Ведь внутри недостаточно места.
А за пазухой тихо так ждет и томится
Трехглавый голодный Цербер.
Без конца тебя жрет, не подавился,
И бумага объедки стерпит.
Ты мне, братик, однажды сказал:
«Раз отдал не туда, может, хватит?».
Я здесь все до конца так и не расписал,
И себя распластал, но не хватит.
Посмотри вокруг и раскрой глаза.
Мне много терять или мало?
И как ехать, скажи, если по тормозам
Сердце жмет, пока не отказало.
Сумрачным снегом
Замри.
Вместе с моим прилипающим взглядом.
Солнце выжжет нас белыми пятнами.
Отпечатками странной и жуткой зари.
Никого здесь нет рядом.
Я повязан и проклят безмолвною клятвою.
Не смотри.
Ощущай.
Если ты не боишься, прими этот ступор.
Раздели эту тяжкую глупую ношу.
И к участи этой не отпускай.
Нестабильная сеть из артерий вздутых.
Все плохое всегда здесь погубит хорошее.
Стопорящийся клапан – мой билет в Рай.
Просто усни.
И прикроет все сумрачным снегом.
Что так больно знаком и походит на щелочь.
Отвернись от него и наверх не смотри.
Этот мир нас своим растворит реагентом.
И в сугробах застрянет скорая помощь.
Нас с тобою накроет и растворит изнутри.
До нас не доедут.
Но я, замерзая,
Все еще буду таким.
Пускай уже поздно,
Буду выцветшим взглядом куда-то смотреть.
Страшно, наверное, быть не согретым,
Когда жизнь от тебя как всегда ускользает.
Ничего никогда не увидеть сквозь дым.
Но позволь этим звездам
Хотя бы с тобою тлеть.
Старое
Знакомое старое место,
Но только чужие лица.
Спасибо хотя бы за это,
Хоть что-то должно измениться.