость обучения там более высокая, чем в среднем по аналогичным частным школам. Бывает, что учредители маленькой частной школы и стоимости услуг не поднимали, и хотели делать так, как лучше родителям и детям, а в итоге не справились с финансовыми решениями и… закрыли школу.
А теперь давайте сделаем свой выбор:
Семейные и альтернативные
Для начала обсуждения вспомним о том, что такое семейное образование. Это форма получения начального, основного и среднего общего образования, предусматривающая изучение общеобразовательной программы вне школы и доступная для всех обучающихся по их желанию. Семейное образование считается альтернативной формой получения образования. То есть семейное и альтернативное образование – это практически одно и то же. Просто альтернативное образование – это более широкое понятие, которое обозначает любые формы и виды получения образования вне существующей традиционной системы формального образования. И семейное, и альтернативное вовсе не означает менее качественное образование. Давайте разберёмся.
Директора государственных школ долгое время боялись принимать в школу детей, которые до этого были на семейном обучении. Причин было несколько: эти дети нуждались в адаптации к жёсткому ритму жизни школы, к коммуникации с разными детьми и взрослыми (ведь они до этого общались главным образом либо с членами семьи, либо с ближайшими родственниками или друзьями). Также проблемой могло быть отставание ребёнка по одному или нескольким предметам от программы начальной школы. Вместе с тем не могу не сказать, что дети, приходящие в наши школы после некоторого периода семейного образования, всегда отличались воспитанностью, спокойствием в ходе довольно стрессового для всех детей собеседования по приёму в школу. Этим детям было что ответить на вопрос «А что ты сейчас читаешь?», поскольку они меньше сидели за компьютером и редко играли в компьютерные игры, но вот читать они точно умели и любили, а названия прочитанных и книг всегда приводили членов приёмной комиссии в восторг. Это были хорошие книги, которые и мы сами с удовольствием читали. Серьёзные книги, для которых нужно время и отсутствие суеты вокруг. Итак, это было всего пару лет назад, и действительно слова родителей о том, что их ребёнок «уходит на семейное обучение», вызывали трепет у представителей формальной системы образования. Что будет с ребёнком? А как родители, не имея педагогического образования, будут его сами учить? А вдруг что-то пойдёт не так?
Однако время шло. Сначала, в 2012 году, был принят новый закон об образовании, в котором родителям давалось право самостоятельно выбирать форму обучения для своего ребёнка, в т.ч. и семейную. Но потом начался период затяжных карантинов в школе и онлайн-обучения в связи с пандемией коронавируса. И вдруг оказалось, что семейное образование из почти подпольного стало общепризнанной и вполне удобной для многих семей формой обучения ребёнка. Родители, которые могли заниматься своим ребёнком и учить его самостоятельно, были первыми, кто стал массово забирать детей из традиционной школы во время карантина.
Сейчас семейное обучение реализуется в двух вариантах. Первый – это, собственно как и прежде, обучение ребёнка в семье, когда родители пишут заявление, информируют органы государственной власти и управления (например, местную управу) о том, что они переводят ребёнка на семейную форму обучения, после чего разрабатывают план занятий и учат ребёнка сами. Это могут быть уроки, которые проводят родители, занятия в онлайн-школе, частные репетиторы, а также занятия в системе дополнительного образования (кружки, секции, студии и т.п.), которые комбинируются так, как удобно семье и ребёнку. Если родители не могут сами составить такой план и собрать образовательную программу и учебный план для своего ребёнка, то найдутся помощники в лице персональных консультантов (тьюторов, менторов, коучей). Ещё одним вариантом семейного обучения является обучение по разработанным и апробированным программам, которые предлагаются многочисленными онлайн-школами, частными EdTech-компаниями либо очно-заочными отделениями частных школ.
