Оценить:
 Рейтинг: 4.5

Муж, который живет на крыше

<< 1 2 3 4 5 6 ... 9 >>
На страницу:
2 из 9
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
А Маркиз решил отдохнуть по-своему. В конце концов у Лолки там на курорте наверняка обнаружится куча поклонников, так отчего бы и ему тут не оттянуться на всю катушку, пока ее нет? И Леня тут же, конечно, совершенно случайно, познакомился с одной очаровательной женщиной. В ней все было прекрасно, его все устраивало, самое главное – у нее было место, где встречаться, потому что к себе домой Леня приводить кого-то опасался: кот-то его не продаст, а вот попугай мигом настучит Лоле, чем Леня занимался в ее отсутствие, да она и сама быстро догадается, что в доме побывала посторонняя женщина. Уж в этом Леня не сомневался, тут не то что Лолка с ее способностями, но любая женщина на ее месте сразу определит – учует запах чужих духов, как ни проветривай квартиру, либо же найдет на расческе чужой волос…

Маркиз высмотрел свою даму сердца в «Титанике» – самом крупном в городе магазине компакт-дисков и видеокассет. Леня заскочил туда на минутку, чтобы купить кассету для кота Аскольда – кот обожал видовые фильмы из жизни птичек и мелких грызунов. Он наскоро выбрал кассету – потом Аскольд долго на него обижался, потому что принес Леня не то, что нужно, – после чего пробежался рассеянным взглядом по стеллажам, выбирая что-нибудь для себя – «экшн» или триллер. Боевики со стрельбой не слишком жаловал попугай – он пугался шума, начинал летать по комнате и громко орать.

Леня отвлекся и не заметил, как толкнул даму, которая выронила кассеты и сумочку. Дама вскрикнула очень мелодично, что Лене понравилось. Обычно застигнутые врасплох женщины орут не слишком приятными голосами. Рассыпавшись в извинениях, он наклонился, чтобы поднять сумочку, мимоходом оценил весьма стройные ножки, принял решение, и когда выпрямился, то уже имел в голове план действий.

– Прекрасный выбор! – заговорил Маркиз, отдавая даме видеокассеты. – Эта запись «Травиаты» чрезвычайно редко попадается в магазинах.

– Да! – согласилась женщина. – Я долго искала и взяла последнюю кассету… партию Альфреда исполняет Дэвид Кеблер.

Леня понятия не имел, кто такой Дэвид Кеблер, больше того, он понятия не имел, кто такой Альфред. Краем уха он слышал, что в опере «Травиата», кажется, в конце героиня умирает от чахотки, то есть опера – это музыкальный вариант «Дамы с камелиями», но вот кто такая Травиата, Маркиз не имел представления. Единственное, в чем он твердо был уверен, – это то, что пьесу «Дама с камелиями» написал не автор «Трех мушкетеров», тот был Дюма-отец, а этот, соответственно – Дюма-сын. В детстве Леня очень любил «Трех мушкетеров» и считал, что Дюма-отец – величайший писатель.

В классической же музыке, особенно в опере, Леня Маркиз совершенно не разбирался. Но какое это имело значение, если он с ходу оценил стоящую перед ним даму, поставил ей наивысшую оценку и пожелал познакомиться? А то что, в самом деле? Лолка там на теплом море развлекается на всю катушку, лечит истрепанные нервы, а у него, Маркиза, тоже, между прочим, нервы – не стальные канаты. Он тоже переутомился и заслужил несколько часов покоя и удовольствия. Тем более что дама была хороша – стройная пепельная блондинка с глубокими серыми глазами. Брови у нее были темные сами по себе, кожа довольно смуглая, то есть не сошел еще с нее южный загар – судя по всему, мало времени прошло с тех пор, как дама вернулась из теплых краев. Возраст ее Маркиз навскидку определил в районе тридцати, и это неплохо, надоели безмозглые молоденькие дурочки. Глядя на темные брови и слишком гладкую кожу, Леня заподозрил, что стоящая перед ним пепельная блондинка – не натуральная, но проверить это можно было только одним способом. И Маркиз решил, что раз встречу с такой очаровательной незнакомкой ему подстроила судьба, грех этим не воспользоваться.

Когда нужно, Леня умел быть обворожительным. Включив на полную мощность рубильник своего обаяния, он опутал незнакомку словами, ловко обходя в беседе подводные камни в виде имен знаменитых теноров и сопрано. О том, что есть на свете такой композитор Джузеппе Верди, Маркиз, конечно, слышал, но не связывал его с «Травиатой».

Дама же оказалось докой по части оперы, так что Лене стоило больших усилий не показать ей, что он-то в опере полный профан. Дальше все пошло по накатанному сценарию: Леня пригласил ее в кафе, она пошла – отчего не выпить кофе с симпатичным мужчиной?

В процессе разговора Леня убедился, что его новая знакомая несколько скучает, оттого и бродит по магазинам в полном одиночестве. Что-то она обмолвилась про мужа, который часто уезжает по делам… – в общем, все это подходило Лене как нельзя лучше. Еще он понял, что Алла, как звали очаровательную незнакомку, без ума от оперной музыки, и склонить ход ее мыслей в нужную ему сторону можно было только через оперу.

Леня расстарался и достал билеты в Мариинский театр на премьеру «Сомнамбулы» Беллини. До этого он нашел бог знает как оказавшуюся в Лолином столе книгу «Пятьдесят оперных либретто» и явился в театр во всеоружии. Он с честью выдержал трехчасовое испытание, правда, в третьем акте все время зевал, не раскрывая рта. На следующий вечер последовал ужин в ресторане, потом – прогулка по зимнему городу. Потом снова ужин в ресторане, и когда Лене все уже надоело и он стал подумывать бросить эту затею, Алла наконец пригласила его домой якобы для того, чтобы послушать новую запись «Тоски».

Там все пошло как надо. Первое время Леню несколько раздражало оперное сопровождение, но он быстро приспособился. Как оказалось, его знакомая понимала толк не только в опере. Даже сейчас, вспомнив, что они устроили под арию Каварадосси в исполнении Лючано Паваротти, Маркиз блаженно зажмурился. Он не остался у Аллы, потому что все же нужно было соблюдать конспирацию, да и вообще дома ждут два голодных троглодита. Но настроение было превосходное, он даже решил послушать «Норму», чтобы было что обсудить с Аллой потом. И надо же было такому случиться, чтобы ему подвернулась эта тетка, которая не нашла ничего лучше, чем помереть в его машине!

Леня снял автомобиль с ручника и отъехал от тротуара.

Нужно было срочно принимать какое-то решение, что-то делать… обратиться в полицию? «Знаете, эта женщина села ко мне в машину и неожиданно умерла! Я ее никогда прежде не видел, знать ее не знаю…»

Ничего глупее не придумаешь. Никто не поверит в такую идиотскую историю, Леня и сам бы не поверил, если бы кто-то рассказал ему такое… А если окажется, что женщина умерла не своей смертью, то Леню тут же сделают главным подозреваемым… А ведь она действительно сказала, будто ее отравили… какой-то Альберт…

Никто не станет искать этого Альберта, тем более что о нем известно только со слов самого Лени. Никто не захочет устраивать себе такую головную боль. Есть человек – есть подозреваемый, на него и свалят все шишки…

Куда же девать покойницу? Как от нее избавиться? Сбросить в одну из многочисленных рек и каналов? А вдруг ее еще можно спасти? Ведь Леня – не врач, чтобы уверенно констатировать смерть… конечно, пульс не прощупывается, дыхания нет, но вдруг еще можно что-то сделать? В таком случае самое правильное – отвезти ее в больницу…

С такими безрадостными мыслями Леня Маркиз ехал по улице, как вдруг он увидел на перекрестке инспектора ГАИ.

Гаишник недвусмысленно делал Лене знаки остановиться.

Только этого не хватало!

Вот теперь Маркизу действительно стало страшно.

Одно дело – если он сам явится в полицию с этим злополучным трупом. Тоже, конечно, ничего хорошего, но все же какие-то шансы на спасение есть. А вот если его остановят на улице с мертвой женщиной в машине – тут уж точно никогда не оправдаешься!

Гаишник подошел к серебристой «Тойоте» со стороны водителя и приложил руку к козырьку:

– Сержант Трясогузкин. Ваши документы, пожалуйста!

Леня протянул полицейскому права и документы на машину и робко поинтересовался:

– Разве я что-нибудь нарушил?

– Один Господь Бог ничего не нарушает, – философски проговорил сержант. – Вы не включили левый поворотник.

Леня прекрасно помнил, что включал поворотник, но спорить с инспектором может только камикадзе.

– Ну, может быть, мы как-нибудь договоримся? – просительно протянул Леня, вытащив из бумажника сторублевую купюру.

– Вот видите, – дружелюбно ответил Трясогузкин, – значит, вы чувствуете за собой вину, если готовы заплатить… только я не имею права взять с вас штраф на месте.

– Я не плачу штраф, я хочу сделать добровольный взнос в фонд организации культурного досуга малоимущих полицейских…

– Если бы все водители так хорошо понимали нужды нашей полиции! – Сержант удовлетворенно улыбнулся, спрятав деньги в бумажник. – Правда, девушка? – Он наклонился, взглянув на Ленину молчаливую пассажирку.

– Она плохо себя чувствует, – сообщил Маркиз, стараясь не впасть в панику. – Мы едем в больницу, поэтому я спешу…

– Правда, как-то она неважно выглядит, – согласился сердобольный сержант. – Может, вам «Скорую» вызвать? Быстрее получится, а то вы ведь знаете, как сейчас в больницах – помереть можно, пока врача дождешься… Девушка, хотите, вызову «Скорую»?

«Девушка» по вполне понятной причине не ответила, и Маркизу пришлось отдуваться за двоих:

– «Скорая» в дежурную больницу отвезет, там ни ухода не будет, ни лечения, а я ее везу в Пятую городскую, там у меня брат работает, сами понимаете, когда свой человек, гораздо лучше, все-таки приглядит…

– Брат? – переспросил Трясогузкин. – Ну, тогда, конечно… брат – это святое… ну ладно, коли так, поезжайте…

В его голосе звучало легкое сомнение, оттого что Пятая городская больница была известна как самая отвратительная в городе, и попасть туда по доброй воле никто не хотел. Большой удачей считалось выйти из этой больницы в том же состоянии, в каком попал, то есть относительно живым, не подхватив какой-нибудь заразы, не простудившись в продуваемых насквозь коридорах, не сломав ногу на скользком линолеуме, либо же вообще не отдав концы.

Леня перевел дыхание и скорее покинул разговорчивого сержанта, старательно соблюдая все существующие правила. Руки у него чуть заметно дрожали, по спине стекали капли пота, хотя в машине было далеко не жарко.

– Ну и подложила ты мне свинью… – негромко проговорил он, покосившись на свою пассажирку. – Чтобы я еще кого-нибудь подвез!

Леня действительно поехал в сторону Пятой городской больницы, поскольку, во-первых, она была ближе всего, а во-вторых, там царили такие порядки, что спокойно могли не заметить подложенный труп долгое время. Ехать по городу с женским трупом в салоне – удовольствие из разряда экстремальных. Есть, конечно, любители прыгать с железнодорожных мостов и фабричных труб, нырять в бассейн с крокодилами и змеями или преподавать основы сексологии детям младшего школьного возраста, но Леня к таким развлечениям никогда не питал слабости.

Остановившись перед очередным светофором, он оказался рядом с бежевой «восьмеркой», за рулем которой сидела очень симпатичная брюнетка лет двадцати пяти. Девушка окинула Маркиза оценивающим заинтересованным взглядом, явно одобрила и кокетливо состроила глазки. Затем она заметила, что он в машине не один, несколько огорчилась и разочарованно вгляделась в его спутницу. Тут же на лице брюнетки появилось такое выражение, как будто она увидела привидение… впрочем, почти так оно и было.

Леня покосился на свою немногословную «пассажирку» и увидел, что та сползла с сиденья и приняла крайне неудобную позу, совершенно невозможную для живого человека.

К счастью, включился зеленый сигнал светофора, Леня рванул с места и быстро оторвался от бежевых «Жигулей». Придерживая левой рукой руль, он постарался усадить свою беспокойную пассажирку поудобнее.

Однако сложившаяся ситуация с каждой минутой нравилась ему все меньше и меньше.

Его наверняка запомнил сержант-гаишник, теперь еще эта любопытная брюнетка в «восьмерке»… машина у него заметная, запоминающаяся… всю жизнь Леня предпочитал использовать дешевые неброские автомобили, но теперь он временно отошел от дел, расслабился и забыл о золотых правилах конспирации – вот и доигрался! Хотя кто же мог знать, что совершенно незнакомая женщина ни с того ни с сего умрет у него в машине?

Он ехал, внимательно оглядываясь по сторонам и мечтая только о том, чтобы без приключений добраться до своей цели.

Наконец Леня свернул на улицу Капитана Копейкина, где располагалась Пятая городская больница, известная в народе как «Пятая истребительная». Подкатив к обшарпанному крыльцу с табличкой «Приемный покой», он заглушил мотор «Тойоты» и поставил ее на ручник.

Прежде чем оставить неизвестную женщину в приемном покое, он решил установить ее личность, выяснить, кого послала ему подлая судьба.

На сиденье рядом с женщиной валялась ее сумка – мягкой бежевой замши, под цвет пальто, и наверняка очень дорогая. Маркиз открыл сумку и вытряхнул на сиденье ее содержимое.

<< 1 2 3 4 5 6 ... 9 >>
На страницу:
2 из 9