–– А, это ты, амиго. Снова в наших краях. Решил сменять снега своей далёкой родины на нашу жару? Оставайся. Подыщем тебе сеньориту с чёрными, как безлунная ночь в пампе, глазами. Отец Альфонсо обвенчает вас. Нет? Не хочешь? Любишь другую… Хочешь быть с ней вместе всегда. О, старик прекрасно понимает это желание. Да, вот, наши желания – идут ли они от сердца? Или мы просто внушаем себе их. Не знаю.
Когда то давно, когда я был крепким, красивым парнем – а не дряхлой развалиной, в нашем городке жил Энрико Рохас. Смелый и красивый, настоящий каважьеро. Когда , на своём вороном коне, он проезжал по улицам городка сердца очень многих сеньорит стучали в такт копытам его коня. Из каждого окна ему распускались, как розы, улыбки прекрасных девушек. Но он лишь холодно улыбался в ответ. В его душе жила всего лишь одна улыбка. Улыбка Корасон Вальдано.
Они давно любили друг друга. Но не могли быть вместе. Их семьи враждовали. Когда то старый Рохас ударил ножом в глупой драке отца Корасон. Мануэль Вальдано выжил. Но не простил обиды. И в одну осеннюю ночь в окно дома Рохасов влетела пуля. Никто не знал из чьего ствола. Эта пуля ударила в грудь юной сестры Энрико. Девушка погибла сразу. Старый Рохас взял древнюю винтовку и поехал к дому Вальдано. Но по пути конь сбросил его. Старик разбился насмерть. Люди говорили , что эта месть была неугодна небу. Но семьи Вальдано и Рохасов так и не помирились.
Нет, амиго, они не могли уехать. Мать Корасон умерла – и некому было присматривать за младшими братьями. Отец пил и совсем забросил дом. Всё держалось на ней. Энрико оставалось только бессильно скрипеть зубами от боли в порванной душе, когда он проезжал мимо её дома и видел тень любимой в окне. Иногда ей удавалось ускользнуть из дома- и тогда окраина нашего убого городка превращалась для них в райский сад.
Звучала чудная музыка, и ветер из пампы приносил одуряющий запах цветов. Горячие, как южное солнце, губы любимой.. Шёлк её длинных волос. Шёпот, самого прекрасного голоса в мире, произносивший его имя.. А потом . Потом она убегала домой. И Энрико долго сидел , обхватив руками колени, и вглядываясь в ночное небо. Но небо молчало. Иногда плача падающими звездами. Небо видело и не такое. Ему было всё равно..
Он набрался наглости и пошел просить её руки. Ему повезло , что старый Вальдано был , как обычно сильно , пьян. Трясущиеся руки не смогли удержать прицел – и пуля лишь сбила шляпу с головы Энрико. Он только вздохнул горько и вышел из дома, где жила его душа. Энрико постоянно думал о любимой. Он перебирал множество вариантов, но все было тщетно. Злость туманила его голову. И виноградная водка лишь разжигала костер этой злости. Он думал уйти в Анды к « пистольерос» и окончить неудавшуюся жизнь среди бандитов и убийц. Но тогда он не увидит её, не услышит её голоса… Он просто сходил с ума.
Осенним хмурым днём он всё же решился на уход. Пьяный и злой – он сел на коня и взяв отцовскую винтовку и острый нож. Конь хрипел и упирался, но Рохас был упрям и зол. Он сломил сопротивление коня и поскакал по , залитой дождем улице, в горы. На развилке дороги его конь чуть не сшиб фигуру в темном плаще и широкой серой шляпе. « Прочь с дороги! Жалкий бродяга!» -крикнул Энрико. Бродяга поднял надвинутую шляпу и улыбнулся…
В неясном свете осеннего вечера блеснули ледяные глаза Хозяина Ветров. Из придорожных кустов раздался протяжный рык Чёрной Тени. Огромная пантера отряхнулась от капель дождя и оскалила зубы. Испуганный конь Рохаса встал на дыбы и Энрико полетел лицом в грязь. Он поднял голову. На придорожном камне сидел , совершенно сухой среди струй дождя, Хозяин Ветров . В лицо Энрико смотрели бездонные , как ледяные пропасти в Андах, глаза повелителя стихий. Хозяин Ветров негромко заговорил, и сразу утих осенний ветер и дождь, как нашкодивший школьник, юркнул в тень…
–– « Значит к пистольеро? В Анды? Красиво подохнуть от пуль полиции или « охотников за головами»? А перед этим вволю погулять и пролить кровушки? Жалкое зрелище. Ты мне там не нужен. Я открою тебе одну вещь. Когда ты родился – с неба падали звезды в колодец времени. Я увидел в черной воде колодца твое лицо. Ты можешь многое – тебе многое дадено. Если ты уйдешь к бандитам – горы содрогнутся от ужаса, который ты устроишь в мире людей. Я не позволю этого, я обязан хранить покой вечных Анд. Я сохраню его …Любой ценой.
