А Витя – дождался. И теперь стоял перед конторкой и чувствовал, как отчаянно бьётся сердце.
– Готов? – спросил начальник.
– Так точно! – отрапортовал начинающий маг, стараясь, чтобы голос прозвучал уверенно.
– Тогда начнём.
Анатолий отодвинул чашку и встал. Он тоже волновался, понимая, каким ударом станет для сына непринятая клятва. Но, зная Витю, был уверен, что всё закончится благополучно.
– Сегодня мы принимаем присягу у нашего нового сотрудника Виктора Анатольевича Марганова, – громко, как на плацу, объявил Игорь Николаевич, желая хотя бы так компенсировать отсутствие праздничной атмосферы, обычно царящей в такие моменты в школе начинающих магов.
Но Вите было не до подобных мелочей. Вытянувшись по стойке смирно, глядя прямо в глаза начальнику, он чётко произнёс слова воинской присяги:
– Я, Марганов Виктор Анатольевич, торжественно присягаю на верность своему Отечеству – Российской Федерации. Клянусь свято соблюдать Конституцию Российской Федерации, строго выполнять требования воинских уставов, приказы командиров и начальников. Клянусь достойно исполнять воинский долг, мужественно защищать свободу, независимость и конституционный строй России, народ и Отечество.
– Присяга принята, – кивнул начальник. – А теперь – магическая клятва.
Виктор сглотнул от волнения ставшую вязкой слюну, медленно поднёс руку к книге и, на секунду задержавшись над ней, опустил ладонь на прохладную кожу обложки.
– Я, Марганов Виктор Анатольевич, клянусь: свято хранить магические тайны; полностью посвятить свою жизнь магии; всегда помнить, что в магии пределов нет, и необходимо постоянно совершенствовать своё мастерство, беречь и развивать магические традиции; защищать от магических нападений и катастроф обычных людей, вне зависимости от их пола, расы, национальности и социального статуса; не поддаваться сиюминутному настроению для решения важных вопросов, где требуется применение магии; быть благодарным своим учителям; быть справедливым и доброжелательным к своим ученикам и коллегам; быть беспощадным к врагам Отечества. Клянусь быть достойным той Силы, которой наградила меня Судьба.
И, замолчав, затаил дыхание, ожидая реакции Книги Судеб. Но тут же облегчённо выдохнул: фолиант неожиданно засиял голубоватым светом, окутал своими лучами сперва ладонь юноши, потом – руку, а ещё через мгновение Витя весь оказался в сияющем и переливающемся коконе. Световое представление продолжалось несколько секунд и прекратилось так же внезапно, как началось.
– Всё? – тихо спросил юноша.
Игорь Николаевич кивнул, и Витя убрал руку с обложки. Но фолиант внезапно приподнялся над конторкой, открылся на середине и замер в ожидании.
– Ух, ты! – прошептал Анатолий. Виктор непонимающе посмотрел на отца.
– Читай, что там написано, – вполголоса произнёс начальник.
Юноша шагнул к конторке и впился взглядом в старинные, от руки написанные, буквы, мельком подумав: «Вот для чего мы старославянский изучали!»
Шёпотом прочёл текст и недоумевающе взглянул на Игоря Николаевича:
– Тут написано, что моя стезя – быть воином Сна. Это как?
Но тот строго взглянул на него и ничего не ответил.
Витя дочитал послание до конца, книга захлопнулась и опустилась на место. Игорь задвинул конторку на место, наложил охранные заклинания и новую иллюзию, изображающую книжные полки, и только после этого повернулся к своему новому сотруднику:
– Воин Сна, значит? Кажется, нашему Управлению беспрецедентно повезло. Я не уверен, что на Земле, кроме тебя, хоть один воин Сна существует.
И махнул рукой в сторону стола:
– Ты садись, разговор долгий будет. Что ещё сказала Книга?
– Что в моей жизни будет много сражений, что я стану спасителем короля и короны, и ещё мир спасу. Как-то слишком много для меня одного.
– Короля и короны? – удивлённо переспросил Анатолий. – Какого короля?
– Не знаю, – пожал плечами Витя. – Я вообще из её предсказания ничего не понял.
– Это не страшно, – вмешался Игорь Николаевич. – Главное – что оно было. На моей памяти книга раскрывалась всего несколько раз, причём – только уже взрослым, состоявшимся магам. А вот для молодёжи она ни разу не открывалась. Ты у нас и тут выделился. Но, надеюсь, ты понимаешь, что об этом рассказывать никому не нужно?