Марк опустился на высокий стул, со скрежетом перетащив его прямо напротив жертвы. Чиркнув зажигалкой, он взял сигарету и поджег, начав совершенно спокойно курить.
Марк выглядел невозмутимо, словно перед ним никого не было. Будто избитый до полусмерти мальчишка – совершенно обыденное дело, не выходящее из ряда вон. Пленник дернулся – стул издал противный скрежет.
– Отпустите меня, – наконец тихо попросил он.
Шум, издаваемый им, начал надоедать Марку.
– Заткнись, иначе вскрою тебе глотку сразу, – приказал холодно он. От его уверенного властного тона у парня сердце куда-то грохнуло, забилось жалостно в горле. Он зажмурился.
– Умоляю…
– Закрой пасть, – приказал раздраженно Марк. – Не заставляй меня выбивать тебе зубы. Я не хочу пачкать руки сейчас.
Юноша послушно умолк. Он понимал, что сейчас лучше было не злить этого психа. Иначе все станет только хуже. У этого подонка ведь отсутствует сердце, и все чувства, присущие обычным людям, – тоже.
Марк стряхнул пепел с сигареты.
– Знаешь, кого я ненавижу больше всего? – его голос звучал бархатно, но в нем сквозили нотки угрозы.
– Кого? – срывающимся голосом переспросила жертва.
– Трусов, – оскалился он. – Предпочитаю, чтобы мне говорили в лицо, что думают. А не мелочно пакостили, полагая, что им сойдет все с рук.
– Я ничего не сделал…
– Да неужели? – Марк улыбнулся, снисходительно и едко. – А знаешь, что я ненавижу сильнее?
Тот молчал.
– Когда я задаю вопрос, ты открываешь свой блядский рот и отвечаешь! – не выдержал он, потушив сигарету.
– Что?
– Ложь.
– Я не вру тебе!
Марк засунул руку в карман черной кожанки и вытащил предмет конусовидной формы с заостренным концом.
– Значит, ты не знаешь, что это такое? – терпеливо спросил он, забавляясь ситуацией.
Парень побледнел.
«Откуда он мог узнать, черт побери, что это был я?»
– Нет, не знаю. Я вижу эту вещь впервые, – произнес дрожащим голосом парень.
– То есть, это не ты разъебал этой вещицей мой мотоцикл? – Марк с холодной улыбкой смотрел на него, испытывая отвращение к чужой слабости.
– Честное слово, это не я! Я не имею к этому инциденту никакого отношения. В тот день я опоздал в школу, – невнятно пробормотал он.
– Слушай меня, Сэм. Ты ведь уже взрослый человек. Поэтому будь мужчиной, признай свою вину, и я в этом случае подумаю о твоем наказании. Возможно, буду помягче, – произнес Марк, усмехаясь себе под нос.
– Нет, клянусь! Я ничего не делал! – продолжил упираться парень, что уже начало выводить из себя Марка.
– Ответ неверный.
Он с грохотом поднялся со стула.
– Твой страх тебя выдает. Ты трясешься, как маленький сукин сын, – Марк прищурился. – И поэтому я тебе не верю. Ты ведь знаешь, что я делаю с такими трусливыми ублюдками, как ты? – заметив испуганный взгляд Сэма, Марк кивнул. – Именно. Несите ведро, – рявкнул он кому-то из друзей, и те кинулись выполнять его приказ.
Агнес услышала чьи-то громкие крики. Они, судя по тембру голоса, явно принадлежали парню, и по его перепуганным воплям девушка поняла, что кто-то находится в беде. Не думая ни о чем, она бросилась за угол пристройки и застыла от увиденной страшной картины.
Какая-то группа топила парня, пока чуть поодаль стоял один из них и задумчиво крутил в руке шило, с неприкрытым удовольствием наблюдая за жестокой картиной. Лица она его пока не видела.
Жертву все еще держали за волосы, топя. Кто-то шепнул стоящему парню какой-то вопрос, но тот сделал отрицательный знак рукой, приказывая не останавливаться.
Казалось, что чужая боль доставляла ему какой-то кайф. Это было дико. Агнес с ужасом наблюдала за страшной картиной, тяжело дыша от липкого страха.
– Прошу вас, хватит! – вопил парень, пока его снова не окунули лицом в ведро, крепко держа за волосы. Шли секунды. Минуты. По ощущениям – вечность. Агнес стояла, боясь шелохнуться. В голове крутилась одна-единственная мысль. Здесь опасно. И она тут явно лишняя.
Марк сделал знак рукой, и парни сразу отпустили жертву. Тот закашлялся и начал отплевывать воду.
– Я спрошу тебя еще раз. Ты испортил мой мотоцикл или нет? – хладнокровно спросил он.
– Нет! Я не делал этого! – парень застучал зубами от холода.
«Видимо, его топили в ледяной воде», – сделала вывод Агнес.
Лицо Марка исказила какая-то нездоровая улыбка.
– Хорошо. Тогда продолжайте, – безразлично прозвучал стальной голос, от которого и Агнес затрясло.
Они же убьют его. Убьют прямо сейчас!
Девушка услышала громкий всплеск и крики задыхающегося человека. Она вцепилась пальцами в лямку рюкзака, стараясь расслабиться.
Черт, перед ней пытают человека, о каком спокойствии может идти вообще речь?!
В рюкзаке был газовый баллончик. Трясущимися от волнения руками она достала предмет самообороны, запихивая его в карман.
Особого толка не будет от него в плане долговременной защиты, но вот отвлечь и дать шанс сбежать – очень даже вероятно.
Агнес попыталась привести сбившиеся мысли в порядок, размышляя над тем, как лучше сейчас действовать. По-хорошему, надо бы поскорее убраться из этой дьяволом забытой пристройки и позвать на помощь кого-то более сильного, но Агнес боялась, что за это время с парнем может произойти непоправимое.
– Ты не оставляешь мне другого выбора, – заключил парень, поворачиваясь боком к Агнес. Непослушная отросшая челка упала ему на глаза, но он не спешил ее убирать.
– Для того, чтобы выжить, человеку будет достаточно и одного глаза, не так ли? – Марк приблизился к его лицу, сжимая в руке основание шила.