Оценить:
 Рейтинг: 0

Фата пропавшей невесты

<< 1 2 3 4 5 6 7 >>
На страницу:
3 из 7
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
– Весь город на ноги подняла, – вздохнула она, садясь напротив меня, и попросила: – Надя, скажи, чтобы Татьяне еще кофе сделали, да и мне тоже.

Надежда вышла, а Лада внимательно посмотрела на меня и предупредила:

– Таня! Все, что я сейчас скажу, должно остаться в этой комнате навсегда!

– Вы меня уже не один год знаете, так что это излишне, – ответила я, ничуть не обидевшись: раз Лада подняла весь город на ноги, значит, дело было очень серьезное.

– Ну, слушай! Тебе такое имя – Большакова Ольга Николаевна— ничего не говорит?

– Сеть кафе «Фантазия» по всему городу, гостиничный комплекс «Волна» и многое другое, – ответила я.

– Правильно! Она из наших.

Развернутых пояснений мне не требовалось. «Наши», иначе именуемые «женсовет», было сообществом серьезных бизнес-леди и жен первых лиц области и города, которые из тени, через своих мужей, не привлекая к себе внимания, руководили жизнью региона, и получалось у них это очень даже неплохо. Во всяком случае, на фоне соседних наша область выглядела намного более привлекательной по всем показателям. Когда-то Лада и сама притворялась великосветской дурочкой, но в силу ряда весьма серьезных обстоятельств ей пришлось «явить себя миру». Мы с ней об этом никогда не говорили, но мне казалось, что именно она и является руководителем этого «женсовета», в чьих возможностях я убедилась, когда за ней, тяжелораненой, кто-то из ее подруг мигом отправил вертолет МЧС. Да и другие случаи были. В общем, это была очень серьезная сила.

– У нее пропала дочь Людмила. Сегодня. Из свадебного салона «Марьяж». Она поехала туда на примерку подвенечного и венчального платьев. По-хорошему, надо было бы их заказать у портнихи, но время поджимает, так что выбрали два самых лучших и их ей стали по фигуре подгонять. Люсю надо найти во что бы то ни стало! Срочно! И тихо! Скандала быть не должно! Иначе свадьба сорвется, а этого допустить нельзя!

– Лада! Я не Царевна-лягушка и лебедей из рукава выпускать не умею, но обещаю сделать все, что в моих силах. И давайте перейдем к делу. Если Люся исчезла незадолго до своей свадьбы, то это или побег из-под венца, или похищение. Если второе, то целей может быть три: требование выкупа, желание сорвать свадьбу или вызвать скандал, которого вы так стараетесь избежать. В любом случае мне нужно знать об этой семье все в мельчайших подробностях. И сразу первый вопрос: почему поисками Люси занимаетесь вы, а не Большакова?

– Ольга по очень серьезной причине не может, а Люся моя крестница. Кроме того, ее еще и охранял парень из «Русичей». Точнее, это водитель-охранник Ольги, а когда Люся приехала, он стал возить ее, – объяснила она. – А по поводу подробностей… Ну, слушай! Толька Назаров, это бывший Ольгин муж, служил после политеха в армии, в какой-то секретной части. Это в самом конце восьмидесятых было. И встретил там Ольгу – она после окончания кулинарного училища по распределению в столовой поварихой работала. Девчонка совсем. Красивая была необыкновенно. Влюбился он в нее, поженились они, и привез он ее сюда уже в качестве законной супруги. У него с матерью двушка была, то есть жить, в общем-то, было где, но свекровь Ольгу в штыки приняла: ее сын институт окончил, а у невестки училище за плечами и больше ничего. Вот и шпыняла ее. А тут новая напасть – нет детей, и все тут. И опять Ольга во всем виновата. А потом в стране бардак начался. Завод, где Толька и Ольга работали, закрыли, и Назаров запил с горя. Пенсию свекрови задерживали, вот Ольга одна на себе всю семью и тянула – наскребла денег и начала пирожные наполеон печь, а по вечерам, когда народ с работы шел, на остановке возле Центрального рынка их продавала. Необыкновенно вкусные они были, мигом их расхватывали, некоторые специально стояли и ждали, когда она их принесет. Да я и сама у нее покупала. Там-то мы с ней сначала познакомились, а потом и подружились. Поделилась она со мной своей бедой, что детей нет, и я ей хорошего врача посоветовала. Ну и оказалось, что она совершенно здорова, нужно мужу проверяться. Заикнулась она было об этом, а он такой скандал устроил, что она больше к этой теме не возвращалась – жизнь у нее и так тяжелая была, а тут еще и новые скандалы могли начаться.

