– Оу, да ты брат холостяк теперь, ну ничего, в нашем захолустье тоже есть хорошие девушки.
Мы болтали до самого вечера, а потом он подбросил меня до моего нового дома, ключи от которого лежали у меня в кармане.
Первым, что запомнилось мне когда я открывал двери, был резкий запах чего-то протухшего. Я вошёл в квартиру, включил свет и огляделся. Типичная двушка, советский ещё ремонт, и большие часы прямо в прихожей. Запах шёл из кухни, какой-то умник решил разморозить холодильник, и забыл там открытую банку тушёнки. Охх, какая вонь! Я заткнул нос рукой, взял первое попавшееся полотенце и смыл содержимое банки в унитаз. Вот коммунальщики обрадуются. Потом долго мыл руки в пожелтевшей от времени раковине.
– Ой, ну и рожа у тебя! А ещё бы не мешало побриться.
Я смотрел на себя в зеркало, и казалось, что оттуда смотрю не я, а совсем другой человек, небритый и жутко злой. Мешки под глазами выдавали сломанный режим дня, губа чуть опухла от недавней драки. Прохожий толкнул меня плечом, и я без раздумий ударил его по лицу, а потом и он стукнул меня в ответ. И откуда во мне столько злости? Наверное гормоны.
А что? Неплохая квартирка, только завалена всяким барахлом. Осталось перевезти вещи, ну и у меня есть полгода, пока завещание вступит в силу. Никто же не заставляет меня работать прямо сейчас. И ещё было бы неплохо вывести отсюда весь этот хлам.
На том и порешали, я закрыл двери, и пошёл в квартиру родителей, благо там был готов горячий ужин, и всегда ждала тёплая постель.
***
Время странная штука, когда чего-то ждёшь, оно тянется медленно, как смола. Но стоит только попытаться растянуть момент, как оно летит быстрее ветра, или тех новых японских поездов на магнитной тяге.
Полгода пролетело как один день, у меня появилась новая девушка, Даша. Эмоциональная и взбалмошная, она постоянно требовала к себе повышенного внимания и всяческих походов в кино и на дискотеки. Город был тихий до ужаса, и после шума Невского проспекта я чувствовал себя словно меня закопали на метр под землю и все звуки вокруг исчезли.
Проснулся я как обычно в обед, но только на этот раз меня разбудил звонок телефона.
– Алло, кто это?
– Мать твоя, кто ж ещё! Ты когда устраиваешься на работу? Полгода уже почти прошло, или ты хочешь вылететь из квартиры, чтобы она досталась другим родственникам? Неблагодарный! Как я тебя рожала, как маялась!
– О нет, опять! Я устроюсь, всё помню, скоро пойду в отдел кадров, кем там можно пойти, чтобы не сильно утруждаться?
– Ха, наша семья почётных станочников никогда не искала лёгких путей!
– А могла бы!
– Что ты сказал?
– Ничего, мам. Станочники, так станочники, а что они делают, точат болванки?
– Это на уроке труда вы точили болванки, а тут серьёзное предприятие с многолетней историей, и ты будешь работать фрезеровщиком, как твой отец…
Она говорила и говорила без умолку, но я уже не слушал её, в моей голове представилась картина, как я весь такой нарядный, в каске, очках и чистой, выглаженной форме иду на работу, встаю за свой станок и принимаюсь за дело. Тьфу! Да что же это такое, прям наваждение какое-то. Я наскоро попрощался с матерью, положил трубку и повернулся на бок. Даша спала рядом. Через полчаса позвонил отец, конечно же с работы.
– Алло, сын?
– Ну если я у тебя записан в телефоне другим прозвищем, то можешь называть меня по-другому.
– Не смешно. Отдел кадров работает с 8 до 16.00, сегодня ты лентяй придти уже вряд ли успеешь, а вот завтра приходи. Бери с собой паспорт и трудовую, она есть у тебя? Ай, да откуда у тебя трудовая, ладно, купим тебе трудовую и завтра чтобы как штык был у проходной в 8! Я понятно выражаюсь?
– Но зачем так рано? – проскрипел я.
– А затем, что надо сдать экзамен, а то вдруг ты зайдёшь за жёлтую линию и тебя придавит краном. Мать не переживёт такого, а какой позор на работе, трудовая семья станочников…
О, Боже, да они там что, реально все с ума посходили с этим заводом? – подумал я, но вслух ответил, что буду в нужное время.
– Кто звонил? – сонным голосом сказала Даша.
– Мать, а потом отец, прожужжали мне все уши с этим заводом и работой, как будто мне больше заняться нечем, как работать всю жизнь на этом долбанном предприятии.
– У меня тоже отец всю жизнь там работает, – сонным голосом сказала она, – ну да ладно, идти то ведь завтра, а не сейчас, а теперь иди сюда, и давай поспим ещё.
Она сказала это так ласково и нежно, что я не смог устоять и рухнул обратно на кровать.
***
Завод находится чуть в стороне от города, и туда надо добираться на автобусе. Огороженная забором территория занимает огромную площадь, рабочие между цехами передвигаются на велосипедах. Полезно для здоровья и можно быстро решать производственные задачи.
Проходная встретила меня стелой из нержавеющей стали, сделанной на заводе. Рабочий с молотом в руках горделиво вознёс его ввысь, на неизведанную высоту.
У входа стоял отец, он нетерпеливо посматривал на часы, и ждал моего прибытия. Заспанный, я уныло ковылял с автобусной остановки по мощёной камнями улице.
– Привет, выспался? Надеюсь ты не забыл документы? А то мне тебя ждать некогда, на работу пора. Как тебе квартира?
– Тоже рад тебя видеть, отец. Как я уехал учиться в другой город, ты ни разу мне даже не позвонил. Квартира хорошая, только кто-то забыл в холодильнике тухлое мясо и я его выбросил.
Его глаза округлились от ужаса.
– Как выбросил, как тухлое? Быть того не может! Это просто катастрофа! – он помедлил, посмотрел на моё удивлённое лицо, а потом продолжил, – Прости, работа заела, столько заказов. Но может быть мы сходим куда-нибудь на выходных, поиграем в шахматы?
– Мне уже не 5 лет, папа, я вырос, и шахматы меня теперь мало интересуют, разве что в виде развлечения.
Он промолчал и указал мне на дверь. Мы поднялись на третий этаж, кабинет 317, он не стал дожидаться результатов теста, а сразу поспешил в раздевалку. Отец всегда был таким равнодушным ко мне, или я только сейчас это заметил? Наверное всегда, работа была для него на первом месте, и только потом я и тем более мама.
Возле кабинета толпились ещё люди, много молодых, тоже после институтов и ПТУ, они шли устраиваться на работу. Молодые ребята, едва окончившие учебные заведения. Так и я тоже пока молод и полон сил, зачем же мне гробить себя тут? На этот вопрос я знал ответ, своё жильё штука очень нужная и полезная.
– Так, заходим и садимся в класс, я выдам вам листочки, надеюсь вы все подготовились к сдаче экзамена? Билеты выучили? У вас полчаса времени!
Какие ещё билеты, чёрт побери? Отец мне ничего не говорил!
Мне дали листок бумажки с пятью вопросами по технике безопасности. Надо выбрать из четырёх вариантов ответа и поставить галочку. Ну это легко, подумалось мне.
Я поставил все галочки, встал и отдал билет седому дяденьке в рабочей форме. Он строго посмотрел на меня, а потом указал ждать ответа.
– Такс, посмотрим, тут у вас верно, а тут…
Зазвонил телефон. Дяденька поднял трубку, представился и многозначительно посмотрел на меня, потом отложил листок и громко сказал: Прошёл!
Фух, ну хоть не пришлось пересдавать. За дверью меня ждал отец, уже переодетый в рабочую форму. Вся грязная и в мазутных пятнах, рукава вообще частично оборваны.
– Как ты в ней ходишь, папа? Она же вся грязная!
– Ах, роба? Ну я отдам в чистку. Ты как? Всё сдал?