Натаниэль быстро расправился с работой. Он раскрыл свои окровавленные ладони, от которых снова полетели искры. Узор на траве засверкал салатовым светом его магии. Потом эльф перевёл руки на разрушенное Зазеркальное небо и руна из магии отпечаталась в воздухе.

Перед местом, где стоял Натаниэль вспыхнул свет. Ник не выдержал и отвернулся. Когда он посмотрел на место вновь, то увидел овальную зелёную арку, состоящую из кусков магии. Внутри арки всё было заполнено белой, живой материей.

Портал.

Портал, способный перенести не только проекцию, но и тело, где бы оно не находилось туда, куда тебе нужно.

- Заходим по одному. – Натаниэль повернулся к Нику. – Я помогу Элизабет, а ты помоги Мигелю.

- Но мы ещё не разрушили Зазеркалье! – вспылил Гриндейл.

Это было самой тупой отговоркой в его жизни. Конечно, он бы с удовольствием смылся из этого проклятого места, но, возможно чуть позже. Наверняка у Натаниэля были весомые причины совершить этот сложный трюк и вывести их из игры раньше, но именно это Ника и отпугивало.

Натаниэль раздражённо закатил глаза.

- Знаешь, почему им плохо? – эльф посмотрел на Мигеля и Элизабет, лежащих под ледяной крышей. – Ты же понимаешь, что это не физическая боль?

Ник догадывался. Эта мысль пришла ему в голову сразу же, как он увидел плачущую Элизабет, которая не могла контролировать ни поток слёз, ни внезапную боль в груди.

- Но тогда почему ты не распластался на полу у себя в Драйсдейле? – как можно мягче произнёс Ник, боясь задеть Натаниэля.

Эльф горько усмехнулся.

- Распластался. Ещё как. – Он посмотрел на портал. – Но не забывай, что вы в другом измерении. До них эта боль дошла только через 20 минут после того, как это случилось с нами. Как только мне стало чуть легче, я перенёс сознание.

Ник вздохнул. Он не знал, что ещё сказать. Он не обрадовался, что его догадка оправдалась. Боль, которую испытали Элизабет и Мигель, была исконно душевной. И они её ощущали просто потому, что в них текла эльфийская кровь. Кровь, привязанная к создателю.

Он помог подняться Мигелю. Похоже, тот полностью пришёл в сознание и молча позволил Нику поддержать себя за плечи и провести через портал.

Элизабет перестала плакать. Слёзы застыли на щеках её проекции, и она сама молча прошла до портала, погружаясь с Натаниэлем в белую пустоту.

Снежка ждала, когда её вызовут как проводника, но в итоге почувствовала нечто другое. Что-то случилось с Зазеркальем. Это было маленькое, незначительное пятнышко, которое можно был с лёгкостью залатать, но Снежку охватило плохое предчувствие.

Переместившись на поляну шестого перепутья, она подтвердила свои опасения. Долго думать не было времени. Портал закрывался. Девушка мысленно пообещала себе, что скоро вернётся обратно и прыгнула в белую арку.

27 августа. 119 дней до Рождества. Драйсдейл. Южный район. Гостиница «Сиянье».

Ричард смотрел на руки в кольцах, украшенных свежими розовыми царапинами. Это были не его руки, не его тело. В груди что-то всё ещё ныло, но не так сильно, как несколько минут назад. Он, не в своём теле, сидел на желтоватом голом полу. Вокруг него кружились эльфы: это были Лен и Моника.

Ричард старался изо всех сил услышать и понять, о чём они ему говорили.

«Санта Николас Клаус, он же святой Николай, скончался сегодня, 27-ого августа. 119 днями до Рождества. На Шоколадной фабрике Натаниэля Фитцмора. В 04:15 утра».

Его убил Андреас. Перерезал горло собственному брату.

- Ричард, ты слышишь? – Моника обеспокоенно положила руку на плечо эльфа.

В момент смерти Николая, когда разорвалась его связь магии с эльфами и гномами, все его создания без исключения ощутили неконтролируемую душевную боль. Большинство просто не могли выдержать этого воздействия на голову и потеряли сознание на несколько минут. Этот удар дошёл до них в Зазеркалье чуть позже, потому что они находились в другом измерении.

Лен что-то объяснил про освобождённый город, Ричард запомнил, что из миллиона жителей Драйсдейла – погибло около 100 тысяч. Около тысячи обернувшихся в монстров жителей находятся в Полярном экспрессе, несколько сотен тёмных эльфов распиханы по подвалам и тюрьмам города – ими всеми занимается собранный отряд лекарей с бойцами. От чёрного снега за несколько часов уже избавили две сотни эльфов, некоторые из них даже входили в состав Совета Старейшин.