– Но в результате бесплодным оказался он, – уверенно произнесла я.

– Да, только выяснилось это через много лет, – подтвердила она и продолжила: – Ну, дело у Ольги пошло, стала она только печь, а продавать – девчонку наняла. Потом прилавок уже на рынке арендовала, чтобы на улице не стоять. А неподалеку от нее мужик один торговал – тоже без работы остался, когда его НИИ закрыли. Вот он и пошел, куда взяли, чтобы семью прокормить. Умный, симпатичный, интеллигентный…

– Я уже поняла, – покивала я. – Ольга родила от него.

– Да! – кивнула Лада. – Девочку, как она и мечтала. Только мужик об этом до сих пор ничего не знает. Бабка в долгожданную внучку вцепилась, так что Ольга с дочерью хлопот не знала. Вкалывала как лошадь, благо появилось для кого, потому что отношения с Толькой разладились окончательно. И начала она потихоньку разворачиваться: сначала одна кондитерская, потом вторая… Ну и так далее.

– А Анатолий?

– Он скорбел по загубленной жизни и пил на заработанные женой деньги, а пойти хоть кем-нибудь работать, чтобы копейку в дом приносить, было ниже его достоинства. И мать его вовсю поддерживала – у него же высшее образование. Машина у них была старенькая, так Ольга скандалами заставила его хоть пирожные на точку возить, а он с похмелья в аварию попал, и вся продукция – в месиво! А машина – в хлам! Ну, когда она в люди вышла, квартиру отдельную большую купила, тут и он преобразился, такой холеный стал, хоть на обложку глянцевого журнала помещай, как образец успешного бизнесмена. Даже пить бросил. Зато начал налево ходить, но Ольге было на это плевать с самой высокой колокольни, потому что давно уже каждый жил своей жизнью. И тут, двенадцать лет назад – Люсе тогда десять лет было – Толька не просто очередную девку себе завел, а развестись захотел. И до того эта шалава ему голову задурила, что он решил тест ДНК сделать, чтобы проверить, а его ли дочь Люся. Естественно, выяснилось, что нет. И разбушевался этот подонок так, что с кулаками на Ольгу кинулся. Ну, она тоже не просто так на рынке столько лет провела, нашлось у нее, чем и как ему ответить. Люся к нему с криком «папа» бросилась, а он на нее матом, что не дочь она ему, что нагуляла ее мать неизвестно от кого. В общем, орал так, что Люся потом полгода заикалась. Свекровь тоже в стороне не осталась, свои три гроша подбросила, всю ее любовь к внучке как бабка отшептала.

– Развод и раздел совместно нажитого, к которому он не имел никакого отношения? – спросила я, хотя и так была уверена в ответе.

– Правильно поняла. Алиментов, естественно, никаких. Из Назаровых Ольга с Люсей Большаковыми стали, девочке школу пришлось сменить, потому что они в съемную квартиру подальше от Тольки в другой район переехали, да и как одноклассникам объяснишь, почему у тебя вдруг фамилия другая? Но это все ерунда. Главное – бизнес. А как Ольге было его делить, если она его потом и кровью создавала? Это же как по-живому резать. Ну, мы, конечно, подсуетились. Сумма получилась совсем не та, на которую Толька рассчитывал, но все равно весьма внушительная. Ольга ему еще и свою и дочкину доли в квартире отдала, машину, в долги влезла, банк, опять-таки, помог под минимальный процент…

– Тот, где муж Евгении работает? – уточнила я.

– Конечно, – кивнула Лада. – Ольга аж почернела вся. Но ничего, сообща помогли мы ей, выкарабкалась она, с долгами рассчиталась, новую квартиру купила. Расцвел у нее бизнес лучше прежнего.

– С Назаровым больше проблем не было?

– Ну, куда же без них? – невесело рассмеялась Лада. – Эта шалава за год из него все деньги до копейки вытянула. А еще она все твердила, что ребенка хочет, вот и заставила его обследоваться. Тут-то и выяснилось, что он не может иметь детей – последствие службы в армии. И подала она на развод, да еще и компенсацию за моральный ущерб захотела получить – она думала, что вышла замуж за полноценного мужчину, а он, оказывается, ущербный. В общем, вернулся он к своей мамаше гол как сокол. Попытался с Ольгой встретиться и получил от ворот поворот. Сунулся к Люсе, а она от него, как черт от ладана, шарахается. Ольгина охрана провела с ним разъяснительную работу, и больше он их до самой своей смерти не беспокоил – спился он начисто. Ну а мать его в этом, конечно же, Ольгу обвиняет: дескать, не пожалела она, стерва такая, раскаявшегося мужа. Не приняла обратно.