Я знаю – чего ты хочешь. Ночные ветры приносили к моему трону твой крик. Поверь, я бы отдал эту девчонку тебе – но я не властен над людскими душами. И всё же – я помогу тебе. Я укажу тебе путь к роднику желаний. Кто выпьет воды из него и, опустив руки в ледяную воду, произнесет вслух желание – тот получит все, что просил. Всё! Но… Только то, чего он действительно хочет. А не то, что ему кажется. Ты не боишься, человек?
Когда то давно, я оказался на берегу этого ручья. Я был поэтом, которого никто не знал. И я попросил у ручья – славы и поклонниц, признания и денег. А стал… Ты видишь – кем я стал. Моё человеческое сердце лежит на золотом подносе в глубине пещеры, а в груди лёд из древних Анд. Так ,что ты можешь получить совсем не то, чего просишь. Ты пойдешь к ручью – или заливать свое горе водкой? К « пистольерос» мы с Чёрной Тенью тебя не пустим никогда…»
Рохас упрямо усмехнулся и сказал –« Показывай дорогу, колдун. Я не боюсь уже ничего и никого». Хозяин Ветров подвел его к узенькой тропинке, петляющей среди огромных валунов. « Там твой путь» – сказал он Энрико на прощание. Чёрная Тень незлобно рыкнула и исчезла вслед за Хозяином в серой пелене, вновь пошедшего, дождя. Энрико Рохас пошел по петляющей тропе искать своё счастье…
Никто, кроме кондора в небе, не знает – сколько длился его путь. Он срывался в пропасть и цепляясь ладонями, на которых была содрана кожа, за камни упрямо шептал « я дойду до ручья».. Он замерзал по ночам от холода , что выходил из седых Анд. Он страдал от голода и жажды. Но он не сдавался. Он шёл. И вот, когда он увидел небольшой родник, над которым висело радужное сияние – путь ему преградила огромная пума с оскаленной пастью..
Рёв и хрип. Блеск ножа Энрико и желтые клыки пумы. Мир крутился перед глазами. Удар когтистой лапы, разорвавший кожу на лице и ответный удар ножа в вздувающийся от дыхания бок зверя. Клыки пумы, рвущие его ногу и отточенная сталь по горлу кошки. Визг, переходящий в хрип. Мир пульсировал в такт дыханию. Его дыханию… Кошка валялась дохлой в луже своей и его крови…
Истекая кровью, он подошел к ручью и упал на колени. Энрико опустил израненные руки в ледяную воду и крикнул – « Ручей! Исполни наши желания – моё и моей любимой Корасон!» Сияние вспыхнуло ярким фонтаном огня. Стоявший в тени дерева Хозяин Ветров скрипнул зубами и сказал Чёрной Тени, обнюхивавшей труп пумы, – « Глупец! Самонадеянный глупец! Зачем он попросил исполнить её желание. Он же совсем не знает – чего хочет бедная девочка! Что же он натворил!» …Черная Тень жалобно рыкнула.
….. Да, амиго. Из души Энрико Рохаса ушло все зло. Там поселилась любовь. Та всепрощающая и всемогущая любовь. А Корасон? Когда он подошел к её дому – из её окна вылетела серая птичка с белой грудью. Она кружилась над Энрико и весело пела. Бедная, измученная жизнью девушка мечтала стать свободной птицей – и ручей выполнил её желание. Он подарил ей небо и свободу. Он избавил её от хлопот и трудов… Птичка радостно щебетала, что то в помертвевшее лицо Энрико Рохаса..