Ричард посмотрел на Монику. Ей вкололи противоядие от чёрного снега незадолго до убийства Санты. Хоть Моника и пришла в себя, Ричард не увидел в ней сильной скорби по Николаю, возможно она скрывала свои чувства.

– Когда Натаниэль вернёт твоё тело, тебе придётся…

Эльф одёрнулся от её руки.

- Почему я?

Тут вступил Лен.

- Больше некому. И это последнее поручение Николая… - Эльф сжал кулаки. Он явно тоже был не в восторге от этой ситуации. – Тебе будет неприятно это слышать, Ричард, но можно сказать, что это твоё предназначение.

- Предназначение – эльфу стать сыном Небес?! – Закричал Фитцмор. Его глаза были круглыми, светились синим. – Санта не мог предугадать собственное убийство, чтобы как ты говоришь, подготовить наследника!

Лен вздохнул. Он устало завалился в кресло. Моника села на кровать и уставилась на свои колени. Слишком тихая для самой себя.

- Он делал это больше тысячи лет. – Ван Арт взялся за сиреневый камень на шее, не сводя светло-карих глаз с Ричарда. – Ты его сосуд, ты был эльфом детства, был директором Мастерской. Ты прекрасно разбираешься в делах Николая. На твоём месте мог быть другой обученный эльф, но сути это не изменило бы.

Ричард хотел воспротивится, но это была правда. В глубине души он тоже понимал, что он один из немногих, кто может занять место Санты. Но это всё равно было на грани безумия! Он и сын Небес!

- А ты? – он махнул рукой на Лена. – Из всех эльфов в городе ты был ближе всех к Санте, ты старше и…

Ван Арт перебил его.

- Я не сосуд. – Он сказал это грубее, чем Ричард ожидал. – Нам нужно готовиться к обряду, а не успокаивать тебя, Рич. Здесь нет «хочу и не хочу». Ты просто должен взять эту ответственность.

- Я понимаю… – Эльф поднялся. За ним Лен и Моника.

- Старейшины уже переместили Николая. Осталось дождаться Натаниэля…

Когда Натаниэль переместился с Мигелем, Ником, Элизабет и Снежкой через портал, сознание Ричарда мгновенно вернулось в собственное тело. И как только глаза эльфа вновь засверкали своим цветом, его увели ото всех в другую комнату, не дав даже взглядами обменяться с остальными.

Эльф стоял в холле гостиницы лишившись эмоций и смотрел на открытый хрустальный гроб, в котором лежало тело Николая. Ричард находил себя схожим с этим безжизненным скелетом, обтянутым кожей, в которого превратился Санта за этот месяц. Ричарда, как и мёртвого Николая, помыли, приодели и поставили по середине зала, будто они были какими-то выставочными экспонатами. Эльфу казалось, что это всё какое-то шуточное представление, нежели официальное заявление, которое собирались сделать остатки от Совета Старейшин города.

Ричард пытался составить паззл всей картины, но выходила какая-то неразбериха. Голова безумно трещала, а тело брало в дрожь при одной мысли, что какой-то жалкий эльф станет правителем Севера и покровителем людских детей.

Элизабет. Да, было бы неплохо сейчас взглянуть в её изумрудные глаза и найти там ответы на все вопросы. Но её не было рядом. Никого не было. Всех увели для осмотра лекарями, по крайней мере, так говорили Ричарду. Вполне возможно, что они даже были не в этом здании.

Ричард удивился, что не знает ни одного из сопровождающих его эльфов и гномов. Они были тихими, ловкими, могли за секунду стянуть с Ричарда одежду и переодеть того во что-то другое, если понадобится. Самые настоящие слуги! Но слуг не было в Драйсдейле, разве что у Санты… Эльф снова поморщился, как тогда, когда его начали мыть сразу несколько гномов-мужчин. Во времена управления Мастерской у него были подопечные, которым он отдавал указания, но никак не слуги, которые расчесывали ему волосы и мыли пятки. При этом сам Ричард не отдал ни одного приказа; слуги выполняли чьи-то чужие приказания, вероятно, Лена или Натаниэля.

От Зазеркальной жизни болели руки и ноги. Тело требовало адаптации в реальности, но для этого у него просто не было времени. Ричарда заставили поесть и принять какие-то стимулирующие вещества, чтобы он нигде не свалился от «акклиматизации» после Зазеркалья.

