Я спутала Босса

Глава 6

Я говорил, что я взрослый человек. Нет. Я официально взрослый придурок.

Саша выглядела такой невинной и беззащитной. С распущенными волосами и белоснежной кожей. Под естественным лунным светом и искусственным от рядом стоя́щих зданий она выглядела как богиня. Богиня, которой уже два года поклоняется моё сердце. Иначе я не могу объяснить, почему почти в каждом сне вижу Миронову. А ведь ещё при первой же встрече на конференции я обратил на неё внимание…

- Ты долго будешь там стоять? – кажется, у меня слуховые галлюцинации. Или она реально обращается ко мне?!

Только я открываю рот, чтобы ответить, как тут же прилетает ещё один удар, который отправляет в нокаут моё относительное, но спокойствие.

- Андрей… Я тебе совсем-совсем не нравлюсь, да? – обиженно и чуть ли не плача произносит это чудо.

Стремительно подхожу к ней и яростно произношу, обхватывая бережно её лицо ладонями:

- Ярослав, Яр, Ярик на худой конец?! НО никогда не произноси это пид… нехорошее имя при мне! Поняла? – меня прям раз... убивало от того, с какой нежностью Саша произносила это убл... убийственное для моей нервной системы имя.

Нижняя губка белокурого ангелочка затряслась, и стало понятно, что вот-вот Сашка расплачется. Этого допустить я не мог. Обычно был равнодушен к женским слезам. А сейчас прям за душу брало это расстроенное личико.

- Ярослав? – проморгавшись и смахнув слезинку с щеки, она более осмысленно посмотрела на меня, — Вы Ярослав Дмитриевич? Наш генеральный? – резко соскочив со стола, насколько это было в её состоянии.

- Но как же так, я думала… Я думала, что мне передал записку А... – я рыкнул на неё, когда понял, что Саша опять хотела произнести, — Что мне от другого человека передали записку.Я придержал за локоток. А она, видимо, сообразив кто перед ней, прикрыла наконец своих девочек рукой. Хотя я уже всё успел запомнить до мелочей. Например, в виде родинки на правой груди.

Сориентировалась, молодец. С этой запиской тоже разберёмся позже — кто? зачем? когда? и при каких обстоятельствах?

Хотя она и продолжала что-то ещё говорить в своё оправдание, но я уже не слушал. Просто подошёл и заткнул Александру единственным проверенным способом.

Поцелуй, кажется, выбил её из колеи настолько, что она просто стояла, опустив руки вдоль тела. Пока я проходился руками по всем доступным мне выпуклостям. Ласкал поясницу и грудь. И спустя вечность (секунд пятнадцать на самом деле) она, наконец, начала отвечать на мои действия. Вкусная девочка.

Но проверим, соображает ли она с кем сейчас.

- Кто целует твои прелестные пухлые губки сейчас? – с нежностью, но настойчиво произношу я, пока она очень трогательно приоткрывает глазки.

- Я… Я… Ярослав. – произносит, не отводя взгляда, и облизывается. Ну, держись, ангелок.

Эта ночь — самое лучшее, что происходило со мной за последние годы.

Я клянусь! Это в тысячу, нет, в миллион раз круче снов с участием Сашки в главной роли. Какие только поверхности кабинета мы не опробовали. Все старые связи просто меркли. И у меня в голове оставался только мой белокурый ангел.

Нам повезло, что у этого имб… вре́менного хозяина кабинета был санузел с душевой кабиной. Иначе ходить Сашке с моим запахом на себе до самого дома. Блин, а это мысль.

Подожди, а мы использовали защиту?Я дебил. Ведь если она забудет ночь (после такого количества алкоголя — это вполне логичный исход) и проснётся с его запахом геля для душа на себе, то обо мне может даже не вспомнить?!

Глава 7

Настоящее время

После того неожиданного и импульсивного поступка Ярослава он нехотя освободил меня от своих ручных оков и предложил пойти пообедать. Чтобы, цитата: «наконец нормально поговорить». Как будто до этого наше общение вообще нельзя было назвать разговором. Но я согласилась, и вот мы сидим в той кафешке, в которую хотела притащить меня Машка.

