Параллель 2. Отражение

– Нет. Насколько ты помнишь, там был Русский экспедиционный корпус, в его составе я служил.

– А в каком чине?

– Штабс-капитан. Был представлен к капитану, но получить звание не успел, пан Оболенский!

Князь поморщился:

– Пан, пан, не надо этого местного гонора! Голожопый оборванец, а тоже пан, тьфу!

– Боюсь, Владимир, лет через восемь здесь будет популярно обращение "герр".

Князь почесал подбородок.

– Думаешь?

– К сожалению, да. Скоро в старушке Европе будет жарко.

– И боши опять полезут на Россию… – скорее утвердительно, чем вопросительно произнес Князь. Я кивнул.

– Эх… Уехать бы, только куда? В Крым что ли податься? Так туда тоже докатится. А может в Аргентину, а, Старый?

– А может, Ваше сиятельство, вам вспомнить, что вы потомок старинного дворянского рода и пойти защищать Родину?

Князь протянул с грустью:

– Родину… Какую Родину, Анатоль? У меня ее отобрали большевики!

– Россия всегда была, и останется, независимо от того, кто на троне. Но смотри сам.

Князь помолчал.

– А ты пойдешь драться с немцами?

– Да.

– За красных?

– За Россию, Володя, за ту землю, где я родился. В СССР сейчас заняты тем, что возрождают единую и неделимую.

Князь саркастически усмехнулся:

– Ну да, отдали Царство Польское, Финляндию.

– Это временно, потом заберут обратно. И Империя возродится. Новая, но все равно основа будет прежней.

Князь шутливо прищурился:

– Анатоль, а ты не красный, а?

– Скажем так, слегка порозовевший. Но это никак не скажется на наших финансовых операциях!

– Хорошо. Будет что то подобное сегодняшней партии – привози!

На том и порешили.

До встречи с антикваром оставалось часа два, и я решил покатать Винни по Варшаве. Побывали на Рыночной площади в Старом городе, потерли на удачу хвост Сирены. Потом заехали на Замковую, полюбовались на Королевский замок Яна Собеского, послушали бой старинных часов, зашли в церковь Святой Анны, там шла месса. Потом прогулялись по Краковскому предместью, пообедали в ресторане "Лазенки", где нам подали зразы из телятины с грибами и "русский" салат. Взяли "для сугреву" 150 грамм водочки, и завершили обед кофе по варшавски с маковцом, позже выкурили по сигарете на лавочке над Вислой.

Винни подставил лицо выглянувшему солнцу.

– Красиво здесь! И спокойно.

Я усмехнулся:

– Да, красиво. А через каких нибудь девять лет все это – я повел рукой с сигаретой – будет лежать в руинах…

– А может нет? Старый, ну вот смотри, мы сейчас в Параллели – так?

Я кивнул.

– Причем, неизвестно в какой – продолжил Полев. – Почему бы не предположить, что эта Параллель, отражение другой Параллели, а та – предыдущей. И каждое отражение меняет исходник, искажает его.

Я улыбнулся.

– Роджер Желязны, кстати, поляк. Королевство Амбер. Кто мне говорил когда то, чтобы я завязывал с идеями Желязного, а?

Винни не смутился.

– Да хрен с ним! Тут важен сам принцип! Если допустить, что мы находимся в отражении отражения, то возможно в этой Параллели войны не будет.

– Валя, я очень на это надеюсь. Потому что теперь мне есть что терять. Однако – я посмотрел на часы – пора нанести визит пану Мирскому. Я пойду один, поневаж пан боище обцих.12

– Кто там? – раздался старческий голос из за массивной двери.

"Вот старый жидяра! Ведь не более двадцати минут назад я ему звонил, и мой приметный "майбах" стоит у него под самым окном" – беззлобно подумал я.

– То я, пан Юлиуш, Стариновский!

Защелкали замки, загремела щеколда, и меня впустили в квартиру. Сразу перешли к делу. Я выложил из бумажника монеты, Мирский вооружился часовой лупой, зажег яркий свет и предложил мне сесть. Осмотр не занял много времени. Старик пожевал сухими губами.

– Итак, пан Анатоль, монеты в хорошем состоянии. Я их возьму. Сколько вы хотите за них?

– По 400 долларов за каждую.

Брови антиквара поползли вверх:

– Езус Мария, это слишком дорого, пан Анатоль!