Эльф окончательно погрузился в раздумья о будущем, когда в холле гостиницы собрались некоторые из выживших эльфов и гномов - зрители.

Он дурак надеялся, что они с образовавшейся компанией всё-таки смогут собрать все осколки и спасти Санту… Надеялся, что они с Элизабет… Думал, что всё будет хорошо…

Совет Старейшин, состоявший из старых эльфов и гномов публично объявили Ричарда приемником Санты. Габриэль впервые после истории с Элизабет одарил сына довольным взглядом.

А голубые глаза искали в толпе девушку. Единственную девушку, от взгляда на которую, ему может стать легче. Но Ричард не нашёл её. Он не нашёл даже Мигеля и Ника. Только хмурый Натаниэль стоял около бывшей стойки регистрации, обсуждая что-то с Леном.

После публичного объявления Ричарда взяли под обе руки гномы-слуги и увели в комнату. Эльф пытался выйти, но его попросили ждать.

- Готов? – спросил вошедший в комнату Лен.

Ричард поднялся с кровати, сдирая себя золотые наручи, которые нацепили на него подручные Николая.

- Где Бет? – выпалил эльф.

- Она и остальные восстанавливаются после Зазеркалья. Кстати, ты слышал, что Снежная королева сама прыгнула в портал, перед тем как тот закрылся?

- Снежке нужна сила Элизабет, чтобы закончить начатое. Следите за ней, она уже на половину превратилась в безумную королеву.

- Мне она показалась милой. – Задумался Лен, положив руку на подбородок.

- Хорошая актёрская игра. Недавно она чуть не задушила Ника.

- Ты про Николаса, сына Небес? – Ван Арт усмехнулся. – Снежка крутилась около него, когда я заходил к ним.

- Значит они все уже в порядке? Приведи ко мне её.

- Ричард… - Лен покачал головой. – Я не хочу, чтобы ты расклеился ещё больше. Твоё тело может отторгнуть силу, если ты будешь слишком много думать.

- Да о чём ты говоришь?! – Ричард взмахнул руками. – Мне нужно её увидеть. Сколько я пробуду в озере? День? Два? Неделю?

- Всё зависит от того, с какой скоростью твоя нить магии будет заполняться силой. – Лен снова схватился руками за свой бриллиант на шее, будто напоминая себе о чём-то. – У вас будет 15 минут.

Ван Арт ушёл, а Ричард думал, что задохнётся от злости, нахлынувшей на него. Смерть Санты подкосила всех, но боль, которую они должны были прочувствовать, никак не могла повлиять на поведение и характеры. Ричарду все казались пластиковыми, ненастоящими и грубыми. Их приключения в Зазеркалье казались живее чем всё произошедшее за несколько последних часов. С другой стороны, поведение Лена и остальных можно было объяснить. Если силу не принять в ближайшее время, связь с Небесной магией разорвётся, и они все умрут.

Дверь отворилась и в комнату зашла девушка. Она была в простом светло-розовом платье с рукавами. На её ногах были надеты высокие коричневые ботинки с завязками, на животе застёгнут большой тёмный пояс, на котором висело несколько мешков пыли. Каштановые волосы были завязаны в небрежный пучок с выпавшими передними прядями. На мягкой шее сверкал серебряный ошейник Снежки, блокирующий магию. Ричард мысленно дал себе пощёчину за то, что позволил Элизабет надеть это.

Ричард заметил, что около изумрудных глаз появились небольшие тёмные круги. Но даже с ними девушка выглядела невероятно: большие глаза с густыми ресницами, розовые щёки, аккуратные горизонтальные брови, пухлая нижняя губа, её кожа была не такая бледная, как в Зазеркалье, а наоборот, с загаром, приобретённым за время в работе. Пышная грудь девушки поднималась и опускалась, словно та бежала. Эльф выдохнул.

Они оба замерли, стоя друг перед другом.

Элизабет вытянула свою руку. Ричард взял её мягкую ладонь, они переплели пальцы. Девушка восторженно выдохнула.

- Как тепло. – Она аккуратно касалась его костяшек, вен на запястьях, будто боялась лишний раз задеть. – В Зазеркалье всё ощущается иначе.

Ричард положил другую руку на щеку Элизабет, спустился к шее, не достигая ошейника, притянул её к себе ближе.

- За что жизнь нас так? - Спросил он и попытался улыбнуться.