К слову «кафешка» — это мягко сказано. Это целый ресторан, в помещении которого в распоряжении есть ещё и второй этаж. На котором расположены отдельные кабинеты для уединённых трапез. По-другому никак не назвать, только так.

- Выбирай, что тебе хочется? – произносит негромко с хрипотцой в голосе Ярослав. Уже же можно без отчества?

- Спасибо, я уже поела. Буду только чай. – настойчиво ограничиваю свою позицию перед ним.

Сразу давая понять, что беседа не должна занять много времени. Ведь у меня и так уже скоро закончится обеденный перерыв, а опоздания не приветствуются нигде.

- Хорошо, без проблем. Тогда с тебя ужин, ведь я-то не успел пообедать. – он делает жест официанту, который после этого удаляется, а Громов хитро улыбается мне, произнося следующее, — Или ты хочешь пригласить меня на завтрак? Я был бы не против. И так неделю потеряли из-за китайцев.

- Нет! Никакого кофе в постель. То, что у нас, возможно, был один раз, это ничего не значит. – гневно и чуть громче, чем следовало выговариваю я генеральному.

- Речь шла о постели. Заметь, ты сама о ней начала говорить. – слова о том, что наш секс ничего не значит, он пропустил. Давая понять, насколько это для него смешной и решённый факт, что даже обсуждать и сотрясать воздух ни к чему.

Как будто мы уже встречаемся тысячу лет, и я сморозила глупость, как всегда, а он, словно мудрый хозяин просто с умилением смотрит на любимую собачку, то есть на меня?!

- Стоп-стоп-стоп. Я уже вижу твои гневные мысли. Они прямо транслируются в твоих прелестных глазках. – я посмотрела на него с ещё бо́льшим возмущением, так что он тут же исправился. – В твоих серых глазах. Так нормально?

Видимо, увидев одобрение, промелькнувшее на моём лице, он продолжил:

- Так вот, об этом я и хотел с тобой поговорить.

- О... – меня перебили.

- Дай договорить, пожалуйста. – Ярослав очень нежно произнёс эти слова.

- Хорошо, я слушаю. – скрестив руки на груди, всё-таки решив послушать, что мне хотят донести.

- Спасибо, бука. Всё-всё не бей. – он рассмеялся, когда я уже гневно разъединила руки, и в следующую же секунду серьёзно продолжил. – Ты мне очень нравишься. Да, что ты глазки свои так выпучила. Мило, кстати. Но я не об этом. Ты мне понравилась ещё два года назад три месяца и двадцать восемь дней ровно.

Он опустил руку с часами, по которым сейчас сверял в своей голове время, когда мы первый раз встретились. Как всегда, я поражаюсь его способности проводить вычисления любой сложности в уме. Но я также в шоке оттого, что Я НРАВЛЮСЬ ГЕНЕРАЛЬНОМУ! Тогда я ещё больше не могу совместить ту вещь и Ярослава в одном контексте…

Пока я тихо офигевала и ужасалась, Громов продолжил:

- Это ни к чему тебя не обязывает. Тем более в компании стоит запрет на отношения между сотрудниками. Хотя честно мне плевать, но я сделаю так, как скажешь ты. – кажется, кто-то нервничал, хоть и пытался это скрыть. – Я позвал тебя сюда, чтобы сообщить, что буду добиваться твоей взаимности. Уже всё-таки не мальчик, чтобы ходить вокруг да около.

Он замер в ожидании моего ответа на его признание.

- А моё мнение тебя интересует? – это всё, что я могла сказать, всё ещё отходя от шока.

- В первую очередь. Только если ты скажешь «нет», не уверен, что так просто отступлю от тебя. – пока он произносит противоречивые слова, приносят чай, аромат которого мне не понравился.

- Спасибо за откровенность. – только я успеваю произнести фразу, как мне резко начинает плохеть.

Встаю и намереваюсь пойти в уборную, как этот неандерталец, видимо, подумав, что я ухожу насовсем, хватает меня за локоть и целует. Спасибо, что не взасос. Сам поцелуй вызывает смешанные чувства оттого, что он совсем не к месту.

