– В принципе, можем!
– Тогда звоните Егорову и говорите, что вопрос с начкаром закрыт! На следующем дежурстве будет у него начкар.
– А он справится?
– Гена? Конечно справится, он не один год со стволом в руках. Работал на серьезных пожарах.
– Ну хорошо, пойду тогда Егорова обрадую! А насчет бойца, никаких мыслишек нет?
– С бойцом сложнее…
– Интересно у нас с тобой, Света, получается! Офицера нашли, а бойца – не можем.
– Не можем, и вы лучше меня знаете эту причину.
– Конечно, знаю… Ну не хотят нам зарплату поднимать, не хотят. А вы почему не идете домой? Рабочий день уже полчаса как закончился.
– Я жду Астахова, он должен сейчас подъехать.
– Вон в чем дело. Ну ждите, ждите, а я пойду Егорову звонить.
Когда Астахов появился в дверях, Светлана готовила на него уже новый приказ. Астахов еще не знал, что он не просто возвращается обратно в первый караул, он возвращается туда офицером – начальником караула. По крайней мере, займет эту должность на время отсутствия, по понятным причинам, Севостьянова.
– Разрешите?
– А, Гена, проходи! Я как раз готовлю на тебя приказ.
– Приказ? Светлана, я подумал, что Севостьянов прояснил недоразумение по поводу моего увольнения.
– Ты меня неправильно понял! Я готовлю другой приказ. Приказ о твоей новой должности.
– О должности?
– Гена, – переведя на Астахова взгляд, продолжила Светлана, – ты возвращаешься в восемьдесят вторую часть начальником первого караула! Тебе присвоено звание младшего лейтенанта.
– Лейтенанта? – окончательно протрезвев от этой новости, переспросил Астахов.
– Гена, ты со дня на день получаешь диплом, верно?
– Да.
– Ну вот, тебе и присвоено офицерское звание.
«Стас два часа назад, как в воду глядел, поднимая тост за младшего лейтенанта Астахова», – подумал Геннадий и поинтересовался дальнейшей судьбой Севостьянова:
– А, как же Стас? Что будет с ним?
– На время проверки он отстранен, поэтому караул возглавишь ты! Ну что ты так испугался? Ты опытный боец, работал на серьезных пожарах, спас не один десяток людей, да и сам Севостьянов тебе своей жизнью, если я не ошибаюсь, обязан! Поэтому твоя кандидатура, на начкара больше всех подходит. А как только вернется Севостьянов, перейдешь во второй караул, там Гвоздев капитана получил и ему предлагают возглавить часть. Кстати, как там Стас? Очень переживает?
– Что касается Севостьянова и его жизни, то мы тогда чуть вместе не погибли… А сейчас переживает сильно, но не из-за проверки, а из-за гибели Носова.
– Ну, его уже обратно не вернешь.
– Как мне Севостьянову сказать теперь, что я на его место возвращаюсь.
– Насчет этого не переживай, я сама ему сегодня об этом сообщу, он обещал подъехать.
– Хорошо! Тогда я пока молчу?
– Да. Я удар беру на себя, – ответила Голубева, – ты лучше, Ген, с Егоровым свяжись, сообщи ему о своем выходе.
Все это время в кабинете находилась вторая сотрудница отдела кадров Екатерина, она готовила на сотрудника приказ и стала невольным свидетелем разговора Светланы с Астаховым.
– Света, мне показалось, или ты на Севостьянова глаз положила?
– Показалось!
– Смотри осторожнее, а то поговаривают, что он, тот еще ловелас.
– Врут. Он не такой.
– Не такой? Все они такие подруга… У меня есть знакомая диспетчер, не буду тебе номер части называть, она работает в другом округе. Так вот, эта знакомая, назовем ее, к примеру, Ниной, имела неосторожность принять предложение своего караула, посетить после дежурства баню, чтоб, как ей было сказано, смыть с себя всю копоть прошедшего, далеко не легкого, дежурства.
– И, что? Согласилась она?
– Скажи мне, а ты, как поступила бы в этой ситуации? Согласилась бы?
– Скорее, да, чем нет, а что в этом криминального? Почему нельзя культурно посидеть, пообщаться в неформальной обстановке, попить прохладного пива, в простыне или в купальнике сходить в парную, разумеется отдельно от мужиков! Что в этом такого? Согласилась бы…
– Поначалу все так и было, а после, подруга, я тебе даже и рассказывать не стану. Скажу только так: больше в этой части она не работает. Так что смотри, не наломай дров.
– И что мне делать?
– Поступай так, как подсказывает тебе сердце, а может быть, ум! Выбор за тобой… За тебя никто твою жизнь не проживет – решай сама!
– Это очень тяжелый выбор! Я ночью думаю о нем. Что со мною твориться? Я не понимаю для чего мне все это?
– А для чего вообще на земле рождены мужчина и женщина?
– Для любви!
– Вот ты сама и отвечаешь на свои вопросы.
– Но почему он? Что вокруг меня мало неженатых мужчин? Он, как назло, еще и муж моей подруги. Господи, за что мне это все?
– Такова жизнь, Света, такова жизнь! А сердцу, как ты знаешь, не прикажешь! Помнишь, как в песне: «Парней так много холостых, а я люблю женатого».
Неожиданно в дверь постучали, тук, тук, тук…