– Итак, у Ольги все замечательно…

– У нее все очень плохо! – перебив меня, с болью произнесла Лада. – Но я по порядку. Люся девочка домашняя и очень умная. Ну, языки и все прочее – само собой, но она ведь с золотой медалью физико-математический лицей окончила и на физфак поступила. Видимо, в своего родного отца пошла. Была какая-то международная олимпиада или что-то в этом духе по программированию, и она там первое место заняла. А там были представители американского Стэнфордского университета и ей выделили… или как там это называется? В общем, неважно. Короче, дали гранд на продолжение обучения там. Вот Люся четвертый курс закончила и уехала туда. Там и доучилась.

– И как только ее Ольга отпустила? – покачала головой я.

– Так Люся девочка самостоятельная, неглупая, ко всяким авантюрам не склонная. А тут… – Лада отвернулась и довольно долго молчала, а потом все-таки сказала: – Короче. Вскоре после того, как Люся в Штаты уехала, у Ольги обнаружили опухоль. Мы ей предлагали прооперироваться в Израиле или в Германии, а она отказалась. Она даже биопсию делать не стала, здесь лечилась. А опухоль-то растет!

– Почему она не захотела оперироваться? – удивилась я.

– У каждого из нас свои тараканы в голове. Вот и у Ольги они есть. Она считает, что у нее рак, и если тронуть опухоль, то потом уже ничего не поможет, начнется его ускоренное развитие и в результате – верная смерть. Она все время тянула, ждала, когда Люся из Штатов вернется, тогда и прооперируется. Боялась, что без нее умрет и даже попрощаться не сможет. И сообщать ей о своей болезни она не хотела – сорвется дочка в Тарасов, будущее себе сломает, а американский диплом, тем более такого университета, дорогого стоит. И за Люсю она очень боялась – их ведь всего двое на белом свете.

– А родители Ольги? – удивилась я.

– Они в Средней Азии жили. В девяностые там погибли – местные тогда русских целыми семьями вырезали, а женщин перед этим еще и насиловали. Даже совсем девочек. Если бы Ольга не уехала по распределению, а там осталась, то и она погибла бы. А все трупы тогда за город вывозили и в одну яму сваливали, так что и могилы не найти.

– Да-а-а, лихо ей пришлось, – только и могла сказать на это я. – Но давайте к делам сегодняшним вернемся. Как я поняла, Ольга решила выдать дочку замуж за надежного человека, который Люсю никогда не обидит. Так?

– Вот именно. Она, чтобы быть за дочку спокойной, решила выдать ее за Георгия Самойлова. Я и его, и его отца знаю как облупленных.

– А его отца зовут случайно не Виктор Александрович? – спросила я.

Лада в ответ кивнула, и я крепенько призадумалась. Дело в том, что указанный господин в девяностые был крупным криминальным авторитетом и пользовался в определенных кругах очень большим влиянием, к его мнению прислушивались, а в некоторых вопросах оно было решающим. Людей у него под началом было более чем достаточно, так что любые попытки «наезда» на него имели для инициаторов этой затеи весьма плачевный результат. То есть то, что таковые попытки были, знали все, что закончились они для Самойлова благополучно – тоже, но вот дальнейшую судьбу решившихся на них наглецов никому, в том числе и тогда еще милиции с прокуратурой, отследить не удалось. Исчезали, словно их никогда и в природе-то не существовало. На атомы расщепились, что ли? Сама я, естественно, те времена не застала, но слышала эти истории от людей, достойных всяческого доверия. Что касается Георгия, то яблоко от яблоньки недалеко упало. Дело в том, что пару лет назад ко мне обратились муж с женой, чья дочь, молодая красивая девушка, Наташа Куликова, покончила жизнь самоубийством, вот они и хотели выяснить, что ее до этого довело, потому что в прощальной записке ничего, кроме слов любви к родителям и просьбы простить ее, не было. Она только написала, что после того, что с ней сделали, не может больше жить. Вскрытие показало, что девственности она давно лишилась, но беременна не была.