Его запах немного приводит в чувство, и тошнота начинает понемногу отступать, я даже успеваю ненадолго ответить на такой немного яростный поцелуй, но этого недостаточно, так как официант закончил разливать чай и ушёл. А за ним потянулся шлейф этого ужасного запаха чая, что меня опять накрыло, и я уже окончательно вырвалась из загребущих лап Ярослава.

Пробежала до конца коридора, интуитивно найдя туалетную комнату, и сразу склонилась перед унитазом, выворачивая свой недавний обед.

Единственный во всём этом плюс – это то, что ресторан дорогой и тут хорошо следят за чистотой унитазов. Спасибо, блин.

- Так, тебя начало тошнить. – Громов аккуратно собрал мои волосы в руке, чтобы они не мешали мне, — А я было подумал, что ты обиделась на мои слова.

- Всё нормально, спасибо. – ещё один приступ извержения моего желудка. Фу. Лучше не говорить.

- Я вызвал водителя, поехали в клинику. Тебя нужно обследовать. И закажу туда ещё еды той, которую пропишет врач. – сказал диктатор какой-то, поглаживая меня по голове и протягивая платок.

Только признался, а уже команды раздаёт. Хотя я действительно планировала уже сходить к врачу. Но одна, без всяких там.

И тут зазвонил телефон, кажется, моё желание было услышано. Но я опять же не успела даже начать разговор в сторону интересующей меня деликатной темы.

Глава 8

После звонка Ярослав посадил меня в машину со своим водителем. Ещё раз поцеловал на прощание со словами:

- Я вбил тебе свой номер телефона, позвони мне, пожалуйста, как выйдешь от врача. Если что я обо всё договорился, тебя ждут.

- Эм, хорошо. А ты… — не успела я договорить, как он вновь прикоснулся в быстром поцелуе к моим губам.

Как будто до, ему было мало. Мне даже теперь стыдно перед водителем, я вся красная. Каждый его поцелуй, как микровзрыв моего мозга.

Часть меня не успевает за развитием моей личной жизни. То нравится один. Потом сплю с другим. Далее никого и лучше бы все отстали. И как вишенка на торте – поцелуи от того, который вроде бы и не нравится даже, но реакция организма, всё же говорит об обратном.

- Мне нужно отъехать по делам, прости. Результат недельных переговоров, которые, я думал, мы завершили, внезапно решил из почти законченного состояния перейти в подвешенное, – не завидую партнёрам, которые решили совершить рокировку, его кровожадное лицо не сулит им ничего хорошего. – Не волнуйся, завтра заберу тебя после работы, сходим куда-нибудь?

Я удивлена, что он спрашивает, а не приказывает. Оказывается, Ярослав Дмитриевич так умеет.

Сам он, кстати, поедет со своим замом, я, как поняла.- Хорошо, пока. – прощаюсь, и Громов закрывает дверь автомобиля. Завтра я буду во всеоружии. Со мной будет вещь.

Вроде мне не нравится Ярослав, но при этом я чувствую грусть, когда еду в его машине, с его водителем и в клинику, что выбрал он. В конечном счёте приятно, когда за тебя решают. Но становиться чьим-то красивым приложением я не собираюсь. Я хотела бы в своих отношениях партнёрства и взаимной любви. Ну и чтобы сексуальные предпочтения всё же совпадали...

Сидя на приёме у врача общего профиля, рассказав все свои симптомы, мне выписывают направление к гинекологу.

Кстати, приятное медицинское учреждение, сразу приняли и, уточнив только имя и фамилию, провели до нужного кабинета. Хороший сервис и никаких тебе бабушек в проходе. Ничего против них не имею. Очередей, опять же, тоже нет, такое ощущение, что я здесь вообще одна нахожусь в роли пациента.

Пока иду в кабинет, указанный в карте пациента со всеми данными, мою голову посещают мысли о последних месячных. Точнее, об их отсутствии. Но это просто из-за стресса, скорее всего. Столько навалилось на работе, что не только любой цикл собьётся, но и спокойный здоровый сон в придачу.

А далее состоялся такой диалог, перевернувший всю мою жизнь на до и после:

- Как вы себя чувствуете? Можете одеваться. – врач снимает перчатки и начинает заполнять мою карту.