Что стало дальше с Энрико? Знаешь, амиго, пойди к нашему священнику отцу Альфонсо и спроси – как его звали до принятия сана. Спроси у святого отца – откуда у него шрамы на лице.. Спроси его – как зовут ту птичку, что постоянно кружит и щебечет над ним… Спроси его сам.
А потом, вечером , ты придешь ко мне снова. Я налью тебе старого выдержанного вина и под « малагуэну», которую будет петь певица, приехавшая давным –давно из твоей страны, ты будешь сидеть и думать. Думать, глядя на вечные Анды. Думать о том ,чего действительно хочешь ты и чего хочет твоя любимая. И если найдёшь ответ – пожалуйста, скажи об этом старику. Только я знаю – ты уйдёшь из моего бара, молча…просто кивнув мне головой на прощание…
Любовь ветра
Здравствуй, амиго. Прикрой плотнее дверь бара. Сегодня вечером будет буря. Откуда я знаю? Посмотри в окно, видишь – между тех двух вершин пляшет на месте черное облако? У Хозяина Ветров сегодня плохое настроение. Не знаю почему. Мало ли..Может духи гор приготовили невкусный ужин своему повелителю Хозяину Ветров, может, не разложился пасьянс судьбы того, кто ему сейчас нужен. А может быть снова, кто – то из ветров влюбился…
Ты не слышал эту историю? Тогда я заварю нам крепкого матэ и достану из погреба бутылочку старого доброго коньяка. Мы сядем у окна и будем смотреть на черные тучи над белыми Андами и на потоки холодного злого дождя. Вряд ли кто – то придёт в мой бар сегодня. Местные все будут сидеть дома. И даже пумы в горах забьются поглубже в пещеры. Только Черная Тень будет, как котенок, радоваться буре. Она будет носиться по горным дорогам, гоняясь за ветром и будет бить себя черным хвостом по блестящим черным бокам.
Эта история произошла давно. Мне рассказывал её отец , сидя на пороге нашего дома. Я и сейчас вижу его согнутую от тяжелой работы спину и добрую усталую улыбку. Он приходил поздно вечером с рудника и ел скудный ужин. Потом он набивал в старую трубку ароматный табак и садился на порог своего дома. Он смотрел в небо над Андами и курил. Мать гладила его седую голову и тайком вытирала передником слёзы. Отдохнув, он рассказывал мне , мальчишке, очередную историю. В тот день тоже плясало черное облако между вершин. И отец рассказал мне историю про любовь Западного Ветра…
… Не знаю, сколько лет было Западному Ветру. Над ветрами не властно время. Пока есть солнце и горы – всегда будет ветер. Западный Ветер всегда отличался от других ветров. Ему было интересно среди людей. Часто он забывал свою работу и, превратившись в бедного каважьеро, бродил по улицам городов. Он пил вино из мендосы в маленьких кабачках и танцевал танго с огненными красавицами. Но силы его волшебства хватало лишь на несколько часов, и он снова становился ветром. И засыпая в ветвях деревьев , Западный Ветер ждал следующего вечера, что бы снова на несколько часов стать молодым и горячим парнем.
Хозяин Ветров часто ругал своего непутёвого слугу. Западный забывал свои обязанности, и жара над пампой становилась невыносимой. Высыхали пастбища и коровы падали от голода. Тогда Хозяин Ветров посылал духов гор, и они волокли за шкирку гуляку. Получив нагоняй, Западный Ветер начинал свою работу. Он гнал тучи, мирно спавшие на груди у седых Анд, и над пампой шел живительный, прохладный дождь. Измученные люди стирали с лиц усталость и горе и славили Хозяина Ветров. Пампа вновь становилась зеленой и дающей жизнь.
Хозяин Ветров не знал, что делать с Западным. Он приковывал его цепью из горных туманов к седым скалам. Но ветер пел песни о гордом сердце криожьё и сладких губах, прекрасных как юная роза, сеньорит. Он пел о свободе, что живет на спине коня, скачущего по пампе навстречу рассвету. Он пел о том, что мужская дружба крепче клинка из золингеновской стали… и Хозяин Ветров отпускал его снова. Он не мог слушать эти песни. Хозяин Ветров хранил свое человеческое сердце на золотом подносе в ледяной пещере своего ущелья. А когда оно слышало эти песни – оно начинало болеть. И эта забытая боль не нравилась Хозяину Ветров.
