Но бил барабанов тревожный бой,
И в горькие ноты осаждённого города
Как ветер надежды врывался гобой…
И белые птицы кружили стаями,
И жизнь начинала иной виток!
И отступали, дробились, таяли
Музыкальные штормы тревог…
М
Музыкальные штормы тревог
Изменяют пространство и время,
Искривляют маршруты дорог
И ломают клише устремлений!
Пассакальи торжественный тон[1 - Знаменитая тема первой части 7-й симфонии была написана Шостаковичем ещё до начала Великой Отечественной войны – в конце 1930-х годов. Это были вариации на неизменную тему в форме пассакальи, по замыслу сходные с «Болеро» Мориса Равеля. Простая безобидная тема, развиваясь на фоне сухого стука малого барабана, в конце концов вырастает в ней в страшный символ подавления.]
Начинает скупое движенье…
То ли стих, то ли марш, то ли стон,
То ли просто его отраженье!
На весах-коромысле качается звук,
Отмеряя то радость, то горе… и
Начинается гулкий смятенный стук —
Шелест дождя на холодном ветру истории…
Ш
Шелест дождя на холодном ветру истории,
Песня кукушки, беспокойство, шум бурь…
И в гимнах этой странной лесной оратории
Проступает неведомый, неземной сумбур[2 - 28 января 1936 года в газете «Правда» была напечатана редакционная статья «Сумбур вместо музыки», в которой была подвергнута резкой критике опера Шостаковича «Леди Макбет Мценского уезда».]…
Уже не мелодия, но её превышение —
Выход за пределы восьми октав!
Почти невозможное произведение,
Где звуки взрываются, музыкой смерть поправ!
И вот тогда начинается новая эра!
И Ной-Композитор спускает плот
Во вселенский хаос, где наша земная сфера
Открывает созвучия первородных бунтующих нот!
О
Открывает созвучия первородных бунтующих нот
Пианист – пилигрим по иным мирам,
Где гармония держит хрустальный свод,
Под которым стоит колокольный храм!
Где с амвона для паствы звучат стихи!
Где теряют все смыслы и низ, и верх!
Где Вергилий ведёт на свои круги
По тернистым путям музыкальных вер!
Где привычные ритмы идут на слом!
Где пурга рассыпается в снег сонетом!
Где сонатою грозной рокочет гром!
ȅ
Стирается грань между звуком и светом!
С
Стирается грань между звуком и светом!
Космический поднят шлюз!
Сегодня молитвой, псалмом, заветом
Звучит планетарный блюз!
Сегодня в аллегро играют птицы!
В адажио – гул песка!
Сегодня уйдёт за разрыв страницы
Отчаянье, боль, тоска!
Сегодня поэт, музыкант, искатель
Счастливый идёт домой…
И в ломкой рапсодии лунных капель
Тремоло метелей дрожит над Невой…
Т
Тремоло метелей дрожит над Невой!
Вода разбивает лёд!
И где-то там, за седой волной,
Вскрывается древний код!
Вскрывается белый солярный шум,
Сдувающий облака!
И флейта неба тревожит ум
Из дальнего далека…
И сочинитель набатных строф
Звенящие ставит меты…
Поверх барьеров и катастроф
Аккорды буранов сметают планету!
А
Аккорды буранов сметают планету!
Вьюжит колокольный стон!
Звонарь всю культуру зовёт к ответу