- Нормально, что-то не так, доктор? – я встаю и одеваюсь, немного волнуясь над результатами обследования.

- Всё прекрасно, вы только не переживайте. Вам нельзя волноваться. – эти слова никогда не помогают.

Я начинаю ещё больше паниковать. И, кажется, догадываться, к чему он ведёт. Все факты, наконец, складываются в единую картину в моей голове. Это вовсе не стресс, как я думала…

- Что? Вы намекаете, что я беременна? – нет, нет, нет…

Этого просто не может быть. Хотя я даже не помню, предохранялись ли мы. Да я вообще практически не помню эту ночь?!

- Ну что вы, какие намёки? Я прямо вам говорю – срок 7–8 недель. Поздравляю! Сейчас выпишу вам витаминки… – улыбается, наверняка думает, что сообщил прекрасную новость будущей мамочке.

Я не собиралась становиться ей!

У меня трясутся руки. Как же так… Как же так получилось…

Ладно, я знаю, откуда берутся дети. Вопрос «как?» исчезает, но появляется другой.

Как сообщить будущему счастливому папочке?

После нашей первой встречи даже не представляю…

Глава 9

Два года назад

Меня выдвинули на конференцию спикером от нашего филиала. Я была взволнована как никогда. Даже при защите диплома мои нервы так не напрягались, а тревожность не отдавала лёгким гулом в ушах.

Телефон вибрацией отвлёк меня от тяжёлых истеричных дум.

О, это пишет Машка, она немного позже меня устроилась. И эта неугомонная как-то нашла свой подход ко мне. Теперь мы что-то вроде подруг.

Я не слишком общительна. Да, и именно меня назначили выступать с проектом перед всем руководством компании. Спасибо, от души прям блин.

Нажимаю наконец на сообщение.

Машка: Ты там давай голову в за… песок не засовывай.

Машка: Я узнала, что там у вас будет сидеть наш ГЕНЕРАЛЬНЫЙ?! Ты прикинь?!

Саша: О нет… Не могла после моего выступления написать!!!

Машка: Ой, а ты ещё не выступила? Упси…

Саша: Спасибо, теперь я ещё больше буду волноваться!

Машка: Ну прости-прости-прости… Я куплю тебе все ингредиенты на медовый торт!

Саша: Я подумаю. Всё напишу и прочитаю сообщения, когда уже всё расскажу этим мегабоссам.

Машка: Ок. Давай ни пуха ни пера.

- К чёрту… — тихо шепчу и убираю мобильник в сумочку.

Рядом сидящий мужчина постарался смешок скрыть за кашлем. Но это было настолько плохо сыграно, что даже я, сидящая и погружённая в прокручивание всего материала будущего выступления, заметила. Он что-то пробормотал и обратился также шёпотом ко мне:

- Девушка, да не волнуйтесь вы так. Всё равно половину «мегабоссов» не слушают, а только смотрят на картинки. – с улыбкой произнёс незнакомец с красивыми синими глазами.

- А зачем тогда, по-вашему, они вообще здесь сидят, если даже не слушают созванных ими же сотрудников? – меня возмутил этот факт до глубины души.

Ведь наша Цербер наставляла меня как молодого бойца на эту конференцию. Заставляла учить наизусть и так, чтобы она в любой момент подошла и назвала начало предложения по листочку, а я должна была закончить словами из подготовленной речи. Замучила меня жуть, порчу на понос навести, что ли на неё?

- Затем, чтобы всем показать, что они не просто так свои места в креслах занимают. Вы думаете, что за ними не следят? Так и они того же мнения. Вот только кто ошибается, тот и платит потом. И повезёт, если только этим самым местом в кресле. – выдал тираду мне всё ещё не представившийся мужчина, зато отвлёк от нехороших мыслей.

- А вы, собственно кто? Разве вы сейчас слушаете спикера? Не думаю, а значит, вы такой же, как те…

- Перегибаешь, — перебил и перешёл на ты, этот хам. – Я не представился. Громов Ярослав Дмитриевич, приятно познакомится.