Надо ещё добавить, что семейное образование, подкреплённое переходом на очно-заочное или дистанционное обучение, – это ещё и единственно возможное решение для родителей, которые путешествуют по миру со своими детьми или работают по контракту за рубежом. Что в этом случае делать с детьми? Как они могут продолжить учиться в школе, чтобы по минимуму отстать от программы и иметь возможность без потери года вернуться в школу тогда, когда семья вернётся домой?
Вслед за массовым увлечением семейным обучением совсем недавно возник и такой феномен, как альтернативные школы. Я не буду сейчас говорить о таких хорошо известных альтернативных школах, как школы Монтессори или вальдорфские школы, школы-парки или садики реджио. Они были и будут существовать, и это тоже очень интересная история. Но на каком этапе и в связи с чем за последние пару лет семейное образование переросло в семейные альтернативные школы?
Новые альтернативные школы – это продукт коллективного творчества и энергии родителей, чьи дети учатся на семейном обучении либо учились в государственных школах, но родителям категорически не понравилось то, что они там увидели, поэтому они решили объединиться и создать такие мини-школы для небольшого количества детей, включая собственных. Эти школы, как правило, не имеют своих помещений, и они ни в коем случае не собираются становиться большими и вступать в конкурентную борьбу за учащихся на рынке образовательных услуг, играть по установленным правилам, получать лицензии и аккредитации. Им это не нужно, поскольку они всегда могут заключить договор с одной из образовательных организаций города, в рамках которого дети из маленькой альтернативной школы смогут официально «прикрепиться» в форме очно-заочного обучения и спокойно проходить все промежуточные и итоговые аттестации, переходя из класса в класс.
У альтернативных школ есть свобода выбора программ обучения, учителей и воспитателей, работающих с детьми; они могут обустроить для детей современную образовательную среду, не спрашивая ни у кого разрешения на покупку нестандартной мебели или детских тренажёров. Они часто возят детей на экскурсии и придумывают для них исследования и экспедиции на природе. Они свободны. Но альтернативные школы не бесплатные; по стоимости они меньше, чем частные школы, но ненамного. Соответствует ли обучение в альтернативных школах государственным образовательным стандартам, принятым в Российской Федерации? В большинстве случаев да, но надо смотреть программу и учебный план каждой конкретной школы. Чаще всего стандарты выполняются. Особенно по ключевым предметам – математике, русскому языку и чтению. А иногда и перевыполняются, ведь при небольшом наполнении класса и интересно выстроенной программе обучения с использованием современных педагогических технологий дети лучше усваивают программу. А если добавить, что в эти школы перешли работать немало известных педагогов, кто принципиально ушёл от массовой школы в сторону альтернативного образования, то станет понятно, почему качество обучения в таких «маленьких, но гордых» школах может быть довольно высоким.
Если альтернативная школа, выросшая за несколько лет из небольшого частного проекта семейного образования, наберёт силы и в неё потянутся другие родители со своими детьми, то дальше ситуация может развиваться следующим образом. Если данная альтернативная школа станет популярной, в неё пойдут дети, а значит, придётся открывать новые классы и увеличивать приём детей. Если сильно развиваться вширь по целому ряду причин не получится, то из-за большого наплыва детей школе придётся вводить входное собеседование и тестирование. То есть, проще говоря, принимать детей по конкурсу и развиваться вглубь. А вслед за этим может подрасти и цена за обучение. Так маленькая альтернативная, но теперь уже вполне успешная школа может плавно превратиться в частную школу.
На каком этапе школьной жизни семейные и альтернативные школы хороши для детей? Ответ прост: на этапе подготовки к школе, а также начальной школы. Большинство альтернативных школ – это именно про начальную школу, в отдельных случаях это школы до 6—7-го класса. Почему? Если за период обучения в этих школах ребёнок достаточно повзрослеет, сформируется как личность, разовьёт свои таланты и способности, разберётся, что ему интересно изучать дальше, то будет вполне логично перейти из альтернативной школы в хорошую государственную или частную школу, где есть система предпрофильного и профильного обучения, где есть несравнимые с маленькой школой современные лаборатории и предметные кабинеты, оснащённые дорогостоящим оборудованием, где есть условия для серьёзного самоопределения и предпрофессионального развития. К этому времени ребёнок становится более самостоятельным и организованным, может сам ездить до школы или куда-то на дополнительные занятия.