- Не думаю, что за заслуги. - Элизабет так же наиграно улыбнулась и уткнулась в грудь Ричарда. Он почувствовал, как она сжала его рубашку. - Я не хочу, чтобы ты становился сыном Небес!

Эльф поцеловал девушку в макушку. Потом приподнял её лицо руками и поцеловал в губы. Так кротко и нежно они не целовались даже в первый раз. Ричард знал, что это не конец, но сейчас ему показалось, что они прощаются навсегда. Возможно, это было прощание со спокойной жизнью, хотя едва ли то, что происходило последний месяц можно было назвать спокойным.

- Рик… - Элизабет отстранилась, продолжая держаться за рубашку эльфа. – Натаниэль сказал, что после получения силы твоя память может стереться… Ты можешь забыть даже меня… Опять.

Ричард шелохнулся, взял девушку за плечи.

- Морган ты издеваешься?

Элизабет растерянно посмотрела на него. Её глаза покраснели, но слёз не было.

- Я никогда, ты слышишь? Никогда не забуду о тебе. – Ричард посмотрел в ноги. – Если ты конечно захочешь иметь что-то с сыном Небес…

- Что? – девушка вспыхнула. Ричард выдохнул. Если эта девушка ещё может возмущаться, значит, не всё потеряно. – Фитцмор, ты что, в себя поверил? Я не отстану от тебя даже если ты станешь Вселенским богом! Присосусь, как пиявка, и плевать какое у тебя звание и раса!

Ричард улыбнулся, заправляя каштановую прядь волос девушке за ухо.

- Моя милая, красивая пиявка…

Элизабет раскраснелась ещё сильнее, её губы поджались, она задрожала. Ричарду показалось, что она сейчас заплачет, но девушка разразилась хохотом.

- Мы с тобой, - начала она говорить сквозь смех, - какие-то ненормальные!

- Да? – эльф изобразил удивление. – А я думал, что мы стандартная среднестатистическая пара, что живёт в розовом домике на опушке леса. Я каждый день рублю дрова, а ты хлопочешь по хозяйству. Когда я прихожу домой ты делаешь ужин, мы благодарим богов за вкусную еду и ложимся спать в 9 вечера.

- В 9? Так рано? – усмехнулась Элизабет.

- Чтобы была вся ночь для делания наших детишек.

На этот раз девушка не засмеялась, а натурально заржала. Ричард подхватил её. Теперь слёзы пошли от смеха.

- Небеса, нет, лучше я ха-х буду сражаться, чем жить ТАК.

- А что тебе не понравилось? – Ричард расстроено посмотрел на неё. - Если не хочешь проводить со мной ночи…

Эльф драматично положил руку на лицо и отвернулся.

Элизабет засмеялась, схватила Ричарда за запястье и со всей силы толкнула эльфа назад. Тот плюхнулся на диван.

- Не смей даже подпускать мысли о том, что я не хочу тебя.

Девушка села на ноги эльфа, обхватила его лицу ладонями и, выгнув спину как змея, поцеловала его.

Ричард углубил поцелуй, притянув Элизабет к себе ещё ближе за талию.

Они прижались вплотную друг к другу, эльф припал губами к шее девушки, оставил отметину, вдохнул запах. Элизабет, будто моля, чтобы он не отвлекался, снова прижалась к его губам.

Они оба услышали, как заскрипела дверь, но старались ухватить каждую секунду поцелуя. Будто правда старались запомнить друг друга. Будто правда прощались.

- Кхм, кхм. – Кто-то демонстративно прокашлялся. Это был Лен.

Элизабет обернулась, её глаза потускнели, но она продолжила сохранять улыбку для Ричарда. Она попыталась аккуратно слезть с эльфа, но её платье всё равно задралось, когда девушка перекинула ногу на пол.

- Ты ничего не видел, Лен. – Сказала девушка, поправляя подол платья и белый воротник, который перекосился.

- Да, ты ничего не видел, Лен. – Повторил Ричард, поднимаясь. Он положил руку на плечи девушки и краем глаза заметил, что оставил свой засос на самом видном месте шеи.

- Будешь приказывать, когда станешь полноправным правителем, Ричард. - улыбнулся Ван Арт. Его взгляд вдруг упал на руки пары, где сверкали синие парные кольца с рисунками звёздного неба. – Вашу связь будет труднее оправдать, когда у Ричарда сменится положение в обществе.

- Я не буду играть в «принцу нужна принцесса», Лен. – Глаза эльфа заискрились, но он сдерживал себя.

