– Обычно под этим подразумевается, что мы получаем информацию, которая вызывает вопросы о человеке или его окружении, но не имеет достаточно доказательств для возбуждения официального дела.
– Это слишком… расплывчато.
Эллиот сухо усмехнулся.
– Добро пожаловать в мой мир, Син. В любом случае с Браун сняли все подозрения. – Он нахмурился. – И все-таки есть в этой женщине что-то… неправильное. Она прекрасно владеет всеми видами холодного оружия, но при этом нет никаких данных о ее прошлом – откуда она родом, кто учил ее всем этим штукам. Чертова загадка, а не женщина.
– Неужели я слышу в твоем голосе восхищение, Эллиот? – поддразнил его Гай.
– Может, и есть немного. Мой опыт подсказывает, что подобная анонимность завоевывается с огромным трудом.
Стонтон показал на лежащее на столе досье, возвращая разговор в прежнее русло.
– Ничто из прочитанного не указывает на то, что мисс Симпсон имела отношение к контрабандной деятельности дяди или знала о замыслах Стрикленда и Бове, хотя и жила с ним в то время.
– Это верно, – согласился Эллиот.
– Почему же, скажи на милость, Стрикленд так сильно хочет ее увидеть? – спросил Гай, вслух повторяя вопрос, который Стонтон задавал себе ежечасно после получения письма Доминика.
– Может, он ее любит и ему стыдно за то, что сделал с ней. Может, хочет уговорить ее вернуться, – предположил Эллиот.
Гай захохотал, и даже Сент-Джон не смог удержаться от усмешки.
– Вообще-то мы говорим о Стрикленде, – произнес Гай. – Я думаю, она в этом замарана, и ее дядюшка тоже, – добавил он с нехарактерной для него запальчивостью. – Думаю, они, вероятно, и сейчас втянуты в это дело с Домиником.
Стонтон и Уингейт уставились на приятеля.
– Что вы на меня так смотрите? – спросил Гай.
– Я проверял почту Фарнема, – напомнил ему Эллиот. – И там нет никаких доказательств…
– Ты начал проверять его почту только после того, как Син получил письмо Доминика, так?
– Ну да.
– А что, если Дом послал ему весточку раньше?
– Конечно, такое воз…
– Или вдруг он отправляет и получает корреспонденцию через кого-то другого? Может, в этой интриге с вымогательством есть и другие помощники?
– Да, это…
Гай в своем кресле подался вперед:
– У нас имеются старые контрабандные связи между Фарнемом и Стриклендом…
– Но нет никаких доказательств, что Фарнем занимался чем-то еще, помимо контрабанды товаров, Гай, – возразил Эллиот. – И уж точно ничего связывающего его с побегом Бове.
Гай презрительно фыркнул:
– Ты считаешь, что Фарнем в Диле по уши завяз в контрабанде, но при этом понятия не имел, чем еще занимался Стрикленд, используя ту же самую сеть?
– Я согласен, что Фарнем, скорее всего, знает куда больше, чем мы сумели раскопать, – признал Эллиот. – Но что касается Симпсон, у нас нет никаких свидетельств – вообще ничего. Прежде чем обвинить кого-то в измене, я должен иметь веские на то основания.
– Мы же не приговариваем ее к повешению! Нам просто нужно убедить Симпсон в том, что она обязана поехать с нами и поговорить с Домиником.
– Под «убедить» ты имеешь в виду «заставить», – заметил Эллиот.
Прежде чем Гай успел ответить, вмешался Сент-Джон.
– Если не принимать во внимание тот факт, что нам придется вынудить Симпсон поехать с нами, – он взглянул на Гая, – а это факт достаточно серьезный, то почему ты так уверен, что Стрикленд не замышляет в отношении ее какое-нибудь злодейство?
– Ну уж, наверное, дядюшка не допустит такого.
– Ты предполагаешь, что Фарнем замешан в этом деле. А если нет? Если кашу заварил один только Доминик? – Стонтон раздраженно покачал головой. – Это чертовски запутанная история, и в основе ее лежит что-то очень гнилое. Почему Доминик так отчаянно хочет увидеть бывшую любовницу?
Гай небрежно отмахнулся:
– Какая разница, что у него на уме. Мы же будем с ней рядом и сможем защитить девушку.
– Я бы не был в этом так уверен. Доминик Стрикленд хитер и коварен. Его планы не так легко просчитать, – парировал Сент-Джон. – Он никогда ничего не делал просто так. Раз он так хочет поговорить с Симпсон, значит, видит в этом какую-то выгоду. Это всего лишь предположение, но я сомневаюсь, что он желает этой женщине добра. Кроме того, если мы и вправду столкнемся с неприятностями, то нас будет всего трое. Если за требованием выкупа стоит Доминик, он вряд ли работает один. Кто-то должен удерживать этих людей в плену. Здесь наверняка действует целая банда.
Друзья некоторое время обдумывали это предположение.
– Я по-прежнему считаю, что мы должны приехать с собственным отрядом, – сказал Гай, но, заметив раздраженный взгляд Стогтона, торопливо поправился: – Не с настоящими солдатами, нужно нанять…
– Ни под каким видом! – хором отрезали остальные.
– Ну ладно, – сдался Гай. – Тогда давайте все сначала. Ты говоришь, что твоя контора уже много лет разрабатывает Доминика и что его подозревали в продаже секретов еще до истории с Бове?
Эллиот кивнул.
– Тогда будет справедливо предположить следующее: Фарнем, о котором мы точно знаем, что он несколько лет занимался контрабандой в Диле вместе со Стриклендом, тоже был в этом замешан. Кроме того, есть еще мисс Симпсон, которая, удобно устроившись, жила со Стриклендом в его имении как раз в то время, когда сбежал Бове. – Гай повернулся к Стонтону. – По-моему, Симпсон должна пойти тебе навстречу, если желает спасти шкуру дядюшки и очистить собственное имя. Если не захочет помочь добровольно… Что ж, я думаю, тогда ты имеешь полное право применить силу. Черт, ты же не просишь у нее власть над миром – всего лишь выкроить несколько дней во время турне, чтобы съездить с нами в Мец. – Гай вскинул брови. – Не такая уж великая просьба ради спасения человеческой жизни, а?
Сент-Джон посмотрел на Эллиота.
– Я согласен с Гаем, – сказал тот. – Цена жизни Бена очень высока, и это обсуждению не подлежит. – Он пожал плечами, давая понять, что излишних объяснений тут не требуется.
Стонтон задумался. Жизнь Бена – добровольное согласие Марианны… Но, оказывая давление на молодую женщину, не станет ли он таким же мерзавцем, как Доминик Стрикленд?
Глава 5
Сент-Джон притаился в тени холодного цирка и стал ждать, как какой-нибудь тайный извращенец.
Ему пришлось подкупить персонал, чтобы проникнуть в женский цирк Фарнема во время тренировки мисс Симпсон. Повезло, что слуга, который предоставил Эллиоту доступ к корреспонденции Фарнема, был теперь, что называется, у них в кармане и отказать Стонтону не смог.
Герцог чувствовал себя чертовым идиотом, прячась за кулисами среди реквизита, но все остальные способы побеседовать с мисс Марианной Симпсон, как позволительные, так и не очень, он уже использовал. Проще получить аудиенцию у короля Англии, чем у женщины – кулачного бойца.