Какая форма обучения вам кажется более приемлемой для вашего ребёнка?
Этнокультурные и поликультурные
Возможно, вы даже и не знали, что есть такие школы. Вообще-то, подавляющее число школ являются поликультурными, то есть туда принимаются дети всех национальностей и народностей. Язык преподавания в этих школах – русский, в их образовательные программы и учебные планы не включено изучения языков малых народов России или просто каких-то уникальных иностранных языков (ну точно не английского или немецкого языков), но программы построены так, что дети узнают о разных народах, языках и культурах. Это происходит на уроках и во внеурочной деятельности; дети ходят в этнографические музеи, ездят по городам России и зарубежья, ближнего и дальнего. В последние годы всё чаще поднимается тема толерантности. Если школа расположена в крупном городском мегаполисе или регионе с поликультурным составом населения, то, конечно, такая школа будет поликультурной по своей сути.
Но есть школы, где в качестве второго иностранного языка преподаются необычные языки, например в Москве это школы с изучением иврита, корейского языка, грузинского и литовского языков. В таких школах дети изучают не только язык, но и историю и традиции конкретного народа. Изучение языков, истории и культуры входит в школьный компонент образовательной программы школы. А сами такие школы называются этнокультурными, и они тоже бывают разными.
Этнокультурные школы появились в российской системе образования с 1990-х годов, одновременно с появлением большей части известных и сегодня авторских, нетипичных школ, включая лицеи и гимназии. Государственные этнокультурные школы – это школы, которые создаёт учредитель в лице государства (департамента образования), но помимо государства в их жизни играет большую роль местное национальное (этнокультурное) сообщество. Сразу отметим, что если этнокультурная школа – государственная, т.е. финансируется из государственного бюджета, то это школа светская, в ней не будут преподаваться религиозные дисциплины и там не будет молитв и других подобных традиций. Акцент будет сделан на другом – обязательном изучении иностранного языка, а также культуры и истории страны изучаемого языка. Такие школы, как правило, имеют партнёрские школы в стране изучаемого языка, куда ездят группы детей по обмену. За годы обучения в такой школе дети не только начинают говорить на необычном иностранном языке, но и хорошо узнают историю, традиции, культуру и искусство другой страны. Они бывают там на каникулах, участвуют в международных конкурсах, которые устраиваются разными государственными и некоммерческими организациями, поддерживающими этнокультурное образование.
Если этнокультурная школа не государственная, а частная, то поддерживается она не только государством, но преимущественно религиозной общиной той же этнокультурной направленности. Обучение в таких частных школах стоит меньше, чем в обычных частных школах, поскольку стоимость обучения и содержания детей в значительной мере покрывается религиозной общиной. Как следствие – такие школы более консервативны и закрыты по своему укладу, академический уровень преподавания светских дисциплин (в соответствии с действующими ФГОС) слабее, чем в обычных или светских этнокультурных школах. Значительное время в учебном плане отводится обязательному изучению языка, истории, традиций, а также глубокому изучению основ религии. В религиозных этнокультурных школах так же, как и в светских, отмечаются все праздники – и российские, и того народа (страны), который создал этот язык. Самое главное: приём в государственные этнокультурные школы происходит по государственным правилам, регулирующих приём детей в школу, а в частные религиозные этнокультурные школы можно поступить только в том случае, если родители ребёнка могут документально подтвердить своё отношение к данной национальности.