.. и снова Западный Ветер в расшитом серебром костюме шел по улицам городов, заглядывая в глаза встречных сеньорит. По вечерам он играл на гитаре под окнами очередной красавицы. И блестящие, черные глаза, сквозь полуоткрытую занавеску, смотрели восхищенно и преданно на каважьеро, поющего танго. Но он был ветром и исчезал, растворяясь в тишине ночных улиц, оставляя очередную красотку в слезах.
И вот однажды, в окне маленького домика на рабочей окраине города, Западный увидел серо-голубые, как небо далёкого севера, глаза. Ветер понял – он пропал. Эти глаза поймали его навеки. На следующий день он пришел к ней в дом. Небогатая, уставшая от работы на фабрике, девушка удивленно встретила неожиданного гостя, постучавшего ей в окно. Она угостила его стаканом дешевого кислого вина, что пили её отец и братья. Он познакомился с её семьёй. Он попросил разрешения у отца девушки на прогулки с его дочерью. Он подарил её матери букет ярко – алых роз. И поклялся, что не причинит её дочери ничего плохого. Он угостил её братьев чудесным вином из подвалов Мендосы. Семья не стала возражать против нового друга их любимой Марии…
Ему пора было снова становиться ветром. Он вежливо попрощался со всеми и исчез, выйдя за порог их нищего дома. В эту ночь он сидел невидимый на подоконнике её окна и сыпал ей в комнату лепестки цветущей сакуры, которую он сорвал в саду японского императора. Он тихонько пел спящей мелодии далекой северной страны, где вечные снега заморозили лица людей, но не смогли заморозить их души. А потом он охранял её сон, словно преданный пёс. Он гнал кошмары, что черными тенями ползли по стенам, и помогал добрым снам войти в её комнату. Ему так нравилось, когда она улыбалась во сне.
Они любили друг друга. Западный Ветер больше не пропадал в кабаках среди табачного дыма и любви на час. Он показывал ей – как красива пампа и дарил цветы с недоступных склонов Анд. Он пел свои песни теперь только для неё. Как она улыбалась ему! Но он был ветром. И приходилось снова исчезать, оставляя Марию задумчивой и грустной. Семья девушки поставила вопрос ребром. Или он женится на Марии – или он должен исчезнуть из их жизни. Он только молча кивнул головой.
…Молнии били из черного неба в дрожащую землю. В ущелье Хозяина Ветров плясали по стенам кривляющиеся тени и черный туман , ядовитой змеёй, полз по каменному полу. Хозяин сидел на каменном троне и презрительно смотрел в лицо Западному Ветру –
– Ты просто дурак! Иди отсюда, будем считать, что я не слышал твоих слов!
– Я никуда не уйду, повелитель. Дай мне возможность быть человеком. Я люблю её! Если ты не позволишь нам быть вместе – я завалю твое ущелье камнями и грязью! Я поверну воды рек вспять и разбужу Анды. А ты знаешь, что бывает, когда они просыпаются…
– Ихо дель пута! – выругался Хозяин Ветров – Ты посмел угрожать мне?!
Из темных щелей пещеры и грязных нор полезли духи гор. Они вывернули руки Западного Ветра и бросили его на колени перед повелителем. Хозяин Ветров поднял свой золотой посох…И тогда Западный запел. Он запел о вечной любви и боли разлуки с любимой. Он пел о душах , что ищут друг друга сквозь тысячи километров и тысячи лет. Он пел, и из глаз Западного ветра катились человеческие слёзы. Они падали на гранитный пол пещеры и прожигали его насквозь. Где то вдали раздался тихий звон золотого подноса, на котором билось человеческое сердце Хозяина Ветров…
Хозяин Ветров устало опустился в свое каменное кресло. Он убрал посох и махнул рукой духам гор, что бы те отпустили Западного. Потирая болевшие виски, Хозяин тихо сказал Западному Ветру –
– Ты дурак…Ты отказываешься от вечной жизни ради химеры любви. Это ведь только миг. Пусть ослепительный, яркий – но миг. Она постареет, её лицо съедят морщины и её тело не будет молодым и прекрасным…
– Мне все равно – так же тихо ответил Западный Ветер – Я люблю её. До нашего последнего вздоха она будет для меня самой прекрасной и желанной женщиной на свете. И пусть лучше миг вдвоём – чем вечность в одиночку.