- Миронова Александра Валерьевна, взаимно. Будущий спикер на этом мероприятии. – жму протянутую ладонь и быстро отдёргиваю из-за тока, пробежавшего между нашими пальцами. – Но вы так и не ответили, какую должность занимаете в этой компании.

- Пусть это останется тайной, но взамен я пообещаю слушать тебя. Пойдёт? – какой-то скрытный этот Ярослав Дмитриевич, и как назло я не могу вспомнить никого с таким именем из руководства. Хотя интуиция вопит, что он не простой менеджер.

- Пойдёт… — как только я отвечаю, загорается последний слайд выступающего, а это значит, что мне пора идти готовиться.

Поворачиваюсь, чтобы попрощаться с собеседником, и понимаю, что не с кем прощаться. Он ушёл.

Очень вежливый какой, вы посмотрите. Ладно хоть какая-то польза от него была, да. Я на время не думала о своём предстоящем выступлении.

Ну что ж, с богом…

Глава 10

Ярослав

Два года назад

Она была прекрасна. В этом строгом бежевом костюме с юбкой карандаш. Как обтягивает этот предмет одежды её попку, просто кайф.

Давно не залипал на женщинах. Как-то приелось одно и то же, что уже не вставляло. Не зря Влад настоял на моём присутствии. Спасибо, друг.

О мой бог, это же просто богиня.

Когда Александра была в соседнем кресле, я не мог точно прикинуть её рост. Хотя сидела она, как королева с прямой спиной и высоко поднятой головой. Ну а тут, просто модель, ещё и в этих туфлях. Кажется, я превращаюсь в фетишиста. Надеюсь, Миронова ещё и в чулках. О да, я вижу ажурную стрелку... Это рай.

Встрепенулся от её голоса, весь собрался и настроился на хорошее представление.

- Приветствую всех. Меня зовут Миронова Александра… — дальше я уже слушаю выступление со всей своей внимательностью, часть которой, конечно, отлила в другой жизненно важный орган, но ничего, я справлюсь.

Вообще, спикер из Саши отличный, даже те, кого я уже вычеркнул из списка «мегабоссов» (да, подглядываю в чужие переписки и что) встрепенулись от её живого повествования. Что-то заворочалось внутри, удивлённо отметил про себя этот факт. Для ревности слишком рано. Да и для чувства собственности тоже. Что-то около всего этого. Ладно, потом разберусь.

Я давно заметил, а теперь и подтвердил свои наблюдения. Некоторые «мегабоссы» (мне понравилось это название) просто не слушают молодых сотрудников. Наверное, считают, что выше всего этого. Всё нужное уже знают и дальше им не понадобятся никакие новые знания. Потом такие индивидуумы просто требуют от своих помощников или замов пересказать главные аспекты, которые тут же ими забываются.

Я не нанимал лодырей. Мне нужны активные и сообразительные работники, тем более на руководящих должностях.

Короче, не зря Влад с Серёгой придумали эти конференции. Так, мы выявляем совсем уже сдавших позиции руководителей. Для начала рассылаем предупреждения. Если человек не внимает словам, то тогда в ход идут уже действия. И увольнение — одно из самых безобидных.

Александра очень даже достойно выступила, зря столько переживала. Аж гордость берёт за молодое поколение. Сказал так, как будто я сам уже старик.

После всех выступлений у нас фуршет и небольшой смолток между сотрудниками разных филиалов, для сплочения.

Это уже моя идея. На случай если кто-то захочет перевестись в связи с переездом, например. Возможно, у кого-то не получается влиться в коллектив. Вот на такие случаи мы и рекомендуем выдвигать именно таких сотрудников на конференции. Может, тогда удастся найти коллег по душе.

Интересно, а Миронова по какой причине здесь?

Меня выхватывает одна журналистка. Аж всего внутренне передёргивает. Вот не люблю я их. А мне всего лишь хотелось найти Сашку. Для начала отметить её умственные способности. Затем поинтересоваться всё ли у этого ангела хорошо с коллективом. И если да, дальше уже продолжать общение в уединённом месте. Например, в ресторане неподалёку. Я знаю там одно очень интересное блюдо, которое готовят для парочек, ммм...