Обучаясь в этнокультурных школах, учащийся имеет возможность вырасти и сформироваться как личность сразу в двух культурах – российской в широком смысле и той национальности, которая дала название школе. Это не только культура, традиции, история, хорошее знание одной из зарубежных стран, но и значительное расширение контактов, связей с представителями данной национальности. Выпускники этнокультурных школ имеют высокий уровень адаптации к жизни в другой стране; они входят в сообщество выпускников, многие из которых в дальнейшем связаны с этой страной по бизнесу; кто-то получает там высшее образование, а кто-то туда переезжает на постоянное местожительство. Сообщества выпускников этнокультурных школ, как правило, очень устойчивы, т.к. в процессе обучения в таких небольших школах все знают всех и приучаются к взаимопомощи и поддержке.
Давайте подведём итоги:
Специализированные и обычные
Когда-то, ещё в советские времена, на табличках при входе в школы было написано что-то типа «Школа №14 с преподаванием ряда предметов на английском языке». Это были так называемые английские спецшколы. Я училась в одной из лучших московских английских спецшкол, но никаких предметов на английском языке у нас не преподавалось, но вот английский язык был с 1-го класса и по расписанию уроков английского было намного больше, чем в обычных школах. Такие же спецшколы с углублённым изучением языков были открыты для изучения немецкого, французского, испанского и китайского языков. Где эти школы? Они до сих пор есть, но за последние годы они все поменяли свои номера и названия. Помните, мы уже с вами говорили о том, что при образовании крупных образовательных комплексов путём объединения или присоединения школ часть из очень известных в прошлом школ просто растворилась внутри новых образовательных комплексов, потеряв свою индивидуальность, а в некоторых случаях – традиции и сложившуюся систему углублённого преподавания предметов?
Другая проблема связана с тем, что в новых условиях спецшколы уже не могут принимать детей в 1-е классы через сложную систему входного тестирования и собеседований. В школу идут дети из детских садиков в составе образовательных комплексов и из микрорайона. Все ли эти дети имеют способности изучать предмет (иностранный язык, математику и т.п.) на углублённом уровне? Конечно, нет, но их родители хотят, чтобы ребёнок учился именно в этой школе. Отсюда – постепенное снижение качества обучения, введение дополнительных мер по формированию классов углублённого изучения предметов на ступенях средней и старшей школы. Ещё один интересный вопрос – это то, что многие известные спецшколы принципиально не создают начальных школ и уж тем более не присоединяют к себе детских садов. Они вошли в реорганизацию и вышли из неё практически без изменений, ничего не потеряв. Что они сделали? Они принимают на обучение детей только с определённого возраста, например только с 7-го класса, но зато в строгом соответствии с действующими законами. Разрабатывая собственную систему входного тестирования и собеседований, они отбирают себе учащихся «через игольное ушко», предлагая детям пройти многоэтапные испытания по основным предметам, включая предмет углубления.
Вы вряд ли сейчас увидите словосочетание «специализированная школа» в названии образовательной организации. Скорее всего, это будет обычная государственная школа с номером или очевидным названием, ставшим уже давно известным брендом, например «57-я школа» или «2-я школа». В некоторых случаях сохраняются ставшие уже историческими (в действующем законе об образовании их нет) названия «лицей» или «гимназия» (например, «Столичная гимназия», «Лицей НИУ ВШЭ»). Практически в каждой из этих образовательных организаций, независимо от того, на преподавании каких предметов они специализируются, будет следующее:
• приём детей из других школ осуществляется только по специальным правилам поступления, разработанным внутри организации;
• учебные планы сориентированы на углублённое изучение ряда предметов (их будет больше по количеству часов в неделю);
• специализация будет называться профилем, а обучение, соответственно, предпрофильным (8—9-й классы) или профильным (10—11-й классы);
• часть занятий по углублённому изучению профильных дисциплин будет осуществляться на платной основе через систему дополнительного образования во второй половине дня;
• учащиеся более активно, чем в других школах, принимают участие в предметных олимпиадах, конкурсах, занимаются проектной и исследовательской деятельностью и сориентированы на достижение высоких результатов.
