– Здесь кто-то есть. Я слышу…
Черт побери! Значит, ее страсть не столь сильна. Он вновь сжал ее в объятиях и стал размышлять о других возможностях удовлетворить свое желание. Он сойдет с ума, если остановится на полпути. Он страстно желал ее, а она не отвечала ему столь же страстным желанием, так что вывод напрашивался однозначный.
– Пойдемте ко мне домой, – прошептал он между поцелуями, сдвигая края ненавистной маски. – Вы выйдете первой, а я последую за вами и отведу вас туда. Мы будем одни, выпьем шампанского… – И упьемся страстью. Медленно. До конца. Невообразимо смакуя каждый глоток.
– Меня не должны с вами видеть, – с трудом проговорила незнакомка сквозь вздохи и сдерживаемые вскрики.
Скорее всего она замужем. Супруга, уставшая от скучного сидения дома, пока ее благоверный проматывает деньги в клубе. Габриэль прекрасно знал таких жен.
– Есть какое-нибудь другое место? – спросила она. – Где-нибудь в другом районе, не в Мейфэре?
Ее согласие помогло ему сконцентрироваться. Он обязан найти решение.
– Мы могли бы встретиться завтра вечером в доме моего брата. Неподалеку от Сити. Никого, кроме вас и меня.
Конечно, наслаждение не очень хотелось откладывать, но выхода не оставалось…
Она решительно и смело его поцеловала, так крепко, что он забыл, о чем говорил, и принялся ласкать ее бедра.
– Где его дом? – спросила Аманда. – Вы уверены, что там я буду в безопасности?
– На той улице никто ничего не замечает. Дом недалеко от Британского музея.
Он погладил ее ягодицы и еще сильнее сжал бедра. Тепло объятий и близости принесло некоторое облегчение, но подхлестнуло желание.
– Вы придете ко мне завтра?
Аманда попыталась сделать так, чтобы внизу их тела не соприкасались.
– Боюсь, вы слишком многого от меня ждете.
Не слишком много, а слишком быстро. Обычная ошибка зеленого юнца, но он не зеленый юнец. Он попытался разыграть безразличие.
– Мы просто выпьем шампанского и побеседуем. Один поцелуй, вот и все. Без всяких объятий и ласк.
Какой обман! Она сдастся ему после первого же поцелуя.
Она обхватила его плечи и взглянула ему прямо в глаза.
– Но как я войду?
Ага, победа!
– Через парадную дверь, разумеется.
Она покачала головой.
– Вы не представляете, чем я рискую. Оставьте открытой садовую калитку.
– Если хотите, можете залезть в окно.
Аманда не засмеялась, не произнесла ни слова и даже не пошевелилась.
– Обещаю, садовая калитка будет открыта.
Он попытался еще раз поцеловать девушку, на сей раз чтобы успокоить.
– Итак, мы встретимся?
– Только не завтра. Послезавтра вечером.
– В любой из вечеров, когда пожелаете, но без всяких маскарадных костюмов и масок.
– Тогда я не могу…
– Можете полностью мне довериться. Я не буду зажигать лампы и разводить огонь в камине. Идет?
Она продолжала сжимать его плечи. Он чувствовал, как напряженно она думает.
– Где находится этот дом?
– На Бейнбридж-стрит. – Он назвал номер дома. – Послезавтра вечером. В десять часов. Обещайте, что придете.
Она высвободилась из его объятий.
– Постараюсь. А сейчас мне надо идти. Я и так слишком задержалась.
– Значит, через две ночи мы встретимся снова. Я буду ждать.
Она отвернулась.
– Подождите. Как вас зовут? – спросил он.
Она оглянулась, бросила на него прощальный взгляд и побежала по садовой тропинке.
Глава 4
Аманда сложила руки на коленях и дружелюбно улыбнулась. Она сидела на диване в доме на Бедфорд-сквер. Подле нее полукругом расселись еще шесть женщин. И не сводили с нее глаз.
Светская беседа была в разгаре, однако вовсе не для болтовни они встретились. Они встретились ради Аманды Уэверли. И она не знала почему.
Горничная принесла небольшие пирожные, чай, кофе, херес и, если Аманда не ошибалась, виски. Пока этот напиток позволила себе только леди Фарнсуорт, причем дважды.
Дама, которую Аманда до той поры не видела, леди Грейс, протянула руку за пирожным. Темноволосая голубоглазая красавица с белоснежной кожей, наделенная от природы тонкой изящной фигурой, позволявшей ей без особых опасений злоупотреблять сластями.
Леди Грейс хранила молчание, так же как и еще две незнакомые Аманде дамы. Миссис Далтон – тучная женщина с копной бесцветных волос, респектабельно, но без шика одетая, внимательно следила за беседой. Еще одна дама, миссис Кларк, происхождения явно пониже остальных, взирала на происходящее широко раскрытыми глазами – очень внимательно, но и с нескрываемой робостью.
Прямо напротив Аманды, не сводя с нее пристального взгляда, сидела герцогиня Страттон. Та самая патронесса журнала, о которой говорила леди Фарнсуорт.