«Ты опоздал».
Хотя прекрасно помнил, что о точном времени прилёта они не договаривались. Но дракона надо было держать в тонусе, чтобы тот никогда не забывал, кто здесь хозяин.
«Я торопился, как мог, – хмуро отозвался Борр. – Даже не позавтракал».
«В Лэнмаре поешь, – отмахнулся Фэррон. – Отнесёшь туда Эля, а пока его ждёшь, и позавтракаешь, и пообедаешь, и в носу поковыряешь…»
Усмехнулся, услышав, как зашипел от негодования дракон: сказать деру в сто тридцатом поколении, что он будет ковырять в носу, как простолюдин, было страшным оскорблением, за которое любого другого Борр вызвал бы на дуэль. Но Фэррону он сделать ничего не мог, и маг этим беззастенчиво пользовался.
Приказал:
«Поднимись в кабинет, скажу, что надо делать».
Отошёл к столу, сел на стул, изобразив на лице брезгливое недоумение, которым хотел он встретить дракона.
– Я чем-то прогневил вас, господин? – встревожился Эль.
– Нет, что ты, – сразу стал благодушным его повелитель. – Это один дурной дракон меня разозлил. Ты сейчас полетишь на нём. Прошу тебя, мальчик мой, не разговаривай с ним в полёте. Он глуп и злобен, наговорит тебе ерунды про меня, а ты, чего доброго, уверуешь, что я жестокий и коварный.
– Мой господин не может быть таким, – убеждённо ответил монах. – Я никогда в это не поверю, что бы ни сказал мне лживый дракон.
Фэррон улыбнулся. Результат ритуала всё больше его радовал. Он получил послушного и верного слугу, готового беспрекословно выполнить любой его приказ и при этом не вызывать подозрений, как раб Зеркала, когда пытался тот изображать из себя человека. Не получалось у раба становиться телесным, колыхался вечно туманным облаком.
Ну, да ладно. У раба свои обязанности, у Эля – свои. Надо ещё, кстати, посмотреть: может, у монаха и умения раба Зеркала сохранились? Тогда вообще замечательно будет.
Но это он проверит позже, когда Эль вернётся. Пока надо закончить с первым делом.
Подумал неожиданно: может, не рисковать парнем? Он ему нужен для похода на озеро Силы. Но тут же одёрнул себя: какой тут риск? Заберёт у Рэданна шкатулку да передаст дежурному в Тайную полицию. Главное, с самими Тайными полицейскими не встретиться, но это он Элю уже внушил. А кроме Эля некому выполнить это задание. Самому Фэррону в Лэнмаре даже под мороком появляться нельзя, сразу схватят.
Услышал стук в дверь, шевельнул пальцем, открывая её, сказал недовольно:
– Ты чересчур медлителен, Борр. Я тебя заждался. Ползком по лестнице поднимался?
Борр вспыхнул, сжал кулаки, но ничего не ответил.
– Вот Эль, познакомься. Это – Борр, можешь так его и называть, разрешаю.
Маг насмешливо посмотрел на покрывшегося красными пятнами дракона. В отличие от Эля Боррэгон прекрасно понял, что хозяин передал тому права управления, и теперь дракон будет вынужден подчиняться мальчишке и выполнять его приказы.
Боррэгон кинул настороженный взгляд на обернувшегося парня. И удивлённо нахмурился. Монах смотрел на него так, словно в первый раз его видел. И взгляд его был пустым и безразличным, совсем не похожим на живой любознательный взгляд того Эля, которого знал Борр.
Что произошло, пока его не было? Какую очередную подлость сотворил Фэррон?
– Ты сейчас отнесёшь Эля в Лэнмар, – скомандовал маг. – На шее отнесёшь, не в когтях. Высадишь за городом, так, чтобы тебя никто не видел. Подождёшь его возвращения и отнесёшь обратно. Всё понял?
– А где я тогда позавтракаю, если в лесу его ждать буду? – угрюмо проворчал Борр.
– Травку пощиплешь, – издевательски ухмыльнулся Фэррон и рявкнул: – Я что, тебя ещё и кормить обязан? Не маленький, разберёшься. Главное, чтобы возле города тебя никто не видел!
