Марина Михайловна стала рисовать на асфальте стрелки.
– Соня, придумывай вопрос о живой природе, будешь стоять у той мусорки, если ответят, укажешь направление. Тоня, на тебе задача на логическое мышление. Ира, ты будешь стоять около клада и задашь вопрос по правописанию. А я буду с ними бегать.
– Марина Михайловна, мы вопросы никогда не придумаем, – заныли Соня и Антонина.
– Можно, я лучше полы помою и посуду? – попросила Ира.
– Ладно, бог с вами. Сама все сделаю, – махнула рукой Марина Михайловна и убежала рисовать стрелочки.
– Мне бы ее энтузиазм и энергию, – сказала Ира.
– Точно, – кивнула Соня.
Дети выбежали во двор и смотрели, что рисует бабуля на асфальте.
– Так, чего стоим без дела? – вернулась запыхавшаяся Марина Михайловна. – Пока я игру готовлю, играйте в «Улицу Пушкина».
– Во что? – не поняли дети.
– Я знаю, – вздохнула Аня.
– Аня, объясни детям правила. Через десять минут будет игра на местности, «бродилки», – дала указания Марина Михайловна.
Дети послушно выстроились в кружок и стали играть в ладошки: «Улица Пушкина, дом Колотушкина, номер дома скажешь ты…» Дальше шло число, и на кого это число выпадало, должен был ударить по руке стоящего рядом. Выбитый выходил.
– Ой, – воскликнула Антонина, – а мы играли в «Лебедя». Давайте я с вами.
Когда мимо забора проходили соседи – Кирюша с родителями, Соня, Ира и Антонина с детьми стояли в кругу, дружно и по-пьяному задорно кричали: «Летел лебедь по синему небу, читал газету под номером…» Ира не рассчитала силы и долбанула по ладони Витю. Витя стал трясти рукой и говорить, что «нечестно». Он так и не смог выиграть у Ани в карты и новым поражением был потрясен. Тася тоже играла, только все время задавала вопросы: «А почему лебедь? А какую газету он читал? А почему по синему небу?» Соня поддавалась, зато Антонина играла по-честному. Она и победила, за что Ира немедленно предложила выпить, закусив призовой шоколадкой.
Кирюша попросился играть с детьми. Наташа, сообразив на лице улыбку, зашла с сыном. Слава мялся у калитки.
– Слава, идите, кофейку нальем! – крикнула ему Ира и привычно постучала пальцами по шее.
Все уже были в той стадии опьянения, когда гостей встречают с искренней радостью.
Расселись на веранде. Марина Михайловна повела детей играть в «бродилки». Кирюша убежал со всеми.
– А вы уверены, что все будет в порядке? – напряженно поинтересовалась Наташа.
– Да, конечно, они же с Мариной Михайловной. Наташа, вы что будете? – спросила Ира.
– Я не пью, – ответила Наташа. – А вы давно знаете эту Марину Михайловну? Она мне не нравится. Мне кажется, она очень грубо обращается с детьми.
– У Марины Михайловны огромный педагогический стаж, – сказала Соня и напряглась.
– Так, Слава, вам что? Коньяк? Скажите, когда «стоп», – говорила Ира.
Слава сказал «стоп», когда Ира налила полстакана.
– А где вы сегодня обедали? Мясо на рынке купили? И вы доверяете местным продавцам? – причитала Наташа. – Мне кажется, это небезопасно. Неизвестно, какое мясо они продают. Я вообще Кирюше разрешаю здесь есть только картошку и хлеб.
– Наташа, перестань, – ласково попросил ее муж. – Все нормально.
– Ну не знаю, – возмутилась та.
– Пельмешков будете? – спросила Ира Вячеслава.
– Буду, – ответил он.
– Я тебя потом лечить не собираюсь, – вскинулась Наташа.
– Слав, а вы нам гвоздь не забьете? Там вешалка оторвалась, – попросила Ира и подмигнула.
Вячеслав тут же все понял. Он пойдет в дом и там сможет поесть пельменей. Ира увела его, рассказывая про мифическую вешалку.
– Вот у мужа есть сын от первого брака, – тут же открыла рот Наташа. – Он и руку ломал, и ногу, и травился. А все потому, что его мать совсем за ним не следила. У самого Славика тоже – то давление, то сердце.
– Да кто сейчас здоровый? С такой экологией… – сказала Антонина.
– Это вы правы. Вот мама Славика, моя свекровь, ничего такого не ест. Мы ей и лекарства дорогие привозим, и все у нее парное, свеженькое. А все равно болеет. То одно, то другое. Хорошо еще сегодня дождь пошел, а то Кирюша постоянно в море лезет. А вода холодная. Я ему не разрешаю купаться. Ой, пойду посмотрю, как там муж.
Наташа подскочила и побежала в дом.
– Дура, – заключила Соня, – клиническая.
– Да ладно тебе, она еще молодая, – заметила Антонина.
– Я же тебя просила не пить. Ведь просила же, – доносился из дома голос Наташи.
Все опять собрались на веранде. Наташа сидела с напряженным лицом. Открыли еще одну бутылку коньяка. Вячеслав явно повеселел. Обсуждали погоду.
Прибежали разгоряченные дети.
– Так, быстро мыть руки! – вбежала в калитку Марина Михайловна.
– Кирюша, я же тебе запрещала бегать, – тут же подскочила Наташа. – Ты весь мокрый, простудишься.
– Мама, а Марина Михайловна специально задавала вопросы, на которые я не мог ответить, – пожаловался Кирюша.
– Конечно, не мог, – как ни в чем не бывало отозвалась Марина Михайловна. – Он же ничего не знает. Я вообще не понимаю, как с таким уровнем подготовки вы прошли собеседование в школе.
– Мы занимались на подготовительных курсах! За деньги! – обиженно заявила Наташа.
– Деточка, вы можете сколько угодно заплатить, но образование идет из семьи. Вот вы когда в последний раз книгу в руку брали? Вот то-то и оно! – подняла палец Марина Михайловна и зашла в дом. – Да, – выглянула она, – ответьте на вопрос: сколько в слове «яблоко» звуков?
– Я не собираюсь отвечать на ваши дурацкие вопросы! – возмутилась Наташа.
– Вот и Кирюша ваш так отвечает. Наплачетесь вы еще в школе. И набегаетесь.