– Я и забыл. Битва на горе Арреат случилась давно. Тебе тогда исполнилось…
– Десять лет! – сверкнув глазами, воскликнул Акарат. – Я слышал рассказы воинов. Хотел стать таким, как они.
– Тут нет ничего постыдного, – улыбнулся Каин. – С тех пор мир успокоился, по крайней мере слегка. Но скоро он предоставит тебе возможность проявить себя. Но у меня есть к тебе одна просьба. Охраняй вход.
Юноша собрался возразить, но Каин был непреклонен.
– Я – старик. Не умею биться на мечах. Но на мне нет доспехов, и я более худой, чем ты. Мне будет проще протиснуться через лаз и войти в храм. А у тебя – очень важная роль. Ты – мой тыл.
Акарат взялся обеими руками за рукоять меча.
– Я тебя не подведу, – заявил он.
Каин улыбнулся, но его улыбка померкла, когда он отвернулся от паладина и поглядел в темноту. Он опять вспомнил героя Тристрама, старшего сына короля Леорика, который позже стал известен как Темный Странник. Он сказал те же слова, перед тем как спуститься в те проклятые пещеры под собором. Каин был его учителем. И он любил Тристрам.
Пригнувшись, Декард полез в проход. Он медленно переступал, ссутулившись и согнув ноги в коленях. Иногда продвигался боком, чтобы протиснуться в особенно узком месте. Боль, невидимый и неутомимый враг, снова ужалила в спину.
«Может, мне и не стоило самому сюда лезть, – вздохнул он. – Акарат – парень помоложе меня».
Но, когда он преодолел еще один ярд, проход внезапно расширился. Выставив вверх посох со светящимся шаром на конце, Каин осмотрелся по сторонам. Лестница из грубо отесанных камней вела в глубину. Очевидно, нижние этажи здания лучше перенесли обвал. И вновь – отпечатки ног в пыли, уже несколько цепочек. Но свежие или нет, ответить невозможно.
Каин ощутил запах тления, будто очутился в старой заброшенной гробнице, и услышал шуршание. Вгляделся в темноту, но ничего не увидел.
Декард медленно спускался вниз, воздух становился все холоднее. Ступени закончились, и он ступил на каменный пол. В свете посоха перед ним предстал зал с массивными деревянными перекрытиями потолка. Оттуда свисали толстые нити паутины. На балках были высечены руны могущества и какие-то предостерегающие символы. Каин читал их, и его дурные предчувствия становились все сильнее. То были метки последователей Бартука, мага школы Визджерей, которого осквернило зло. Бартук был одержим кровожадностью, после того как однажды вызвал демонов, чтобы те исполнили его поручения. Сражения мага с Хоразоном, его родным братом, стали кульминацией древних войн, в результате которых погибли тысячи людей.
Если в хранилище есть то, что принадлежало Бартуку и его армии, артефакты будут наполнены демонической силой. В лучшем случае они – ненадежны, в худшем – опасны.
Неужели они совершили ужасную ошибку, заявившись сюда?
Каин вздрогнул, когда с потолка посыпался песок. По балке пробежало нечто черное, крупного размера и скрылось. Слишком большое для паука, а крыса бы не удержалась, даже цепляясь когтями.
«Лучше не обращать ни на что внимания…»
Вдруг в центре зала в свете от посоха что-то сверкнуло. Каин присмотрелся и увидел, что кто-то стер пыль с круглой площадки, обнажив выписанные по границе сложные узоры рун. Портал. Куда он ведет, Каин не знал, но мог предположить. В центре круга покоился драгоценный камень кроваво-красного цвета. Кто-то безуспешно пытался его оттуда забрать, но лишь оставил глубокие борозды на каменном полу. Каин наклонился, внимательно изучая руны. От того, что он прочел, его сердце заколотилось. Он произнес древние слова заклинания, высвобождая камень, затем драгоценность спрятал в котомку.
Он двинулся дальше, ориентируясь на следы, и они привели его к нише в противоположной стене. Гнилые доски едва держались на креплениях. Остатки библиотеки. Зал был ритуальным. Прежде здесь вызывали существ из иных миров. Наверное, портал вел в глубины Преисподней. Сейчас полки пустовали. Увидев что-то желтое под деревянной щепкой, Каин подобрал уголок пергамента, скрученный и покрытый плесенью.
Справа от него в темноте что-то зашевелилось.