И я все выяснила! Причиной самоубийства был Георгий, точнее, то, как он с ней обошелся. Он поспорил со своими дружками, такими же подонками, как он сам, что влюбит в себя любую девушку, на которую они укажут. И они выбрали ему жертву. И девушка-простушка из обычной семьи посчитала этого мерзавца принцем на белом коне – в сериалах по телевизору ведь постоянно показывают, как Золушки за таких замуж выходят. Влюбить в себя эту наивную девчонку для прожженного негодяя Георгия было легче легкого. Соблазняя ее, он клялся в вечной любви, обещал жениться, а когда наигрался, бросил ее, причем цинично и публично унизил ее человеческое достоинство, практически размазал, раздавил. Она не выдержала и, вернувшись домой, написала прощальное письмо родителям, а потом пошла на крышу, откуда и спрыгнула. А это был четырнадцатиэтажный дом. Выяснить-то я все выяснила и родителям девушки рассказала. Но не все, потому что не хотела подвергать их опасности. Предположим, эти простые люди пошли бы в полицию, а что дальше? Изнасилования же не было, все происходило по обоюдному согласию. То, что этот подонок ее на посмешище выставил и опозорил, неподсудно, а доведение до самоубийства доказать очень сложно. Даже если бы их заявление приняли в полиции, в чем я сильно сомневаюсь, адвокаты у Георгия были бы самые лучшие. Они бы его еще и не от такого отмазали, а вот сами родители могли бы пострадать, если бы вообще в живых остались – с Санычем, как звали в городе старшего Самойлова, никто не рисковал связываться.

Поэтому я не стала комментировать выбор такого жениха для Люси – успею еще, а стала расспрашивать Ладу дальше:

– То, что Ольга дочь больше жизни любит, я поняла, а вот как к ней Люся относится? Все-таки она из-за матери в детстве серьезную психологическую травму получила, раз полгода заикалась.

– Она ее любит и жалеет, и отношения у них доверительные. Когда Люся немного подросла, Ольга ей все рассказала, и девочка ее поняла. Они даже скорее подруги, а не мать и дочь, потому что подруг-сверстниц у Люси никогда не было. Ее интересовали книги и учеба, а не мальчики, прически и тряпки, как остальных девчонок. Я же тебе говорила, что она домашняя, самостоятельная и рассудительная девочка.

– То есть мать объяснила ей необходимость этого брака, и Люся согласилась выйти замуж без любви и даже без симпатии? Только исходя из здравого смысла? – уточнила я.

– Люся Юрку, как мы Георгия зовем, с детства знает, хоть он ее почти на десять лет старше. Дима по Ольгиной просьбе Юрку со всех сторон насквозь просветил и ничего порочащего его не нашел. Его отец тоже на четвертом десятке женился, когда нагулялся всласть. И взял он не пропитую и прокуренную прошмандовку, которая только и умеет, что по клубам и кабакам подолом трясти, а серьезную, скромную девушку. Я ее хорошо знаю, из нее и жена получилась замечательная, и хозяйка в доме отличная, и мать заботливая. А сам он стал таким мужем, что лучше и пожелать нельзя, и ни разу ей не изменил, потому что баб уже во всех видах видел, его удивить нечем.

– Может, просто хорошо конспирировался? – предположила я.

– Ну, мы бы это все равно узнали, – усмехнулась Лада. – Так что не сомневайся, не изменял он жене. Вот и сына своего он так воспитал. Юрка свое уже отгулял, так что хорошим мужем станет, налево не пойдет – чего он там не видел? Он экономическую академию окончил и сейчас отцу помогает. Со временем бизнес к нему перейдет, потому что старик дочерей уже отделил, приданое им солидное дал, а основное – это сыну, продолжателю дела и рода. В общем, со всех сторон очень достойный брак.

– А сейчас-то Люся знает о диагнозе матери?

– Да! Ольга ей в первый же вечер все объяснила. Девочка в рыд рыдала и все мать корила за то, что та ей сразу ничего не сообщила, она бы все бросила и домой вернулась. Ольга сейчас в моей клинике лежит, чтобы сил набраться и свадьбу нормально пережить.

– А если у Люси были свои планы? Может, у нее в Тарасове парень остался, который ее ждал, или она себе в Америке парня завела?

– По поводу Тарасова могу тебе точно сказать, что парня у нее не было. Да ты сама подумай, себя в ее годы вспомни, ты бы своего любимого человека на целый год без присмотра оставила?

– Правы вы, Лада, не рискнула бы, – честно ответила я.

– То-то же! А по поводу Америки, так Ольга постоянно по скайпу с ней общалась, и Люся ни разу ни о каком парне даже не заикнулась. Ты пойми, Люся девочка симпатичная, но своей внешностью никогда не занималась, у нее одна учеба на уме была. Вот и в Штатах она себя очень хорошо проявила, ей даже предложили остаться там работать, а она сказала, что подумает, с мамой посоветуется. А тут, как узнала об Ольгиной болезни, так все вопросы с работой в Америке мигом сами собой закрылись.

– А что собой представляет Георгий? Ну, кроме того, что он от души нагулялся. Да и нагулялся ли? – спросила я, чтобы узнать ее мнение об этой сволочи, потому что свое у меня уже было.

<< 1 2 3 4 5 6 7 >>
На страницу:
3 из 7