Спецшколы – это, конечно, очень престижно, поскольку есть шанс, что уровень обучения в такой школе будет более высоким (хотя бы по предмету специализации) и можно ожидать лучших результатов на выпускных испытаниях и при поступлении в вузы. Но всем ли детям нужно в них поступать? Однозначного ответа на этот вопрос нет.
В спецшколах (например, в хорошо известных физматшколах) учиться очень непросто. Если родители мечтают, чтобы ребёнок учился в такой школе, но ребёнок явно «не тянет», родители берут репетитора, который натаскивает ребёнка на прохождение вступительных тестов. Парадокс в том, что даже прорвавшись на обучение в такую школу, ребёнок всё равно не сможет в ней учиться. Либо ему придётся постоянно заниматься с репетитором по предметам специализации. Любая спецшкола – это высокие требования к интеллекту и мотивации ребёнка, углублённо занимающегося этим предметом. Это фактически разновидность «спорта высоких достижений». Любимым предметом придётся заниматься очень серьёзно, добиваться высоких результатов на мониторингах, экзаменах, олимпиадах и т. д. Это большой интеллектуальный труд, высокий уровень самоорганизации и самоконтроля, нацеленность на результат. В некоторых случаях – полная эмоциональная и интеллектуальная погружённость в предмет изучения; но это уже вопрос, связанный с одарённостью, о чём мы поговорим чуть позже, во второй части книги.
Если ребёнок на самом деле не хочет учиться в такой школе и с такими нагрузками, а решение поступить в школу продиктовано исключительно амбициями родителей и престижностью школы в городе, то ожидаемого результата не будет. Даже при поддержке команды лучших в городе частных репетиторов ребёнок будет чувствовать себя слабее других детей, а в результате через какое-то время, так и не добившись успеха, из школы придётся уходить. Подумайте заранее: нужно ли это вашему ребёнку? Готов ли он вкалывать и так ли уж сильно он заинтересован предметом?
Инклюзивные и коррекционные
Это важный вопрос, независимо от того, есть у вашего ребёнка проблемы с обучением и здоровьем или нет. Большинство родителей знают, что коррекционные школы – это специальные школы, в которых учатся дети, имеющие какие-либо проблемы: физические или ментальные. Этим детям не всегда просто справиться с обычными образовательными программами, поэтому они учатся по адаптированным под их проблему образовательным программам, для них создаётся специальная образовательная среда, включающая специальным образом устроенные учебные кабинеты, дидактические материалы, учебные пособия и т. д. Классы, где учатся такие дети, обычно рассчитаны на наполняемость в 10—15 человек, поэтому учитель может уделить больше внимания каждому ребёнку. В коррекционных школах всегда работают высококвалифицированные специалисты, которые оказывают профессиональную помощь учащимся: учителя-дефектологи, логопеды, психологи и нейропсихологи. В целом уровень подготовки педагогических работников, работающих в таких школах, очень высокий.
Коррекционные школы бывают разными, на сегодня существует 8 видов коррекционных школ: для глухих детей и слабослышащих, для незрячих и слабовидящих, для детей с тяжёлым нарушением речи, для детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата и для детей с задержкой развития. Детям в таких школах комфортно, они учатся в своём темпе, изучают не все предметы по сравнению с обычными школами и в целом не чувствуют себя белыми воронами, находясь в среде детей с такими же проблемами.
Гуманизация образования и российской школы, поддержанная родителями учащихся с особыми образовательными потребностями или ограниченными возможностями здоровья, привела к тому, что теперь выбор образовательной организации, где учится ребёнок, закреплён в федеральном законе «Об образовании в Российской Федерации» №273-ФЗ за родителями. Если родитель ребёнка, у которого есть определённые сложности в обучении, захочет, чтобы ребёнок учился «как все», то есть в обычном классе и в обычной школе, то ребёнок поступит в такую школу и будет учиться. Для поддержки такого ребёнка школа должна создать особую образовательную среду, способствующую инклюзии ребёнка. Что же такое инклюзия и инклюзивное обучение?
