Корона и тьма. Том 2. Сердце хаоса

— Лорд Ричард сейчас отсутствует в замке. Но если твоё послание срочное… — Он сделал паузу и, держа шлем подмышкой, взял поводья коня Феррика. — Когда послания не были срочными? Пойдём, я покажу, где можно отдохнуть и поесть. Капитан, окинув Феррика быстрым взглядом, будто оценивая его с головы до ног, сказал с ровным, но властным голосом:

— О нём я тоже позабочусь, — добавил капитан, похлопывая коня Феррика по шее. Феррик чуть приподнял бровь, удивлённый неожиданно вежливым обращением.

Они направились к массивным воротам замка, которые вскоре медленно открылись, издав глухой скрежет железа по камню. Как только Феррик пересёк порог Сэлендора, перед ним открылся мир, полностью отличающийся от суровых улиц снаружи. Здесь всё буквально пестрило роскошью. Полированные мраморные плиты мостовой блестели под солнечными лучами, отражая образы высоких арок, которые, казалось, стремились к небесам. На арках были вырезаны замысловатые узоры, изображающие сцены великих битв и мифических существ.

Статуи, позолоченные настолько, что в их поверхности можно было увидеть своё отражение, стояли вдоль главного прохода. Каждая из них изображала героев древности или правителей прошлого, их строгие лица были обращены вперёд, будто они по-прежнему охраняли этот замок. Между ними мерцали фрески, украшенные драгоценными камнями, которые, словно звёзды, переливались на фоне тёмного мрамора.

— Этот замок будто из другого мира, — пробормотал он, больше себе, чем капитану. Затем, повернув голову, спросил: — Когда вернётся Ричард? Феррик, не скрывая своего восхищения, медленно осматривался.

— Лорд Ричард не докладывает мне о своих перемещениях. Он может вернуться к вечеру, а может — через пару дней. Но надолго он редко покидает город. Капитан, ухмыльнувшись, ответил, не останавливаясь:

Феррик кивнул, принимая ответ. Они прошли через большой внутренний двор, выложенный гладким камнем. Там кипела работа: слуги перемещались с корзинами, заполненными свежими фруктами и тканями, солдаты занимались тренировками на тренировочной площадке, а несколько конюхов как раз уводили лошадей в просторные конюшни, находящиеся за воротами двора.

— Проводишь его во вторую казарму, — сказал капитан, глядя на солдата. — Покажешь, где можно поесть и привести себя в порядок. Капитан, остановившись возле одного из зданий на заднем дворе, махнул рукой одному из солдат. Тот, заметив жест, поспешил подойти.

— Когда лорд Ричард вернётся, тебя сразу оповестят. А твой друг, — он вновь похлопал коня Феррика по шее, — тоже будет сытым и отдохнувшим. Солдат коротко кивнул и посмотрел на Феррика, ожидая, когда тот будет готов. Капитан же повернулся к Феррику, его взгляд был сосредоточенным, но не враждебным.

— Не ожидал такого тёплого приёма, — признался он, в его голосе звучала искренняя благодарность. Феррик слегка улыбнулся, уважительно наклонив голову.

— Лорду Ричарду нужны друзья, а не враги. Отдыхай. Капитан ответил с лёгкой улыбкой, в которой читалась скрытая уверенность:

С этими словами капитан развернулся и направился к другому солдату, отдавая новые распоряжения. Феррик же последовал за своим проводником, оглядывая замок, который поражал своей мощью и величием. Каждый шаг подтверждал одно: Ричард Дункан был не просто лордом, а человеком, знающим цену власти.

Феррик, едва переступив порог второй казармы, заметил, как для него всё уже было подготовлено. Небольшая комната с кроватью, на которой лежали свежие, чисто выстиранные простыни. Запах лаванды, смешанный с влажным ароматом древесины, наполнял помещение. На деревянном столе стояла тарелка с горячей похлёбкой, ломтем хлеба и небольшим кувшином с водой. Еда была простой, но сытной, и Феррик, откинув на стул свой дорожный плащ, сразу же принялся утолять голод.

После трапезы к нему подошёл юный слуга, который сообщил, что его одежду заберут для стирки. Сначала Феррик хотел отказаться — дорожные привычки не позволяли ему легко расставаться со своими вещами, — но потом всё же кивнул, понимая, что в этом замке за подобное не придётся переживать. Слуга аккуратно взял его доспехи, кожаную куртку и рубашку, пообещав вернуть всё в идеальном состоянии к утру.