– Какой же ты дурак. – прошептал Хозяин Ветров- тебе придётся гнуть спину, что б добыть вам еду. Тебя будут грызть болезни и людская несправедливость. И однажды – ты почувствуешь холодные шаги смерти. А я ведь не смогу помочь тебе. Я не Бог и не властен над душами. Я могу только выполнить сокровенные желания этих душ. Но я не в силах нарушать волю неба…
– Я сделал свой выбор, повелитель – Западный Ветер упрямо вскинул голову
– Да будет так. – кивнул Хозяин Ветров- ты станешь человеком. Я даже дам тебе немного денег на первое время. Но это всё. Дальше ты сам будешь заботиться о своей Марии и о ваших детях. Они у вас будут…Я умею видеть сквозь время. А на твое место я возьму человека из портового города. Он смотрит каждую ночь в лунное небо и хочет уйти по лунной дороге. Он одинок и он будет хорошим ветром. Он так любит дождь. Вот и пусть гонит тучи со склонов Анд на пампу. Иди, человек.
Хозяин ветров хлопнул в ладони и раздался протяжный гром. Когда он затих, бывший западный ветер стоял на жаркой, прокалённой улочке маленького городка, где жила его любовь. В кармане потертого костюма лежала тоненькая пачка денег и документы, за спиной висела треснувшая гитара. Он засмеялся и широким шагом пошел к домику, где ждала его Мария. Он пел веселую песню гаучо с дальних пастбищ и люди удивленно смотрели на парня весело поющего в эту немилосердную жару…
…. Вот такая история ,амиго. Мне рассказал её мой отец. Я тогда , в тот тихий вечер , не придал значения словам моей мамы. А она положила голову на плечо отца и тихо – тихо прошептала – « Спасибо тебе за всё. Мой любимый и нежный западный ветер».
На старом кладбище нашего города стоит гранитный крест . На нём выбиты имена – Хоакин и Мария Хименес. На нём разные даты рождения, но одна дата смерти. Да, амиго, они в один и тот же день и час ушли вместе из этого мира. Я и мои семеро братьев будем вечно помнить их историю, и рассказывать людям о верной и преданной любви Западного Ветра.
Любви, которая может всё.
.
Маэстро Мигелито
Здравствуй, амиго. Тебя давно не было в моем баре. А, ты уезжал в свою далёкую северную страну… Понятно. Говорят – у вас там очень холодно и люди никогда не улыбаются? Я тоже думаю – что это враньё. Присаживайся, я угощу тебя настойкой из лепестков горных цветов, что дарят нам весной вечные Анды. Скоро, амиго, ты зайдешь в этот бар – но за стойкой уже не будет меня. И ты вспомнишь мои глупые сказки. Не обращай внимания..Просто я сегодня много думаю о Той, Что Никогда Не Опаздывает.
Видишь – на досках эстрады лежат черные розы? Шесть лет назад , именно на этом месте, я закрыл своей ладонью глаза Мигелито. Кто такой Мигелито? Однажды холодной ночью в мой бар зашел странный человек. В прекрасно пошитом, но потрепанном костюме. За спиной у него висела гитара. Он сел к стойке и сказал « старик, налей мне стакан вина и дай поесть. У меня нет денег – но я сыграю тебе красивую музыку.» Я бы накормил его и так – но пусть играет, если хочет. Он выпил стакан крепкого вина и съел немного хамона. Потом он взял в руки гитару…
Амиго, я не плакал так – даже в детстве. Его гитара пела о чудных цветах утерянного рая и о том, как плачут наши ангелы над нами. Не было больше моего маленького бара – вокруг была только его музыка. Музыка маэстро Мигелито. Когда он закончил играть я долго сидел в оцепенении . он усмехнулся уголком рта и спросил – « ну что ,старик, достоин я играть по вечерам в твоем баре за еду и вино?» и посмотрел мне в глаза.
Последний раз я видел такой взгляд у умирающего орла, с перебитым крылом. Он, беспомощный – но гордый, смотрел в такое далекое небо над Андами и прощался с ним. Такой же взгляд был у Мигелито. Я отдал ему свободную комнату в своем доме. Мигелито усмехнулся и кивнул головой.