Подобрала её такая же девчонка, как она…
Ей жизнь вернули, но она ослепла,
И мысль сверлила мозг не раз тогда:
«Ах, лучше б моего не отыскали тела,
Чем жизнь влачить теперь без глаз.
Кому нужна я? Мать с отцом погибли,
Слепую станет кто ль заботой окружать?» —
Ночами думала она – «Зачем живу я?
Неужто для того, чтоб есть да спать?».
Ещё припомнилось, как шёл за годом год,
Война закончилась, жизнь мирная настала.
Отца ей заменил родной народ,
Страна родная матерью ей стала.
Как полюбила жизнь она опять
И постепенно снова веселела,
Как снова захотелось жить —
Не только есть да спать —
Ей быть полезной захотелось.
Как перед нею встал вопрос, перед слепою:
За что ей можно без опаски взяться,
И как решение пришло само собою:
Народу песней помогать за жизнь сражаться.
И вот она на сцене, вот она поёт —
Натура сильная невзгоды победила,
Для дорогих поёт и близких для неё
Людей, которых сердцем полюбила.
Всё это вспомнила она тогда,
Под крики одобрения из зала.
Аплодисментами она была горда.
«Я счастлива», – её уста шептали.
Я видел как лицо её тогда светилось
Улыбкой счастья, и тогда я понял всё:
Она не только за себя тогда гордилась,
Она гордилась за Отечество своё!
1949
Баллада о неизвестном герое
Вокруг тишина, зеленеет трава,
Пушистым ковром покрывая могилу.
На камне надгробном чернеют слова,
Насеченные зубилом:
«Погиб на посту, как герой. Неизвестный.
Сражался как воин, и умер он честно.
Он был партизан, воевал с немчурой.
Так славься в веках, неизвестный герой!».
Вот всё, что прочтёшь, побывав у берёзы,
Взглянувши на памятный камень…
Какие ж, однако, гремели здесь грозы,
Навек угасившие пламя
В геройской груди? И на этот вопрос
Найдёшь молчаливый ответ,
В ста метрах увидевши насыпь, откос,
Железнодорожный кювет.
Колёса в земле под откосом крутым,
Вагонные ржавые рамы,
И в них – исковерканные болты —
Следы разыгравшейся драмы.
Во мраке туманном, ночною порой
Порывом героя единым
Немецкий состав и наш русский герой
В неравный сошлись поединок.
Со скрежетом страшным подпрыгнул состав
И рухнул, гремя, под откос;
На дыбы в предсмертной агонии встав,
Зарылся в песок паровоз,
И стих, изрыгнувши огнём и водой.
Состав был сражён, но погиб и герой…
Ушёл, не оставивши имени нам.
Что ж, он нам известен по славным делам!
Он умер достойно, и он не забыт:
Подходит к могилке широкая стёжка.
И свежий венок на могиле лежит,
И в нём – его кепка и ложка…
Так спи же спокойно, наш доблестный воин!
Твой труд не пропал, и родной твой народ
Поёт тебе славу – её ты достоин!
Славу навеки он в песнях поёт.
1951
Воспоминания о доме
Свисток – и покатился поезд,
Проплыл вокзал наш за окном;