Инклюзия – это процесс реального включения в школьную жизнь и реальную социальную среду детей, имеющих трудности в физическом развитии, в т.ч. с инвалидностью или ментальными особенностями. Соответственно, инклюзивное обучение – это включение особого ребёнка в обычный учебный процесс, без дискриминации и сегрегации. Инклюзивное образование – это образование, доступное всем детям, вне зависимости от их физических, психических, интеллектуальных и иных особенностей. И речь, кстати, идёт не только о больных детях, но также и о других «особых детях», таких как не говорящие на русском языке дети мигрантов; это и особые одарённые дети, которые тоже не вписываются в традиционный формат; это могут быть так называемые социально запущенные дети и т. д. Теперь давайте разберёмся, имеет ли смысл учиться в инклюзивной школе, то есть такой, которая сама открыто заявляет о себе как об инклюзивной (а таких школ очень мало).
Инклюзивная школа – это школа, где не гонятся за высокими результатами, где дети с раннего возраста учатся толерантному отношению к непохожим на других детям, где все равны и все стараются помочь друг другу. А за этим всем стоит определённая система воспитательной работы и преемственности по сопровождению особых детей от дошкольного отделения до старших классов школы. Вы вряд ли увидите эти школы в топе рейтингов школ, но о них будут очень хорошо отзываться дети и родители. В инклюзивных школах непросто работается учителям, поскольку нагрузка на них возложена двойная, ведь в обычных классах и детей не 10—15, как в коррекционных школах, а 25—30, а в классе могут учиться 2—3 ребёнка с синдромом дефицита внимания и гиперактивностью, 1—2 аутиста с синдромом Аспергера, плохослышащий и плоховидящий дети. Это 7 особых детей в классе из 30 учащихся. Много это? Конечно, да. И учителям в таких школах приходится много учиться, повышать квалификацию, осваивать новые направления своей профессии, погружаясь в вопросы психологии, дидактики и сопровождения «особых детей». И пока они могут только мечтать о том, чтобы в классе, помимо основного учителя, был ассистент, который помогает тем детям, которые в этой помощи нуждаются. Так работают многие зарубежные школы, и так работают некоторые частные школы в нашей стране.
В инклюзивных школах дети могут учиться в обычных классах, но в ряде школ уже появились так называемые ресурсные классы, где учатся дети с серьёзными проблемами, например, с задержкой развития, которым трудно находиться на уроке в обычном классе. Зато учащиеся ресурсных классов участвуют во всех школьных мероприятиях, занимаются наравне со всеми в кружках и учатся с тем классом, к которому они «приписаны», на несложных уроках типа музыки или рисования. Любая инклюзивная школа – это демократичная по укладу школа, где принимают всех детей и умеют с ними работать, и, как правило, в этих школах есть хорошие, слаженно и грамотно работающие психолого-педагогические службы, включающие разных специалистов. В целом наличие или отсутствие психолого-педагогических служб в школе – это один из важных индикаторов, характеризующих школу.
Подведём итоги и сделаем выбор:
Британские и международные
Что такое международная школа? В чем её отличие от обычной школы? Например, в Москве действуют известные Англо-американская международная школа, несколько британских и кембриджских школ. Несмотря на международный фокус, каждая из этих школ адаптирована к условиям и интересам национальной экономики и системы образования. Как правило, международные школы создаются для обучения детей экспатов, дипломатов, желающих, чтобы их дети получили образование, аналогичное тому, которое даётся в их родном государстве. Такие международные школы называются традиционными. Они предназначены для детей, которые в силу своих языковых, культурных и национальных особенностей, обусловленных происхождением, не могли бы обучаться в обычной школе в стране, куда приехали для работы их родители. Период обучения таких учеников напрямую зависит от срока трудового договора их родителей.
