<< 1 ... 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 >>

Марина Сергеевна Серова
Будет все, как ты захочешь!


– Честно говоря, я был несколько удивлен, когда узнал, что Константин нанял частного детектива. Я ведь обещал ему, что на суде разобью версию обвинения в пух и прах. Вы поможете мне в этом, Танечка?

– Семен Яковлевич, моя задача – вообще не доводить дело до суда. Когда еще он будет, этот суд? Через несколько месяцев. Представляете, каково человеку сидеть в КПЗ ни за что ни про что, да еще такому, как Денис?

Адвокат посмотрел на меня, как мне показалось, с интересом.

– Мне нравится такая постановка вопроса, – сказал он. – У вас что же, есть другой подозреваемый?

– И не один.

– В чем же будет заключаться моя помощь вам, Танечка? Кстати, вы не против такого несколько фамильярного обращения?

– Нет, Семен Яковлевич, если вам так нравится…

– Ну и чудесно!

– А помощь ваша мне действительно нужна. Во-первых, мне бы хотелось, чтобы вы взяли меня с собой к вашему подзащитному. Мне просто необходимо посмотреть на Дениса, понять, что он собой представляет. Во-вторых, познакомиться с материалами дела. На месте преступления я уже была и общую картину для себя составила.

– М-м… Ну и какое ваше мнение?

– Полная несуразица. И слишком много вопросов: зачем убил, зачем горничная пришла в номер, кто еще мог… Ну, в общем, вы поняли. Так что познакомиться с Денисом мне просто необходимо. Так сказать, увидеть Маугли живьем…

– Хм, вы знаете? Супруги Долговы вообще-то об этом не распространяются…

– А что, Денис действительно такой замкнутый?

– Да, вы знаете, Танечка, такой умный парень, кстати, английский знает в совершенстве, компьютер дома сам чинит, а уж какие книги серьезные читает! Про финансирование предприятий, про биржевые сделки и денежные потоки… И при этом молчун. Любит уединение. Занимается сам, и никто ему, кажется, не нужен. А вы, кстати, знаете, почему он такой? Могу рассказать. В детстве он был такой же, как все ребятишки, ну разве что немного более замкнут. Но когда Денису исполнилось десять лет, кажется, или чуть больше, случилась страшная история. У мальчика была старшая сестра Александра, она в то время училась на первом курсе института. Умница девчонка, должен вам сказать! Отличница, спортом занималась, и не просто спортом, а какими-то боевыми искусствами, я уж не помню, как точно это называется. Поздними вечерами смело одна ходила, пару раз от хулиганов отбивалась. И вот однажды зимой, тоже поздно, шла от подруги, проходила мимо автостоянки. Охранники ее заметили, решили ограбить. Пошли следом, подкрались тихо, один ударил девушку по голове монтировкой, она упала. Он еще несколько раз для верности ударил. Сняли с нее золотые сережки, мобильник забрали да деньги из кошелька… так, мелочь какую-то. А Сашу закопали в сугробе. Родители, конечно, шум подняли, когда девочка ночевать не пришла, милиция ее искала, фото по телевизору показывали… Но до весны так и не нашли. А весной снег сошел… какой-то прохожий в подтаявшем сугробе сапог увидел… В общем, страшно тогда было, Наталья, мать, чуть с ума не сошла, раза три в больнице лежала, Константин тоже черный весь ходил. Милиция нашла, кто это сделал, суд был, я сам присутствовал. Одному охраннику, что обидно, совсем немного дали, у него, как оказалось, ребенок маленький. Сочли это смягчающим обстоятельством. Второму, правда, побольше дали. Да что толку, девочку ведь не вернешь! А Денис тогда замолчал. Врачи говорили: шок, пройдет. Он сестру очень любил, дружен с ней был. Она его приемам каратистским или каким-то там учила. В общем, молчал он несколько недель, потом стал понемногу говорить, но… как-то неохотно и не со всеми. Дети в классе стали мальчика дразнить, родители его сначала в одну школу перевели, потом в другую. Только в институте он чувствует себя более-менее нормально. Так что вот, Танечка, какой у меня подзащитный.

Семен Яковлевич шел некоторое время молча, а я подумала: так ведь тем более Денис не мог убить девушку, сам прошел через боль и ужас.

– Семен Яковлевич, когда у вас встреча с Долговым?

Адвокат встрепенулся. Похоже, он задумался, а мой вопрос вывел его из этого состояния.

– А-а… завтра, в десять утра.

– Меня с собой возьмете?

– Да, Танечка, конечно!