Резко крутанувшись, Каин поднял посох. Мгновение ему казалось, что тени ожили, затанцевали и закружились, как чернила, вылитые в воду. Послышался голос, похожий на завывание ветра. От него у Каина встали дыбом волосы на затылке.
– Дека-а-а-а-ард-д-д-д Каи-и-и-и-н-н-н…
Каин почувствовал знакомые интонации. Ночью, еще мальчишкой, он слышал тот же зовущий шепот. Отшатнувшись, Декард принялся рыться в котомке одной рукой, держа перед собой посох, чтобы разогнать тьму. Но быстро начал сомневаться. Скорей всего, ветер в развалинах гуляет, а ему просто мерещится из-за целого дня на невыносимом солнцепеке?
Голос не унимался. Звук был такой, будто кости скреблись друг о дружку в могиле.
– Много в твоем уме призраков, старик, и нет им покоя.
Внезапно заскрежетал металл. Клуб черного дыма сгустился и вмиг развеялся, а потом возник в другом месте. Силуэт человека с мечом, с глазами, горящими огнем Преисподней.
Каин понял, что выдернули из глубин его подсознания, чтобы использовать против него. Образ Темного Странника должен ослабить его решимость. Дымный силуэт заклубился и переменился, превратившись в два неясных человеческих контура. Один – повыше, явно женский, а другой – поменьше. Каина пронзил шок. Очередное воспоминание попыталось овладеть им. Он зажмурился, и перед его внутренним взором разверзлась пропасть отчаяния.
«Я не должен его слушать».
– Будет буря, – донесся голос со стороны лестницы. – Нам надо искать укрытие…
Что бы там ни пряталось в глубинах зала, оно издало довольное шипение. Акарат ступил на каменный пол, щурясь от света посоха. На его лице отразилось недоумение.
– Назад! – заорал Каин, когда нечто, клубясь, выплыло из теней и двинулось к юному паладину.
Но Акарат, несмотря на предупреждение, ринулся вперед, выхватывая меч из ножен и рассекая тень надвое. Острие ударило в камень пола, высекая искры. Подняв тяжелый клинок, Акарат рубанул по горизонтали, но без толку. Тьма окутала юного паладина, как дым, опутывая его ноги и поднимаясь вверх. Каин упал на колени и выпустил из рук посох.
Паладин завопил.
Свитки из котомки Каина рассыпались по полу. Где же он? Каин лихорадочно перебирал тонкие листы. Найдя нужный, он развернул полупрозрачную бумагу и выкрикнул слова заклинания так громко, как только мог.
Демон злобно взвизгнул, и его нечеловеческий хрип резко оборвался. Свиток рассыпался в пыль. В зале стало светлее из-за того, что Каина и паладина окутало изумрудное сияние, созданное заклинанием. Снаружи извивался и корчился комок тьмы. Тварь пыталась проникнуть сквозь невидимую преграду. Каин разглядел нечто, с многосуставчатыми, как у насекомого, конечностями и извивающимся туловищем. В следующее мгновение тьма снова собралась в бесформенный сгусток, а потом начала рассеиваться.
Акарат с трудом подошел к Каину. Помог ему собрать свитки и встать на ноги, затем посмотрел на клубящуюся тьму, которая билась об изумрудную преграду. По лицу юноши струился пот.
– Как… как ты это сделал?
– Заклинание школы Аммуит, – объяснил Каин. – Иллюзионное, так что защитит нас совсем ненадолго.
– Значит, ты – настоящий волшебник!
– Я всего лишь книжник, который научился пользоваться тем, что дали ему другие.
– Кто он? – спросил рыцарь, указывая на тварь.
– Слуга меньших воплощений зла, посланный сюда, чтобы охранять то, что находилось в этих залах. Не слушай его, иначе он вывернет тебя наизнанку и ты сломаешься.
– Я… я видел нечто. Нечто ужасное, – пробормотал паладин, тряхнув головой и пытаясь освободиться от наваждения. – О тебе… и обо мне.
Он затравленно поглядел на Каина.
– Ты не должен им верить, сын мой. Пора уходить, и побыстрее.
– Я…
Юноша помрачнел.
– Здесь зло. Мы должны его уничтожить!
– Оно не из плоти и крови…
– Я смогу победить. Я обязан попытаться, во имя всего святого. Вера Закарума учит нас сопротивляться злу и бороться с ним до последнего вздоха. Такие твари осквернили Высший Совет и убили Халима, превратили наш храм в обитель тьмы! Из-за них Закарум пришел в упадок.