Однако со временем в нашей системе образования появился и другой тип международных школ, не традиционных, для детей экспатов, а для «глобалистов», а именно – для детей из семей с высоким достатком, кто может себе позволить обучать детей в очень дорогих частных школах. Эти школы находятся в России, но они сориентированы на подготовку детей к жизни и работе в условиях глобализации. Для таких родителей исключительно важно в образовании своих детей уйти от национального образования и культуры в сторону космополитичного подхода, поливалентности дипломов, аттестатов о среднем образовании и сертификатов, которые признаются в разных странах мира. Эти родители хотят дать своим детям элитное или даже аристократическое образование и готовы спонсировать подобные школы. Чаще всего в названиях таких школ присутствуют слова «британская», «международная», «гимназия» и т. д. Эти школы очень разные, и их уклад, традиции в обучении и воспитании детей, учебные программы, философия и миссия зависят исключительно от учредителей этих школ. Лучше ли в этих школах учат по сравнению с традиционными частными школами или с государственными школами? Как говорится, это зависит (it depends). Зависит от целого ряда причин и условий. В ту государственную школу, где я работала, периодически попадали дети из элитных международных школ, которые отлично говорили на английском, умели играть в гольф и кататься на лошади, но при этом на год-два отставали от своих российских сверстников по математике и русскому языку и имели весьма смутные представления о таких предметах, как физика и химия. Всё зависит.
Рассмотрим два вида международных школ, наиболее популярных в России. Это система международного бакалавриата и система британских школ.
Международный бакалавриат (International baccalaureate, IB) – это школьная программа с универсальным учебным планом, по которому работают школы в разных странах мира. В нашей стране 11-летнее обучение в школе, в то время как во многих странах мира, куда потом уезжают выпускники наших школ поступать в университеты, школьное образование включает 12 лет. Соответственно, нашим выпускникам явно не хватает одного года, и им приходится сначала поступать на подготовительное отделение, чтобы через год уже поступать на I курс выбранного университета. Система международного бакалавриата решает эту проблему. Абитуриент с IB-дипломом может поступить в любой вуз мира, признающий этот диплом в качестве вступительного экзамена. На сегодня это примерно 2 тысячи университетов мира, среди которых Гарвард, Стэнфорд, Оксфорд, Кембридж, Принстон, Массачусетский технологический институт, Йель, Национальный университет Сингапура, Сорбонна, Берлинский университет Гумбольдта и многие другие. В России абитуриентов с дипломом IB принимают МГУ, Плехановский университет, МГИМО (во все остальные вузы поступление происходит на основе результатов прохождения государственной итоговой аттестации). Более того, некоторые вузы могут засчитать абитуриенту все зачётные баллы (кредиты) в соответствии с пройденными в IB программами или выделяют для абитуриентов с дипломами IB специальные стипендии. Важно при этом понимать, что программы IB прекрасно интегрируются с российской национальной системой образования. Международный бакалавриат есть в государственных и частных российских школах, где-то выстраиваясь в дополнительную образовательную вертикаль с 1-го до выпускного класса, а где-то присутствуя только на средней или старшей ступенях образования.
Программа, по которой ведётся обучение в системе международного бакалавриата, включает несколько специальных программ, разработанных для детей от 3 до 19 лет, т.е. включает все ступени начального и среднего образования. Обучение на международном бакалавриате заставляет учащихся обсуждать глобальные мировые проблемы, учиться самостоятельно, развивать исследовательские навыки, критически мыслить и творчески подходить к решению задач. В большинстве школ преподавание хотя бы частично ведётся на английском, а значит к концу обучения дети будут неплохо владеть иностранным языком. Пройденные в IB курсы английского языка учитываются при поступлении вместо IELTS/TOEFL. В программе IB введена двухуровневая система контроля успеваемости учащихся, что исключает субъективный подход. Все работы учащихся проверяют не только преподаватели в школах, но и внешние экзаменаторы, которые используют специальные руководства для оценивания, разработанные IB.