Спустя пару минут, привыкнув к свету, они увидели состав.
Желтый вагон метро стоял у самого края платформы и молча ждал. Как оказалось, ждал именно их. Свет внутри него еле горел. И с каждой минутой он становился все ярче, пока вагон не загудел.
По ступеням эскалатора зазвучали шаги. Вскоре появился и Вильям.
Он, хмурый как туча, стал у края эскалатора и казалось сейчас решал, что делать с новыми знакомыми. Отпустить ли их…
– Блэк, тебя так зовут? Подойди сюда, один, – увидев, что Надия тоже двинулась в его сторону.
Кристоф приготовился ко всему, что могло бы случиться сейчас с ним. Единственно, что его могло бы остановить, это пуля, полученная в лоб, но и от нее он был готов увернуться. По крайней мере попытаться.
Не ужели в нем проснулся какой-то инстинкт, из-за которого он так стремится в ненужный ему уже Малый город. Может быть все это не только ради себя?
Он подошел к инженеру и посмотрел ему в глаза:
– Как вижу, у тебя получилось.
– Это да, даже хватит энергии для запуска состава, но лишь на часть пути. Дальше, пойдете пешком, – Вильям протянул Блэку фонарь. – Это тебе, за аккумулятор дрона. Вот еще… – он снял с себя рюкзак и отдал его детективу. – Там твой дрон. Мне лишнего не надо.
Блэк улыбнулся и молча кивнул:
– Тогда мы отправляемся, спасибо, – он протянул Вильяму свою ладонь.
Инженер сжал ее своей и наклонившись к Блэку прошептал:
– Майка, хозяина постоялого двора, нашли мертвым. Умер еще вчера. Перерезали горло и спрятали в его же подсобке в шкафу. Будь осторожен, – он перевел взгляд на Надию обнимающую свою дочь. И отпустив ладонь, другой рукой протянул Блэку пистолет. – Пригодится. Кто его знает, что вас ждет в туннелях.
Попрощавшись, мистер Вильям скрылся в двери на другой стороне платформы, где располагалась основная система управления метро.
Блэк с Надией и Евой зашли в старый, усеянный паутиной вагон и расчистили себе место. Надо сказать, он на удивления сохранился в хорошем состоянии. Все стекла были целы. На стенах, были видны части рекламных брошюр. Но было странное ощущение и запах. Блэк не мог понять, что он ему напоминает.
Скрипнув, вагон двинулся вглубь темного туннеля. С каждым метром набирая скорость и исчезая во мраке метро.
Где-то далеко, за пару километров от начавшего движение состава, в глубинах метро, кто-то открыл вертикальный зрачок. Впервые за десятки лет, нечто, пробудилось от долгого сна. Вновь почуяв ненасытный голод и издав клокочущий вой.
Глава 9 – Путь
Раскачиваясь из стороны в сторону, железный вагон летел вперед. В полной темноте он один ожил из всех металлических червей древности, когда-то перевозящих людей с одной станции на другую.
Было ли страшно им находиться внутри вагона метро, несущегося куда-то вперед по неизвестному им туннелю? Возможно.
Ева вся тряслась и прижималась к матери. Надия либо лишилась чувства страха, либо хорошо его скрывала.
Блэк сидел напротив и думал. Детектив смотрел, как свет понемногу тускнеет. Лампочки мигали, иногда и вовсе тухли, но сам состав шел ровно, сохраняя набранную скорость.
Он вспоминал слова Вильяма об убитом хозяине бара, который дал им ночлег и помог дочери Надии.
Блэк не мог понять, если она и убила его, то зачем? Может он хотел забрать ее дочь? Или был торговцем органами? Такое в пустоши не редкость, на сколько он помнил из новостей, когда еще жил в центре.
Если бы он знал, что его новая миссия заведет так далеко от его дома. Согласился бы он на нее снова? Да и что можно называть домом? Его прокуренная гостями съемная комната… Вряд ли. Тут он снова чувствовал себя живым. Чувствовал, как просыпаются некогда пропавшие инстинкты.
Блэк поднял глаза и поймав взгляд Надии, спросил:
– Это ты убила Майка?
Женщина сдвинула выцветшие брови и сильнее прижала к себе дочь. Ее рука медленно стала тянуться к сумке, закрепленной на поясе.
Состав тряхнуло, и он стал тормозить, издавая противный свист и скрежет.
Вильям сказал, что вагон метро будет везти их пока не кончится заряд, давший ему новую жизнь. Но видно автопилот вагона увидел какую-то преграду и решил прекратить движение.
– Зажигай факел. Быстро! – Кристоф собрал свои вещи и зажег свой.
Когда состав остановился. Лампа над ними последний раз моргнула и погасла. Поезд снова заснул. Уже навсегда.
– Ждите, я проверю, что там за преграда. – Блэк открыл дверь и спрыгнул вниз.
Повсюду был мрак и сырость. Что-то в дали пискнуло и невидимой тенью растворилось в темноте.
Кристоф обошел вагон и сделал два шага вперед к некой горе, медленно выплывавшей из мрака.
Он замер, разглядывая то, что увидел.
Огромная груда камней преградила путь. Но не это удивило детектива.
А сотни костей, аккуратно разложенные на ней. Будто кто-то их выложил в некоем послании, обращенном к тем, кто придет сюда однажды.
Блэк обошел преграду и нашел еще кое-что, тотем. Языческое сооружение, посвященное неизвестному богу, или может быть богам?
Он был высотой в полтора метра и состоял из трех каменных частей, на которых были вырезаны странные символы, напоминавшие чьи-то лица. Не людей и не животных. Скорее некоего пресмыкающегося.
К камням, составлявшим тотем по бокам, были приделаны железные прутья изображавшие, по-видимому, крылья или множество рук. А на верхней части висело ожерелье из чьих-то клыков.
Блэк снял его и положил себе в карман. Чем-то ему оно понравилось. Может он хотел вынести с собой из всей этой истории что-то, что будет ему напоминать о пережитом. Почему не амулет из чьих-то зубов, найденный где-то в недрах заброшенного метро. Если, конечно, они отсюда вообще выберутся.
Об этом Блэк даже не переживал. Он просто действовал.
Найдя небольшой проход между преградой и их составом он вернулся.
– Идем те. Поворачивать назад вы все равно не захотите. Там груда камней и куча скелетов на них. Раньше, по-видимому, там жило какое-то одичало племя поклоняющиеся каким-то своим богам. Они напомнили мне чем-то скитальцев. Надеюсь, все они давно умерли.
Надия помогла дочке спуститься вниз, и они пошли к проходу.
За ним стоял точно такой же тотем, а дальше шли рельсы, уходившие вглубь тоннеля.
В полном молчании они продолжили путь. Блэк думал снова вернуться к разговору, но решил сделать это в более удобный момент. Его мысли отвлек детский голос.
Ева первый раз спросила маму: