– На Сэлларии кланяться научился, – улыбнулся Игорь, но тут же посерьёзнел: – Как мы сможем с вами связаться, если получим какой-то результат?
Карачун достал из кармана маленькую шкатулку, какие продают в любой сувенирной лавке, положил на стол:
– Просто два раза стукните по крышке. Я услышу и приду. А если положите в неё записку, я получу её немедленно. Держите меня в курсе расследования. А пока – разрешите откланяться.
И мужчина, не дожидаясь ответа, исчез, словно и не было на кабинете и на всём здании защиты, не дающей из него телепортироваться.
Игорь задумчиво повертел в руках простенькую деревянную коробочку, усмехнулся и засунул её в ящик письменного стола, закрыв его на всякий случай охранным заклинанием.
А Анатолий в это время уже шёл по коридору торгового центра, взглядом выискивая сына. К отделу, торгующему зеркалами, подошёл как раз в тот момент, когда Витя из него выходил. Спросил вполголоса:
– Что-то нашёл?
– Нет, – мотнул головой сын. – Всё так же глухо, как и в тех двух. И след не читается, почти выветрился уже, и продавцы ничего не видели и ничего не знают. И видеокамер в отделе нет.
Анатолий помолчал, думая над полученной информацией, потом решительно сказал:
– Не с того мы начали. Думал я тут след найти, раз из магазинов зеркала позже вынесли, чем с базы. Но теперь считаю, что ошибся. Пойдём-ка с охранниками повидаемся, которые вора видели. Может, внешность его разглядеть получится.
– Вряд ли. Темно было, – возразил Витя, но тут же продолжил: – Но попытаться, конечно, стоит.
И они отправились на встречу со свидетелями похищения.
***
Костик сидел дома и меланхолично щёлкал пультом телевизора, переключая каналы. На душе было пасмурно и тоскливо, под стать погоде за окном. От охраны объекта его на время следствия отстранили, с понравившейся девушкой отношения не сложились: узнав, что парня обвиняют в краже зеркал с охраняемого объекта, она сразу отказалась с ним встречаться. Денег не было даже на то, чтобы в баре зависнуть: три дня до зарплаты, какие могут быть деньги! Да ещё если на него зеркала повесят, за них рассчитываться заставят, то тут и на еду вряд ли хватит, а про бар уж точно забыть придётся.
Словом, настроение – хуже не бывает.
Звонок в дверь раздался неожиданно.
– Кого ещё чёрт принёс? – флегматично пробурчал парень, не трогаясь с места. Видеть никого не хотелось. И так за эти дни следаки достали под завязку, имеет он право хотя бы дома в одиночестве посидеть?
Но звонки не прекращались, трезвон стоял такой, что в ушах звенело, и Костик, наконец, зло отбросив пульт, ринулся в прихожую с мыслью: сейчас как дам!
Но «дать» не удалось. Стоявший у дверей мужчина сразу сунул под нос красные корочки, и Костик понял, что это опять очередной мент по его душу явился.
– Чего ещё надо? – рыкнул он. – Я уж всё по десять раз рассказал.
– Ничего, расскажете в одиннадцатый, – невозмутимо проговорил мужчина и, отодвинув Костика с дороги, прошёл в квартиру. За ним аккуратно просочился совсем юный парнишка.
– А вы в дверях-то не стойте, молодой человек, – посоветовал мужчина. – Разговор у нас долгий будет. Так что лучше закройте дверь и присядьте.
«Он ещё командовать мной будет!» – задохнулся от гнева охранник, но почему-то послушно защёлкнул замок и уселся на стул напротив следователя.
– Мы знаем, что вы не виноваты в произошедшем, – примирительно заговорил тот. – Но хотелось бы, чтобы вы ещё раз попытались вспомнить, как этот вор выглядел.
– Да не знаю я, – с отчаянием ответил Костик. – Темно было. Точнее, не темно, а лампы почему-то мигали, как ненормальные. Вроде и видно, а вроде и нет. Когда он обернулся, лампа как раз мигнула. Я и не разглядел.
– А лампы часто мигают?
– Первый раз такое было, чтобы все одновременно. Бывает, что одна-две перегорают, так их меняют быстро. А тут – как специально…
Костик замолчал, окончательно расстроившись. Ему и самому уже порой начинало казаться, что уснул он просто на посту и всё увиденное ему приснилось. И если бы не Михалыч, он бы, наверное, себя в этом уверил и успокоился. Ну, заснул. С кем не бывает. И правильно с него плату за зеркала требуют, раз сумел проспать вора.
Но Михалыч видел то же самое. А вряд ли двоим одновременно могло присниться одно и то же. Разве, загипнотизировали.
Эту версию Костик тоже на одном из допросов озвучивал, но следак тогда только хмыкнул насмешливо и даже отвечать на его предположение не стал.
– А может, вас загипнотизировали? – участливо предположил мужчина.
Костик недоверчиво вскинул голову: он издевается? Но следователь смотрел серьёзно и сочувственно, и от этого сочувствия даже в груди защемило, и внезапно захотелось выговориться, рассказать обо всём, что мучило и спать по ночам не давало.
– Не знаю. Но я точно видел – испарился он. Только стоял передо мной, лампа мигнула – а его уже нет. И зеркала сами летали. Ну, не спал я! Не спал!
– Верю, – кивнул мужчина. – Не переживайте так, мы всё выясним.
И опять посмотрел на Костика внимательно-внимательно, словно мысли его прочитать хотел. От этого взгляда охраннику стало неуютно и захотелось спрятаться, стать маленьким и незаметным. Он даже огляделся в поисках места для маскировки, но в этот момент следователь отвёл глаза, и желание прятаться сразу пропало. И он даже хмыкнул удивлённо: что за странные мысли в голову лезут?
А полицейский внезапно встал:
– Что ж, благодарю за содействие.
– Уже уходите? – растерялся Костик. Прежние следователи мурыжили его по несколько часов, а эти только пришли – и уже уходят.
– Да, не будем вас больше задерживать, – кивнул мужчина. – Всего хорошего. Мы обязательно во всём разберёмся.
Пришедший с ним парнишка вскочил и пошёл следом.
Костик проводил нежданных гостей, закрыл за ними дверь и растеряно привалился к стене. Он так и не понял, зачем они приходили. Ничего нового он им не сказал…
– Интересный парень, – задумчиво сказал Анатолий, выходя из подъезда. – Ты что-нибудь заметил?
– По-моему, у него способности к ментальной магии есть, – кивнул Витя.
– Да ещё какие! – хмыкнул отец. – Когда я решил посмотреть его воспоминания, он это почувствовал и, испугавшись, щит начал ставить. Смешной такой, неуклюжий, но – щит. Сам, представляешь? Никто его не учил. Надо про него Игорю Николаевичу рассказать, пусть приглядится к парню повнимательнее.
– Но ты что-то увидел?
– Очень мало. Но и это лучше, чем ничего. А ты?
– Тоже немного.
Анатолий взял сына за руку:
– Пойдём-ка со вторым свидетелем пообщаемся. А потом надо будет на базу заглянуть.
И они, накинув невидимость, отправились к Михалычу.