– Я как раз ознакомлюсь с материалами, с вашего позволения. И тогда поделюсь с вами своими соображениями, если хотите.

Мы с адвокатом погуляли по набережной еще немного, потом я поехала домой.

Дома, заварив себе кофе и покуривая сигаретку, я все обдумывала: а кто другой мог совершить это преступление? А в мозгу сверлила одна мысль: надо познакомиться с родителями убитой Кати. И узнать круг ее знакомых и друзей. Что-то мне подсказывало, что разгадка кроется там.

Голос в телефонной трубке был до того хриплым и севшим, что у меня сжалось сердце. Но отступать было нельзя.

– Анатолий Романович? Я частный детектив Татьяна Иванова. Провожу параллельное расследование убийства вашей дочери. Прошу прощения…

– Какое еще расследование?! Милиция расследует. Вам-то что надо? – Голос был явно недовольным.

– Извините, что беспокою вас в такое время. Примите мои соболезнования, я понимаю ваше горе…

– Что вы можете понимать? У вас дети есть?

– Нет.

– Так вы не можете понять, что такое – потерять ребенка! – Мужчина кричал на меня так, будто это я была виноватой в том, что случилось. Я терпеливо молчала. Я понимала его.

– Еще раз прошу извинить меня…

– Чего вы хотите? – устало спросил Анатолий Романович.

– Я хочу найти настоящего убийцу вашей дочери.

– А тот, которого взяли, он не настоящий?

– Боюсь, что нет.

– А от меня вы чего хотите?

– Мне необходимо встретиться с вами и поговорить.

Некоторое время в трубке была тишина. Потом голос сказал устало:

– Подъезжайте. Вы знаете адрес?

Ровно через полчаса я стояла у двери Катиной квартиры. Это был старый дом, каких много в нашем Тарасове. Кирпичная пятиэтажка в небогатом районе. Последний этаж, обшарпанная дверь. Мне открыл мужчина. Похоже, он не брился со дня смерти дочери. Осунувшееся серое лицо, незастегнутая рубашка. В квартире беспорядок. Жены его не было видно. Я еще раз выразила свои соболезнования и попросила разрешения поговорить с ним. Он посмотрел на меня как на надоевшую муху, которую не удается прихлопнуть. Я сама села в старенькое кресло, так как поняла, что хозяин не догадается предложить это мне.

– Анатолий Романович, вы знаете, с кем дружила ваша дочь? – спросила я как можно мягче.

Он опустил голову и обхватил ее руками. С минуту он сидел так и, казалось, забыл обо мне. Наконец поднял на меня покрасневшие глаза.

– С Артемом дружила, – сказал он, – парень ее. В такси работает. Вроде и замуж за него собиралась.

– Телефон его можете дать? А какие-то подруги были? Мне нужны адреса и телефоны ее друзей.

Хозяин тяжело поднялся, ушел в другую комнату, вернулся с блокнотом в руках.

– У Кати все в телефоне было записано, а это вот мать писала так, на всякий случай.

Он продиктовал мне несколько номеров телефонов Катиных друзей. Я быстро записывала. Потом набралась смелости и попросила разрешения посмотреть комнату девушки. Анатолий Романович долго глядел на меня, наверное пытаясь понять, зачем мне это нужно. У него был тяжелый взгляд, и мне даже показалось, что сейчас он меня спустит с лестницы. Но он вдруг поник и сказал дрожащим голосом:

– Идемте.

Катина комната была совсем маленькой. Диван, который заменял ей кровать, письменный стол у окна, наверное, еще со школы остался. Шкаф, книжная полка, два стула. На столе несколько фотографий в рамках. Вот симпатичный парень лет двадцати пяти широко улыбается белозубой улыбкой. Рядом – фотография, где этот парень вдвоем с девушкой, они обнимаются. Еще фотография, сделанная профессионально, в ателье: милая девушка с большими глазами сидит вполоборота в несколько неестественной позе. Рядом игрушка – пушистый мишка. Еще несколько таких игрушек расположились на диване, на книжной полке. У меня сжалось сердце. Вот здесь жила девочка, ходила в школу, играла с подругами во дворе, за этим столом делала уроки, на этом диване спала, и мама наверняка целовала ее перед сном. А теперь ее нет. Комната опустела, и все эти пушистые мишки и зайчики выглядят нелепо. Кто теперь будет с ними играть?

– Это Артем ей дарил, – сказал Анатолий Романович со слезами в голосе. – Баловал он ее: то игрушку подарит, то колечко золотое, то в кафе ведет, а этим летом обещал в свадебное путешествие за границу…
<< 1 ... 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 >>