- Ярослав Дмитриевич, уделите мне, пожалуйста, пару минут. Я Карина Карпова — журналист… — какие они надоедливые эти... цензурных слов на них нет, просто жесть.

У меня там сейчас белокурое чудо упорхнёт неизвестно куда. Есть дела поважнее. И повкуснее...

- Один вопрос и на этом всё. – отрезаю эту выскочку резкой фразой.

Всегда против интервью, это девчонке ещё крупно повезло.

- Но… А как же? – растерянно начитает блеять, вроде Карина.

- И у вас осталось минута и тридцать одна секунда. – надо отдать должное, девчонка собирается на глазах и выпаливает свой вопрос.

- Когда вы заведёте семью – жену и детей? И сколько малышей хотели бы? – пролёт, не ту тему ты выбрала.

- Никогда. Ни одного. И заметьте вопросов два, и вам повезло, что ответов тоже два. А теперь всего хорошего.

М-да, у кого-то день не задался явно. Эта журналистка чуть ли не плачет, найдёт с кем утешиться.

У меня часто спрашивают про семью с намёком. Мол «а не хочешь? А я могу, котик». Б-р-р...

Нет. Не хочу.

Пока обходил всё пространство зала, где расположены закуски и автоматы с напитками, так и не заметил Александру. Может, сбежала, а может, прячется. Кто её знает.

Потом я напряг парней, и мы посмотрели по камерам, куда же делось моё белокурое чудо.

Если честно, я никак не мог подумать, что…

Глава 11

Два года назад

Я стояла за спиной Ярослава Дмитриевича и удивлялась наглости этой журналистки. Она чуть ли не висела на нём. Как невоспитанно и вульгарно её поведение смотрится со стороны. Прям противно смотреть. Из-за этой неприятной атмосферы я решила не оставаться на фуршет. Хотя и догадалась, для чего его делают – один разговор случайно услышала. В диалоге между руководителями раскрылась истина: кем на самом деле я прихожусь в коллективе – изгоем. Конечно, это, по мнению Цербера. Ведь она меня выдвигала так яро перед Андреем Михайловичем на собрании.

Ладно, пора уходить, тем более со всеми, с кем хотела я уже успела перекинуться парой фраз. А учитывая мою небольшую замкнутость, считай большая удача, что вообще осталась на эту часть мероприятия, а не сразу ушла после своего спича. Всё назло карге старой, пусть ей потом донесут, что я нормальная и умею находить общий язык с людьми.

- Что-то я отвлеклась… — пробормотала я, вешая сумку на плечо.

Есть и плюсы от этой девушки-журналистки. Она дала мне понять, что Громов не просто «мегабосс». Он кто-то покруче. Из всех руководителей, интервью хотели взять только у Ярослава. Целенаправленно выделяя из толпы.

Расскажу Машке, она офигеет.

Правда, ответ на вопрос о семье мне не понравился.

Для меня это тоже острая тема. Я потеряла отца, когда была маленькой.

Мы поехали на машине в парк аттракционов с мамой и папой. Жила наша семья вполне неплохо, но позволить себе поход всем вместе куда-то могли нечасто. По пути обратно уже было пасмурно и из-за этого темно. Внезапно пошёл проливной дождь. На этом неприятности в тот день не закончились.

Из-за ливня дорогу в месте крутого поворота размыло, видимость почти нулевая, а навстречу нам мчался грузовик.

Думаю, и без слов понятно, что произошло дальше.

Чудом маму не задело серьёзно, только ушибы и перелом руки, из которой она не выпускала папину.

Момент, когда он понял, что не справится с катастрофой, родители встретили, как всегда, вместе держась за руки до последнего.

Его похороны прошли также под дождём.

Я помню очень чётко только сказанную его голосом фразу:

«Я люблю вас, мои девочки, очень сильно люблю…»

И вот теперь я шла с конференции и плакала от воспоминаний и от облегчения одновременно. Я очень любила и буду любить своих родителей всегда.

Мама тогда впала в глубокую депрессию, мы с тётей Любой её вместе возвращали к нормальной жизни. Спасибо Любаше, как моя родительница любит называть свою двоюродную сестру.