Чтоб отдал, кому захочет, знамя
И с тобою в тереме остался!»
Как назавтра утро засияло,
Отперли ворота городские,
Выходила госпожа царица
И в воротах самых становилась.
Вот идет дружина за дружиной,
Борзы кони под оружьем бранным;
Перед ними был Югович Бошко
На коне червонном, весь во злате,
И покрыт он знаменем Христовым –
До коня покрылся до лихого;
А на знамени насажен яблок,
Золотым крестом приосененный,
А с креста висят златые клети –
Падают Юговичу на плечи.
Подошла к Юговичу царица,
За узду коня остановила,
Обвила руками шею брату
И ему сказала тихо-тихо:
«Милый брат мой, дорогой мой Бошко,
Царь тебе дает благословенье –
Не ходить с полками на Косово,
А отдать, кому захочешь, знамя
И со мною в городе остаться,
Быть сестре защитой и помогой!»
Ей на это Бошко отвечает:
«Воротися ты в свой терем белый!
Мне не след с тобою оставаться,
Покидать святое наше знамя,
Хоть дари мне царь свой град Крушевец!
Что тогда заговорит дружина:
Окаянный трус, изменник Бошко!
Он идти боится на Косово,
Кровь пролить за честный крест Господень,
Умереть за веру за святую!»
И с конем промчался он в ворота.
Вот и старый Юг-Богдан с дружиной!
Семь за ним Юговичей позади;
Всех она просила по порядку –
Ни один и посмотреть не хочет.
Малое за тех проходит время,
Выезжает и Югович-Воин
С царскими ретивыми конями –
Были кони в золотых попонах –
И под ним она коня схватила,
Обвила руками шею брату
И ему сказала тихо-тихо:
«Милый брат ты мой, Югович-Воин,
Царь тебе дает благословенье –
Передать коней, кому желаешь,
И со мною в городе остаться –
Быть сестре защитой и помогой!»
Отвечает ей Югович-Воин:
«Воротись, сестра, в свой терем белый!
Мне не след с тобою оставаться
И коней передавать царёвых,
Хоть бы знал, что лягу на Косове!
Нет, я еду во чисто?е поле
Кровь пролить за честный крест Господень,
Умереть за веру за святую!»
И с конем промчался он в ворота.
Как царица это услыхала,
Она пала на холодный камень,
Она пала, намять потеряла.
Вот и Лазарь славный проезжает:
Он увидел госпожу Милицу,
Как увидел он, заплакал горько,
Посмотрел направо и налево,
Громко кличет слугу Голубана:
«Голубан, слуга ты мой верный,
Ты покинь свою лошадь беду,
Подними на руки царицу
И снеси ее в высок терем,
А уж грех тебе Господь отпустит,
Что не будешь с нами на Босове!»
Как услышал Голубан те речи,
Залился он горькими слезами,
Лошадь белу у ворот покинул,
Взял царицу на белые руки
И отнес ее в высокий терем,
Но не мог он одолеть сердца,
Не идти с братьями на битву:
Воротился, на коня прыгнул
И пустился прямо на Косово.
Как назавтра зарей, раным-рано,
Прилетели два чорные врана,
Воронья с Косова чиста поля
И на терем белый опустились,
На высокий Лазарев ли терем,
Один каркнул, а другой промолвил:
«Это ль будет белый царский терем?
Что-то в нем да никого невидно!»
Знать, никто не слышал этой речи –
Услыхала госпожа царица,
Перед терем вышла перед белый,
Тихо молвит вороньям тем чорных:
«Бог вам в помочь, чорные два врана!
Вы откуда, два врана, так рано?
Не с Косова ль поля боевого?