– От меня что надо?
– На самом деле я хочу янтарный ободок.
– Вот это понятней, купи ободок и наклей на него янтарь.
Степан Степанович и Анна Андреевна остались одни за столом столовой санатория. Ужин прошел в молчании. На улице Степан Степанович заговорил:
– Анна Андреевна, ты знала, что твой муж в этом санатории отдыхает?
– Сколько живу с Антоном Сидоровичем, столько и не знаю, чего от него ожидать. Знаешь, если ему покажется, что за ним следят, то он резко меняет свой маршрут. Он выбрасывает дорогие билеты на поезд и самолет, меняет время, меняет место. Я ничему не удивляюсь.
– Да, но мы попали в глупое положение!
– Я этого не заметила. У Антона Сидоровича и Полины есть общая работа, они имеют право на встречи. Тебя в должности не понизят, – заверила Анна Андреевна.
– Будем надеяться. Меня волнует, почему Самсон улетел за океан и не прописал у себя Анфису?
– Столичный подход. Мы из-за них пошли на размен квартиры с доплатой, а Самсон теперь один живет в двухкомнатной квартире. Он вчера вернулся из очередной поездки.
– Анна Андреевна, ты что-то можешь изменить?
– Нет. Плохо то, что Анфиса найдет себе другого мужчину.
– Найдет Родиона.
– Откуда ты знаешь? – спросила Анна Андреевна.
– Я уверен, что они сегодня встретятся, используя мое отсутствие на работе для разговоров на личные темы.
– Вот и все, круг измен замкнулся в очередной раз.
– Это жизнь, а не измены, – сурово проговорил Степан Степанович.
Однажды Полина пришла домой и схватила трубку звонящего телефона и уже спрашивала:
– Самсон, ты Анфису любишь? Да? Тогда купи ей зеленый велосипед, – и, протянула трубку телефона ей.
Анфиса взяла трубку и поправила:
– Самсон, ты меня любишь? Тогда я меняю зеленый велосипед на джип любого цвета.
Они встретились втроем.
Самсон предложил Анфисе свою новую квартиру, если она выйдет за него замуж, но с одним условием: ей надо будет работать вместе с ним, в его фирме. Анфиса уточнила, где находится квартира, и в чем суть работы и сказала, что подумает. Джип ей он не предлагал.
Шла Анфиса домой и думала об одном, что слово "любовь" сильно напоминает процессе приватизации. Если ты кого-то любишь, то этот человек тебя приватизирует, и ты становишься его собственностью. Получалась, что она свою любовь должна отдать и таким образом улучшить жилищные условия, но это ее не сильно привлекало.
Из-за угла по пешеходной дороге, прямо на нее выехал зеленый велосипед. И только после того, как велосипед остановился рядом с ней, она подняла глаза. Зеленые глаза молодого человека смотрели в ее глаза и смеялись:
– Анфиса, тебе не нужен зеленый велосипед? – спросил Самсон.
– А, что сегодня день зеленого велосипеда?
– Нет, сегодня день нетронутой любви. Ты не знаешь, как называется, когда смотришь на других, а думаешь о тебе? Стараюсь не сходить с ума от страсти, но это оказывается тяжело. Приехала бы ко мне на зеленом велосипеде…
Самсон сидел дома и рисовал план двухэтажного особняка. За океаном таких особняков было полно, а здесь их почти не строили. Ему было скучно. Он механически набрал номер телефона Анфисы.
– Анфиса, я виноват перед тобой. Ты виновата передо мной. Возвращайся ко мне. Ты сегодня была с Родионом.
– Угадал. Я была с ним как брошенная тобой девушка.
– Я бросил, я и подниму. Сижу и рисую план нашего дома, нужен твой совет. Но после Родиона я не хочу тебя видеть, а завтра приезжай или совсем переезжай ко мне. Я пришлю тебе помощников. Думать не надо, надо просто ко мне вернуться. У тебя была мечта под названием «Родион», ты его получила, теперь без мечты возвращайся.
– Самсон, я не буду жить в твоем новом особняке. – сказала Анфиса.
– Почему, если это не секрет фирмы «Одуванчик»? – удивленно спросил Самсон.
– Понимаешь, я не могу жить в частных домах, у меня комплекс больших зданий, я боюсь дач и маленьких домов.
– Анфиса, мы поставим охранную сигнализацию по всему периметру дома.
– Мне квартира в многоэтажном доме больше подходит.
– Так, один вопрос решили. Второй вопрос: ты родишь мне дочь?
– Да не вопрос, но в моей квартире нам будет тесно.
– Слушай, а у тебя нет где-нибудь сестры или брата? Понимаешь, мне тут теорию развернули: если в семье жены было двое детей, то и она двоих детей родит, если трое – родит троих, а ты что, одна у матери?
– Ты ведь знаешь, у меня есть двоюродная сестра Полина.
– Очень хорошо! Значит, у меня будет двоюродная дочь!
– Сильно сомневаюсь, мы с тобой вместе не живем.
– Ты забыла, что я пропускал твою мечту – Родиона, а после него надо месяц ждать, чтобы быть уверенным, что дочь будет моя, а не двоюродная.
– Благоразумный у меня жених.
– Через месяц переедешь в мою квартиру. Нет, Анфиса, не могу я ждать месяц! Я соскучился! Ты мне сейчас нужна! Только скажи мне, что с Родионом ты не была.
– Я с Родионом не была, не жила, но работаю.
– А я поверю, хотя от ревности меня выкручивает всего.
Вскоре к Анфисе домой вместе с Самсоном пришли два парня, они взяли ее вещи и унесли. Жизнь ее усложнилась, впервые все заботы легли на ее плечи. Но надо отдать должное Самсону, он привозил продукты и иногда мыл посуду. Они стали одной семьей в новом качестве и сами себе понравились. Самсон подошел к Анфисе, поднял ее на руки и отнес на большую кровать. Анфиса подумала, что Самсон ей больше подходит, чем Родион, но вырвалась и убежала. Самсон на этом не успокоился.
На работе Анфиса с Родионом говорила теперь только о работе, словно между ними никогда и ничего не было. Приехал из санатория Степан Степанович, и все встало на свои места. Иногда Анфиса задумчиво смотрела в сторону Родиона, только и всего, потом она переводила взгляд на маленькое зеркало на полочке, стоящее над рабочим столом. Ей опять безумно хотелось янтарный обруч на голову. Она встряхивала своей рыжеватой гривой волос и опускала голову над очередной разработкой.