- В твоём случае в королю королева. – Ван Арт посмотрел на Элизабет. Его раздражение сошло на нет. – Я просто предупреждаю, Ричард. Мы ещё обсудим это, но имей в виду. На будущем Съезде Сумеречных Миров, он же ССМ, который придётся провести в руинах нашего Драйсдейла, тебе придётся доказать, что она достойна тебя.

Элизабет открыла рот. В её глазах тоже засверкала ярость. Но Лен успокоил бурю, не дав ей и начаться.

- Хватит оба пожирать меня взглядами. Никто не в восторге от этого, но всему Драйсдейлу придётся сжаться и показать себя в наилучшем свете. В ином случае, некоторые главы и представители миров найдут нас слабым звеном и решат пойти войной.

- Они могут сделать ещё лучше, - усмехнулся злобно Ричард, - объединится с Андреасом и помочь ему снести город до основания.

- Мыслишь, как лидер, - улыбнулся Лен. – А теперь идём, пора доделать дела.

Элизабет шла в похоронной процессии бок о бок с Ричардом. Впереди шестеро гномов несли открытый гроб с Сантой. За ними тянулись толпы из эльфов и гномов. Девушка отметила, что последних осталось очень мало. Когда она попала в город с Ричардом три года назад, то узнала, что гномы в численности превосходят эльфов. Это заключалось в том, что гномы были созданы Сантой для выполнения той работы, для которой прекрасные эльфы, по его мнению, попросту не подходили. Вывод, по которому их число так сильно сократилось напрашивался сам собой: эти существа пусть и были магическими, но они не могли управлять магией в своей крови. Поэтому убивать их, как бы прискорбно это не звучало, было проще, чем эльфов. Несмотря на то, что гномов в городе было много, она едва знала десятерых. Девушка ещё не видела списка погибших, но Натаниэль пообещал показать ей его.

Зато Элизабет уже точно знала, что Моника в порядке. И это не могло не радовать. Правда, им не удалось толком поговорить, эльфийка как-то холодно обняла девушку при встрече и удалилась по делам. Возможно, на месте Моники, Элизабет была бы такой же отстранённой. В конце концов, Моника убивала своих сородичей и это-то точно не было самозащитой, как в ситуации с Мигелем и остальными. Лен тоже был в порядке, но показался девушке грубее и мрачнее обычного. Элизабет не знала почему, но видела в глазах эльфа глубокую скорбь. Возможно, погиб кто-то, кто был ему дорог. Девушка вспомнила, как Лен однажды упоминал о своей сестре, работающей в одном из пансионов. Могла ли она превратится в монстра? По спине у Элизабет пробежались мурашки.

Девушка подумала, что ей стоит продолжить обучение борьбе. Пусть, за год она уже овладела многим: фехтованию мечом, стрельбе из лука и даже рукопашному бою, Элизабет всё равно чувствовала себя неуклюжим новичком. Единственное, что ей казалось, она делала действительно хорошо, так это отбивала и наносила атаки магией. Но сейчас это было под строжайшим запретом.

- Мне не нравится этот ошейник, - сказал ей Ричард, когда они спускались из гостиничной комнаты, - может, снимешь?

- Только в крайнем случае, - Элизабет потрогала свои оковы, она чувствовала, как заколдованный металл блокирует магию и не даёт ей выходить наружу. – Если я дам себе волю не только в Зазеркалье, могут быть ужасные последствия.

- С каких пор ты стала бояться своей силы? Когда стёрла силу фей?

Элизабет тогда подумала о том, что боялась этого всегда, даже тогда, когда ей приходилось выжимать из себя жалкие капли, чтобы поднять кружку. Но в то время она просто пугалась самого факта, что внутри неё есть эта непонятная штука – магия. Стереть чужие силы было дикостью, но девушка хотя бы не убила фей тогда. Но день в замке Снежной королевы изменил всё.

- Когда я создала огонь. – Ответила она тогда на вопрос.

Девушка едва не споткнулась о ледышку по дороге. Ричард взял её под локоть и тут же отпустил. Их уже предупредили о том, что ни в коем случае нельзя падать и касаться чёрного снега на дорогах, даже если на них нанесли магическую защиту.

