Господин легкого поведения
Марина Сергеевна Серова

1 2 3 4 5 ... 8 >>
Господин легкого поведения
Марина С. Серова

Телохранитель Евгения Охотникова
Глава комбината «Молочные реки» господин Кравцов после убийства своего помощника и недвусмысленного послания на воротах дома «Готовься сдохнуть!» нанимает профессионального телохранителя Евгению Охотникову. Здравая мысль обратиться за помощью к детективу Кравцову, видно, в голову не приходит, а может, просто скупердяйничает. Впрочем, Жене не впервой совмещать обязанности сыщика и бодигарда. Также ее не смущает и временная роль заместителя генерального директора огромного предприятия. Ведь только так можно вычислить преступника, знающего все ходы и выходы на «Молочных реках»…

Марина Серова

Господин легкого поведения

Глава 1

Дневной свет не проникал в это царство грохота, порохового дыма и свистящего свинца. Лишь ровное искусственное освещение, меняющееся по желанию клиента в зависимости от режима стрельбы. Патроны один за другим легли в гнезда магазина револьвера, я со щелчком вставила барабан на место и, быстро прицелившись, произвела шесть выстрелов по мишени, изображавшей противника, – точно в цель. Руки и ноги мишени были поражены так, что, будь это человек, он бы полностью потерял способность двигаться, но тем не менее остался бы жив, ведь я профессиональный телохранитель высокого класса. Как говорил один знакомый инструктор во время моей стажировки в Федеральной службе охраны после окончания Ворошиловки: «Телохранитель – это человек, умеющий мыслить, а не палить в кого попало. Если дело доходит до стрельбы, такого „личника“ нужно гнать к чертовой матери». Мне вспомнилась служба в специальном разведподразделении КГБ «Сигма», и я в очередной раз порадовалась, что успела выскользнуть из всего этого, пока обратный ход для меня еще был возможен. Во сто крат лучше работать самой на себя, чем выполнять приказы, в правильности которых ты сильно сомневаешься. Моя частная практика – это то, что надо для такого деятельного человека, как я, – вполне хватает адреналина и приносит неплохой доход. Перезарядив револьвер, я сосредоточилась на трех круглых мишенях. Я дала себе установку, чтобы на первой мишени попасть в шестерку и восьмерку в правом верхнем секторе и семерку в левом нижнем, чтобы пули легли на одной линии; на второй мишени в противоположных секторах выбить девятку и шестерку, а на третьей попасть в цифру семь, отпечатанную на бумаге в нижней половине мишени. С задачей я справилась на «отлично», но это не принесло мне ожидаемого удовлетворения. Днем раньше я отказала в охране владельцу клуба «Осьминог» по этическим соображениям, сославшись на загруженность работой. Но на самом деле никакой загруженности не было, и эта мысль не давала мне покоя. Владелец «Осьминога», известный в криминальном мире Тарасова авторитет по кличке Белаз, сулил мне большие деньги за работу, но сразу предупредил, что сначала придется разобраться с несколькими оборзевшими, а такие дела не для меня. В деньгах я пока не нуждалась, только энергия, скопившаяся внутри, искала выхода. От этого не спасали ни ежедневные тренировки в спортзале, ни утренний десятикилометровый кросс, ни даже интрижка с тренером по карате из спортклуба «Сенсей». Хотелось настоящего дела, где можно приложить все свое умение, знания и интеллект.

Тетя Мила, у которой я поселилась, переехав в Тарасов из родного Владивостока после смерти матери и повторного брака отца, была куда как категорична в высказываниях по поводу моих скитаний по квартире в перерывах между тренировками и новинками голливудских блокбастеров, еще не вышедших на широкие экраны, но уже пополнивших мою коллекцию.

– Замуж и дети, минимум двое, – заявляла она с серьезным видом, – и на всякие метания у тебя времени не останется, – на что я неизменно отвечала, что мне всего лишь двадцать семь и я пока не готова для подобной авантюры. – Потом будет слишком поздно, – грозила мне тетя.

Было понятно, что она искренне желает мне счастья. В моем лице тетя Мила обрела дочь, которой у нее никогда не было, поэтому она старалась вовсю устроить мою личную жизнь.

Я резко обернулась на осторожное прикосновение к моему плечу. Это был один из посетителей тира, внимательно наблюдавший за мной последние полчаса. Приземистый, с брюшком, где-то лет за тридцать, зачесанные назад сальные волосы средней длины, небритый – в целом он производил отталкивающее впечатление. Я сняла наушники, чтобы выслушать, что мне скажет незнакомец. Представившись Егором, он, глядя на меня маслеными глазками, похвалил за отменную стрельбу.

– Ну что вы, прямо в краску вогнали, – с деланым смущением ответила я, – не так уж я и хорошо стреляю, как вы говорите. Насколько я знаю, надо попадать в центр мишени, а у меня пока не получается.

– Вам просто нужен хороший учитель, – радостно разулыбался Егор. – Раньше я работал в ФСБ и по части огневой подготовки любому фору дам. Если вам это что-то говорит, то я опустошаю обойму «макарова» за две с половиной секунды.

Я с трудом сдержала улыбку, думая про свои одну и две десятых секунды этого же норматива. Егор воспринял мое молчание как колебание и присовокупил убийственный аргумент:

– Я готов учить вас бесплатно и даже по вечерам.

Я красноречиво посмотрела на обручальное кольцо на его руке. Перехватив мой взгляд, он кинулся объяснять, что разведен, а кольцо просто вросло ему в палец. Я жестом остановила его:

– Извините, но у меня нет на это времени.