Борр молча кивнул. Он уже давно понял, что ждать милостей от своего хозяина бесполезно. И решил, что поохотится по дороге. Эль добрый, не даст ему с голоду умереть.
– Всё, Эль, – голос злобного мага опять зажурчал ручьём. – Ты знаешь, что делать. Жду вас вечером обратно.
– Конечно, господин. Я всё исполню, – склонил голову Эль.
Господин?!
Борр снова внимательно посмотрел на молодого монаха. Но тот уже выпрямился и прошёл мимо дракона к двери.
– А ты чего стоишь? – прикрикнул на Борра Фэррон. – Быстро за ним!
Борр развернулся и кинулся следом.
На площадке перед замком Боррэгон обратился в дракона. Эль, не говоря ни слова, по крылу быстро забрался ему на шею, уселся, как на коня, сжав её коленями. Борр хотел рыкнуть сердито на этого наглеца, выбравшего самое удобное для себя и самое неудобное для дракона место, но поймал прищуренный взгляд Фэррона и снова промолчал, отложив и этот случай в копилочку памяти, куда складывал все перенесённые унижения в надежде когда-нибудь за них рассчитаться. И, взлетев, взял курс на Лэнмар.
Полдороги пролетели молча. Эль сидел неподвижно, и Борр, пару раз оглянувшись на него, заметил, что тот даже по сторонам не смотрит, не любопытствует. Вспомнил, как нёс Эля к Фэррону. Тогда, даже будучи испуганным и летящим в не самом удобном положении, парнишка всё равно смотрел на пролетающие под ним виды с восторгом первооткрывателя и даже пару раз охнул от красоты открывшегося ему вида. А сейчас летит с таким равнодушием, словно видел это всё уже сотни раз и все эти горные пейзажи ему смертельно надоели.
Что же всё-таки сотворил с парнем Фэррон?
Примерно на середине дороги желудок дракона окончательно взбунтовался, и Боррэгон стал высматривать внизу какую-нибудь живность для охоты. Увидел горного козла и, не ожидая возражений, предупредил парня:
– Эль, держись крепче, я хочу поохотиться, голоден очень.
Но мальчишка вдруг сильнее сжал его шею ногами и командным голосом заявил:
– Господин запретил останавливаться по дороге. Мы летим дальше.
– Но Эль… – растерялся дракон. – Задержимся минут на пять, не больше. Я потом наверстаю, полечу быстрее.
– Мы летим дальше, Борр, – жёстко скомандовал Эль, и Борр, мысленно выругавшись, подчинился и только тоскливым взглядом проводил скрывшегося среди камней козла.
Нет, это – не Эль. Тот бы не стал запрещать охотиться голодному дракону. Как же выяснить, что произошло?
– Эль, – осторожно начал Боррэгон. – А ты помнишь, как мы с тобой два дня по горам шли? А потом я тебя к Фэррону унёс, помнишь? Мы ещё в пещере ночевали, и я тебя мясом кормил. И куртку тебе когтями порвал нечаянно. Наверное, поэтому ты сейчас в плаще летишь.
– Ты лжёшь, дракон, – уверенно ответил Эль. – Я этого не помню, потому что этого не было. Господин предупредил меня, что ты захочешь меня обмануть. Так что молчи и выполняй свою работу, Борр. Я всё равно не поверю тебе.
– Я лгу? – взъярился дракон, но тут же замолчал.
Нет, это – не Эль. Не Эль. Что же сделал Фэррон с парнем? Как заколдовал, что тот его господином называет и охотно ему подчиняется?
Боррэгон махал крыльями, погрузившись в мрачные размышления, не обращая внимания на дорогу. Впрочем, драконы никогда не теряли направления, даже когда в темноте летели. Включался у них внутренний компас, безошибочно приводящий в нужное место. Так что и теперь Борр не опасался пролететь мимо Лэнмара, и ничто не мешало ему предаваться сумрачным раздумьям.
А ведь жалко мальчишку. Такой был солнечный, светлый. А сейчас…
Борр снова повернул голову, взглянул на сидящего с выпрямленной спиной парня.
И ведь не пошевелился за всю дорогу. Сидит каменной статуей. И лицо такое… такое… неживое лицо, словно из него душу вынули.