– Дорогой пан Юлиуш, я в этом деле не первый год (соврал!) и знаю настоящую цену хорошим вещам. К тому же до вас я имел беседу с профессором Казимиром Бялковским, но мы не сошлись в цене. И только из уважения к вашим сединам, я готов сбавить цену до каких то несчастных 370 долларов!

Мирский вскочил, начал расхаживать по комнате и потирать руки. Наконец он перестал маячить и повернулся ко мне.

– Пан Анатоль! – торжественно начал он, – вы всегда привозили мне действительно интересные монеты, но 370 долларов… Давайте сойдемся на трехстах пятидесяти?

Не подав виду, как меня обрадовало это предложение – а я ведь уступил бы ему даже за триста! – я изобразил на лице кислую мину и согласно кивнул.

– Вот и замечательно!

Антиквар тут же сбегал в другую комнату и принес деньги.

– Может быть пан желает кофе?

Нет, спасибо, пан уже пил кофе, и пану нужно ехать домой. Пожав руки, мы расстались.

Когда сел в "майбах", Винни с любопытством повернулся ко мне.

– Ну и…?

– Все вышло даже лучше. Друг мой, – я улыбнулся – ты определенно приносишь удачу! Наш сегодняшний улов – 6900 долларов! Это больше, чем я рассчитывал выручить! Ну что, заедем на Маршалковскую, купим девчонкам подарки, и домой!

Тут же, в машине я разделил нашу выручку на три равных части – одна Валентину, вторая мне, а третья – на развитие нашего криминального дела.

Приехали в Белосток к вечеру, подустали, конечно, дамы нас накормили, и спать уложили.

А на следующее утро мне позвонил подкомиссар Новак и сообщил, что Дзик, которого я сдал полиции весной, бежал из краковской тюрьмы. Поэтому пану Анатолю "мущишь быть острожны".

– Спасибо за предупреждение, пан Радослав, я всегда осторожен.

Новак добавил, что при побеге Дзик убил полицейского, поэтому официально он "оголошёны спод права"13. И есть приказ живым его не брать.

– Може пану Анатолю подшебуе охрона?

– Нет, дружище, я и мой кузен достаточно взрослые ребята, охрана нам не нужна. А вот нашим невестам… Нет ли у пана Радослава знакомого, который бы смог обеспечить их безопасность? Я заплачу, сколько потребуется.

Подкомисар немного помолчал, потом сказал, что есть человек, который не новичок в этом деле, бывший легионер. Официально он не состоит на службе в полиции, но иногда выполняет "деликатне задания". Если пан Анатоль хочет с ним встретиться, он будет ждать его в каварне "Варшава" с пяти до пяти тридцати пополудни.

– Большое спасибо, пан Новак, я ваш должник!

Я сказал об этом только Винни, а после обеда предложил всем проехаться до старого карьера, где часто постреливали осадники.14

Сегодня там никто не тренировался, это я знал точно. Мы прихватили весь мой арсенал, и через двадцать минут расставляли импровизированные мишени на песчаном склоне. Сначала стреляли из пистолетов. К моему удивлению, неплохие результаты были у Лены, из десятка пивных бутылок она разбила восемь! И это с расстояния пятнадцать метров из "Люгера". У Натальи дела были похуже, она боялась оружия, и каждый выстрел сопровождался приглушенным "ой!" и закрыванием глаз. Но примерно через час она освоилась, Винни обучил ее правильной стойке, и результаты стрельбы для первого раза оказались весьма сносными.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Советско-польская война 1919-1921 гг.

2

"Золотые хризантемы" – популярное танго в исполнении Януша Поплавского.

3

Олег Митяев, "Соседка"

4

podkomisarz – подпоручик (лейтенант) полиции в довоенной Польше.

5

Policja Drogowa – дорожная полиция.

6

очаровательных дам (пол.)

7

pić kawe – пить кофе (пол.)

8

ППД – пистолет-пулемет Дегтярева.

9

Девушки (пол.)

10

Быстро мыть руки (пол)

11

В воскресенье последнее

Не жалей свою нежность,

Пусть все будет как прежде,

В последний раз.

12

потому что пан боится чужих людей.

13

объявлен вне закона (пол.)

14

Вышедшие в отставку военнослужащие Войска Польского, колонисты на присоединенных землях.