Энциклопедия всенародной глупости
Михаил Николаевич Задорнов

<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 20 >>

Кстати, я учился в школе в Риге, и вот недавно рижские журналисты провели опрос, чтобы узнать, кто учился с Задорновым в одном классе.

Оказалось – 2503 человека.

И это только те, которые сидели со мной за одной партой. Не парта, а набережная Москва-реки какая-то…

Смотрю я на эту женщину и думаю: боже мой, неужели и я в глазах одноклассников так же выгляжу? Я себя в зеркало каждый день вижу, а её-то – нет. Она вдруг говорит:

– Ты рубль у меня украл в первом классе.

Нормально? Злопамятная баба какая! Проценты, что ли, решила получить с тех пор?

***

Мне пришлось всё-таки для узкого круга отметить свой юбилей. Один человек в сердцах высказал мне такое пожелание, после которого я завис конкретно:

– Чтобы тебя всегда окружали, Миша, такие же люди, как ты сам.

Но уж я-то себя знаю! Поэтому спрашиваю:

– Это пожелание или проклятие?

***

Давным-давно в затянувшейся молодости я тоже звездил. Популярность пришла ко мне поздно. Но от этого, так же как от наркотиков, башню сносит в любом возрасте. Недаром есть современное слово «звезданутый». Меня вовремя приземлил один пожилой гаишник на Рублёвке.

В начале 90-х мы ехали из Подмосковья в Москву на моей машине с писателем Василием Аксёновым. Аксёнов не знал ничего о моей популярности. Он несколько лет прожил в Америке. Меня помнил по Дому творчества писателей в Коктебеле как сына известного советского писателя Николая Задорнова. Я из последних сил сдерживался, чтобы не похвастаться, кем я стал за последние годы. Полноценной звездой!

Нашу машину остановил гаишник с лицом типичного советского милиционера, из которого перестройка выбила главную основу жизни – марксистско-ленинское мировоззрение.

«Сейчас Василий удивится, когда увидит, что мент узнает меня и попросит автограф», – подумал я и высунулся из окошка как можно заметнее для гаишника. Но гаишник посмотрел на меня как учёный-зоолог на обыкновенную дрозофилу:

– Вы что мне своё лицо выставляете? Мне документы нужны. Пожалуйста, предоставьте документы.

Я настойчивее повертел лицом в разные стороны. Не узнал в фас, может, признает в профиль. Профиль у меня запоминающийся. На флюгер похож.

– Что вы вертитесь? Документы давайте!

Надо же, совсем деревянный попался. Придётся намекнуть:

– Может, вам билеты на концерт прислать? Юмор-то любите?

Гаишник сначала не решался, но потом всё-таки не смог сдержаться и выдал совершенно искренне и громко, чтобы все слышали, в том числе и Аксёнов:

– Думаете, я вас не узнал? Узнал! Просто я вас терпеть не могу! Такие, как вы, страну развалили!

С тех пор, как только мне хочется снова хоть немного позвездить, шикануть лицом-брендом, почувствовать себя ВИП-персоной, гламурным эксклюзивом, я вспоминаю этого гаишника, и его незабываемое лицо каждый раз возвращает меня к реальности!

За этого гаишника я до сих пор иногда молюсь.

***

У меня в Испании гид был из местных. Есть, конечно, и русские экскурсоводы очень хорошие. Но я же для них – популярный человек, и они, вместо того чтобы рассказывать, начинают задавать вопросы: «А как там Пугачёва с Галкиным?» Откуда я знаю! Я хочу Париж посмотреть. Я вообще молодожёнами не интересуюсь. Или: «Кто отец у дочери Киркорова?» Поэтому я взял в экскурсоводы испанца.

Поначалу мы с ним нормально ходили – Альгамбра, Севилья – здорово! Но постепенно он начал напрягаться, потому что заметил: как только русские туристы меня видят, начинают шушукаться, потихоньку бегут ко мне и начинают со мной фотографироваться. Он завис конкретно.

Думает: это что же за пожомканный плейбой такой? Не выдержал, спросил. Я дал адрес сайта. Он зашёл в «ютьюб», увидел концерты, тысячи хохочущих людей. Очень был впечатлён.

Так меня зауважал – на следующий день из испанца превратился в японца. Вот забавно, по-русски ни слова не знает, а говорит: «Я так смеялся, когда ваши концерты смотрел!»

***

У меня тоже есть свой фрагмент небесного ошмётка. И меня развели в лихие 90-е! Я даже приехал тогда в обсерваторию.

– Можете мне показать звезду, которую назвали моим именем?

«Учёные» так смутились:

– Ой, ваша звезда улетела из нашей системы. Вернётся через четыреста лет. Ждать будете?

– Я бы, конечно, подождал, да дел много, некогда. Покажите хотя бы запись о ней. Под каким номером она значится?

Показали. Видел собственными глазами. Называется «Светило Зад-48/21».

Я вас так люблю!

В Новосибирске перед началом одного из концертов к авансцене подошла моделеобразная девушка с букетом роз. Девушка эффектная. Как я когда-то говорил – модель человека.

Я не знаю, чем поливают этих красавиц с высотными ногами, что они так вырастают, только, стоя перед авансценой, она была такого же роста, как я на сцене. Розы, как и она, тоже были длинноногие.

Я понял: если не возьму у неё эти цветы, то не смогу начать концерт, поскольку весь зал будет смотреть на неё, а не на меня. Что, собственно, на меня смотреть? Раз посмотрел, и хватит. Она же была вызывающе хороша. Я подошёл к авансцене, протянул руки, чтобы взять цветы, и в тот же момент понял, насколько опасна бывает любовь русской женщины. Но было уже слишком поздно…

– Я вас так люблю! – сказала она и со всей энергией недолюбленной русской женщины сжала мои руки вокруг роз.

Я не только весь концерт помнил о её любви, но ещё пару дней после.

Теперь, думаю, те читатели, которые не знали, кто такой Михаил Задорнов, по крайней мере, заинтригованы. И могут приступать к чтению Энциклопедии, в которой речь пойдёт, несмотря на название, о вполне серьёзных вещах.

Понаблюдайте, над чем смеются ваши приятели, коллеги на работе, и вы многое о них узнаете: что им дорого, что их тревожит, чем они живут и чего не понимают…

Ведь хохот – это голос души.

К тому же не секрет, что благодаря шутке может разрешиться давний конфликт, а может и возникнуть новый. Поэтому, разделив книгу на два полюса: «Они» и «Мы», я хотел утвердить читателя в мысли, что нет ничего благотворнее умения человека, будь он русский или американец, в первую очередь смеяться над собой! А уж потом…

Приятного чтения!

Ваш Михаил Задорнов

Глава 1
<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 20 >>