– Зря. Вы, наверно, работаете в милиции или прокуратуре, – не унимался Егор.

– Нет, я учительница английского в школе, – резко ответила я, – знаете, какие сейчас детишки пошли? Так что сами понимаете, точность стрельбы мне ни к чему. Достаточно пальнуть поверх голов – и в классе тишина.

– Ладно, я все понял, – погрустнел Егор и, повернувшись, зашагал к своему месту. Остановившись у барьера, он надел наушники и, как в кино, резко выхватил из кобуры под мышкой бельгийский девятимиллиметровый «браунинг» и выпустил по мишени все тринадцать патронов, целясь исключительно в область сердца и голову фанерной мишени. Я отметила, что для обычного оперативного работника он стреляет неплохо.

Зазвонил мой сотовый. Я ответила на звонок.

– Евгения Максимовна Охотникова, если не ошибаюсь? – вежливо спросил мужской голос.

– Не ошибаетесь, так как звоните по номеру моего сотового, – ответила я, внутренне вся подбираясь, готовая к чему угодно.

– Вас беспокоит Кравцов Аркадий Никифорович, директор Тарасовского молочного комбината «Молочные реки», – со значением произнес собеседник.

– Знаю ваши «Молочные реки», – поддакнула я, – регулярно покупаю ваше молоко. Итак, слушаю вас внимательно.

– У нас на комбинате возникли некоторые проблемы, – нехотя начал Кравцов. – Это не телефонный разговор. Нам надо встретиться.

– Сразу предупреждаю вас, что я профессиональный телохранитель и ничем другим не занимаюсь, – сказала я спокойно и сурово, чтобы отбить у клиента всякую охоту навязать мне всякие дополнительные обязанности. – Я лишь охраняю жизнь своего подопечного, конкурентов я не устраняю. Я также не стряпаю, не бегаю по магазинам. Кроме того, берусь только за действительно серьезные дела. Если вы хотите нанять меня для престижа, то поищите кого-нибудь другого.

– Дело серьезнее некуда, – заверил меня Кравцов. – Расстреляли финансового директора моего предприятия, и у меня есть основания полагать, что я могу быть следующим. Люди моего положения в бизнесе постоянно подвергаются нападкам со стороны криминала и конкурентов. Проанализировав сложившуюся ситуацию, я понял, что мне не обойтись без телохранителя.

– Ясно, я слышала об этой истории в новостях, – вспомнила я сюжет из «Вестей Тарасова», – там, кажется, еще и охранника убили.

– Водителя, в новостях ошиблись, – поправил меня Кравцов. – Не могли бы вы вечером заехать прямо ко мне домой? Жена приготовит ужин, и мы сможем обсудить все в спокойной обстановке.

Я на секунду задумалась. Странно, что клиент назначает встречу не в ресторане или каком-нибудь другом людном месте, а тащит малознакомого человека к себе в дом. Не ловушка ли это?

– В принципе неплохая мысль, но есть один маленький вопрос, – сказала я осторожно. – Кто вам посоветовал обратиться ко мне?

– Феофанов, архитектор, – ответил Кравцов. – Мы с ним недавно разговорились, и он рассказал, как вы решили его проблемы.

Я отлично помнила Феофанова и его дело, но спокойствия мне это не прибавило. Архитектор – мошенник, каких на свете не сыщешь, был готов продать родную мать, не то что меня.

– Предлагаю встретиться на нейтральной территории, например, в каком-нибудь ресторане, – сказала я, перебирая в уме названия ресторанов. – Что думаете о «Русском стиле» в центре?

– Нет, я лучше сразу приставлю дуло пистолета себе к голове и выстрелю, – проворчал Кравцов. – Там собираются все бандиты. Те, кто хочет меня порешить, будут ждать меня именно там. – В голосе Кравцова явно проступали нотки паники.

– Я же буду с вами, так что можете не волноваться, – успокоила я его. Но Кравцов заупрямился:

– Нет, никуда я не пойду. У меня или вообще никак.

– Ладно, – протянула я недовольно. – Вы знаете мои расценки?

– Да, тысяча рублей в день, – бросил Кравцов нервно.

– Тысяча двести в день, – обрадовала я его. – Инфляция. Цены, знаете, не стоят на месте.

– Я согласен, если вы будете хорошо выполнять свою работу, – выпалил Кравцов.

– У меня еще не было ни одного прокола, – с достоинством сказала я, – все, кого я охраняла, остались живы.

– Отлично, – произнес Кравцов так, что я почувствовала недоверие с его стороны. – Приезжайте ко мне домой к девяти. – Он продиктовал мне адрес, а я запомнила. Потом мы попрощались, и он отключил телефон.

Егор, ожидавший, пока я закончу говорить, с самодовольной улыбкой поманил меня к себе.

– Не желаете посмотреть, как работает настоящий профессионал? – Он кивнул на свою мишень.

– Нет, – буркнула я и пошла к выходу. Егор с тоской смотрел мне вслед, но преследовать не решился.

Квартира тети Милы встретила меня ароматами готовящейся пищи. Мой желудок требовательно заурчал, и я поняла, что здорово проголодалась. Выглянув из кухни в коридор, тетя Мила приветливо мне улыбнулась.

– Женя, быстро умывайся, а то твой обед уже остывает.

Поторапливать меня и не следовало. Через минуту я уже сидела за столом, готовая к приему пищи. Тетя поставила передо мной тарелку горячей ухи, придвинула хлебницу с ломтиками черного хлеба, а сама уселась напротив и с умилением принялась следить за моими движениями.

1 2 3 4 5 ... 8 >>