Элизабет снова вернулась к мыслям о своём ошейнике. Она смирилась с тем, что магия, которую ей любезно передал её отец, может отнимать силу у других. Но в тот день, когда в её ладонях вспыхнуло изумрудное пламя, Элизабет поняла, что ей мало уничтожать магию в крови существа. С этой силой она могла убивать, стирать с лица Земли. Тогда девушка думала, что появись перед ней Андреас, она убьёт его и не оставит от него и мокрого места, низведёт до атомов. Эти мысли испугали её. С таким же рвением она могла убить кого-то близкого, стоит только навести цель.

Девушка сглотнула, подумав об Андреасе. Попади она в его руки под протекцией изумрудного огня, то он смог бы использовать её как пистолет.

«Навести цель»

«Убить»

Она услышала его голос в голове, хотя прекрасно понимала, что это иллюзия и выдумки её сознания. Элизабет даже представить не могла, как он выглядит, не то что говорит.

«Ну же, ты ведь хочешь почувствовать, какого это»

Девушка замотала головой. Нет, она точно не хочет знать, как это, когда магия уничтожает живого существа, превращая его в пустоту.

- Всё хорошо? – спросил тихо Ричард.

Эльф знал, что в похоронной процессии нельзя разговаривать, но всё равно спросил Элизабет о её состоянии. Девушка положила свободную руку на холодный ошейник.

- Да.

Это звучало нелепо, особенно когда Элизабет посмотрела вперёд на хрустальный гроб. Она смотрела на белую голову Николая и вспоминала, как тот глядел на неё в день её прибытия в Драйсдейл. В то время как все эльфы и гномы чуть с ума не посходили от одного факта, что с ними одним воздухом дышит человеческое отродье, Клаус был спокоен, словно всё шло по его давно спланированному плану. Элизабет одним существованием нарушала все его уставы и законы, а он смотрел на неё как на маленького ребёнка, который только научился разговаривать. Она его скорее забавляла, чем пугала или раздражала.

И пусть он относился к ней благосклонно, желая просто быть в этой истории наблюдателем, его подчинённые имели на этот счёт иное мнение. Элизабет уже тогда понимала, что Санта – не добрейшее существо из сказки, каковым его считали в народе. Если бы судьба девушки его действительно заботила, он бы приказал своим эльфам и гномам соблюдать приличия рядом с ней. Но вместо этого он просто оставил её на произвол: кинул к эльфам и гномам, как мышь к стае голодных свирепых собак, в надежде, что её загрызут не слишком быстро и ему будет на что посмотреть. Элизабет никогда не забудет плевков её сторону, не забудет подножек и толпы, ожидающей в подворотнях для расправы; она не забудет, как Натаниэль назвал её грязной, не забудет Кэтрин Лэнгфорд и стрелы с ядом.

Николай позволил девушке умереть в Драйсдейле. Кто-то может с этого посмеяться, ведь 10-минутная остановка сердца не может перевернуть всю жизнь. Но Элизабет не могла не заметить, как половина города всё же потеплела к ней. Теперь они ругали не девушку, а Бенджамина, который вошёл в связь с человеком. Элизабет хотелось верить, что горожане стали относиться к ней по-другому не только потому, что в её жилах загорелась магия, но и потому, что она спасла их Рождество. В любом случае причиной, по которой девушка хотела уехать с Ричардом, был народ. Пусть, многие изменили своё мнение и оставили предрассудки на счёт Элизабет, косые взгляды всё ещё были. Будучи под покровительством дома Фитцморов и дома Ван Артов Элизабет могла спокойно ходить по улицам, но от древнейшей неприязни ко всему людскому, просто так не избавиться, даже если стать только наполовину человеком.

Но когда девушка увидела разрушенный город, ей было по-настоящему больно, она по-настоящему сочувствовала всем, по-настоящему готова была скорбеть по эльфам и гномам. Она привязалась к этим улицам, научилась называть Северный полюс своим домом. И за все погубленные жизни, за все погубленные надежды и мечты, Элизабет ненавидела Андреаса. Их история с Николаем всё ещё была покрыта мраком, и девушка надеялась, что им с Ричардом удастся выяснить всё, когда он встанет на место Санты.

Когда Лен пришёл в лекарский кабинет, чтобы объявить, что Ричард примет силу сына Небес, Элизабет уже предчувствовала подобное. Миг тоже не сильно удивился, зато Николас Гриндейл был по-настоящему шокирован. Если бы девушка не была сильно подавлена в тот момент, она бы явно улыбнулась тому, как настоящий сын Небес кладёт руку в волосы и произносит нецензурные слова о том, что «изделие получает силу создателя».

<<1...23 24 25 26 27 >>

На страницу:

Перейти

25 из 27