Резидент. Часть 5

Глава 5

— Задумчивый ты сегодня, Вадим, — сказала Наташа, пока мы с ней ехали ко мне домой.

— Много впечатлений от вечера.

И не только впечатлений. Во дворце открылась часть башни со своими залами, и пусть внутри она тесная, Туман её расширял, как ему было надо. Тут была уловка: у Тумана некоторые записи, предметы, картины и даже окна вели к другим залам, не связанным с Палаццо Веккьо. Как матрёшка, вложенные залы внутри других залов. А ещё башня вела не только вверх, но и вниз.

Потому что объём информации, которую он спрятал там, был колоссальный. Ещё здесь слишком много технической информации, которую он запоминал тайком.

Я припарковал машину во дворе и остался за рулём, глядя в экраны подаренной мне тачки. Корнеев хотел, чтобы я был на виду, и подарил предмет, который за мной следит. Я и буду на виду. Вернее, он так будет думать. Чуть хмыкнул про себя. Раз уж мне подселили такого пассажира, надо использовать все его навыки, хотя сам-то он явно был бы не против вернуться.

В бардачке есть модуль связи со вшитой в него сим-картой. Надо изолировать этот модуль и обмануть, чтобы он подключался к моим устройствам, и чтобы данные в нём были те, которые мне нужны. А для работы поставить новый. Ещё у меня оставался жёсткий диск, на который я тогда скопировал данные тачки Тумана, включая прошивку, это тоже можно накатить.

Мне нужно поставить внутрь ещё один компьютер, впаять свои платы в тачку, изолировать основную систему, чтобы всем управляла моя собственная. Планы на это были. За вечер это не собрать, но это реально. Придётся поработать паяльником. И немного — напильником.

— Вот у меня папа так же, — сказала Наташа, глядя на меня. — Как резко уйдёт в себя, задумается, а мама в эти моменты всегда говорит: «не мешай ему, он работает».

— Понятно. Я тоже работаю.

— Тоже решил стать писателем? — спросила она.

— Да. Буду писать про попаданцев.

— Давай я в магазин схожу, — предложила Наташа, увидев магазин. — Что купить?

— Сыр твёрдый надо, у меня почти закончился. Знаешь, как выбирать?

— Да, ты мне говорил.

Мне надо было сесть и всё обдумать в тишине. Объём колоссальный, я и правда опасался, что сейчас всё это изучу и потеряю половину того, что знал сам, а то и больше. Поэтому пока просто смотрел, что там есть.

После смерти Тумана прошло несколько месяцев, в этих залах никого не было, и данные понемногу забывались, так бывает, если память не освежать. Но одна деталь была яркой: в середине башни за одним из камней был тайник, где лежал пистолет — старый Вальтер ППК. И что означал этот ребус, я пока не раскрыл.

Наташа вошла в магазин, я выбрался из машины на свежий воздух, думая, а не позвонит ли мне Ланге ещё раз? Нет, он сейчас должен придумать что-то другое, что-то более серьёзное.

Дождь снова собирался идти, я достал зонт, чтобы встретить Наташу. Но тут разыгралась другая сцена.

— Ну и пожалуйста! — воскликнула рыжая девушка в широких джинсах и топике, выходя из соседнего подъезда.

Каблуки яростно цокали по асфальту, когда она шла мимо.

— Ну и живи теперь с ней! — прокричала девушка наверх. — И больше мне не звони!

Она убрала телефон и быстро удалилась, сжимая губы, будто хотела заплакать. Неосторожно шагнула, споткнулась и ойкнула, ведь у неё сломался каблук.

— Ну и ладно, — она скинула туфельки и пошла прямо босиком, доставая пульт сигналки.

— Осторожно, — предупредил я, увидев, что блеснуло в свете фар заехавшей во двор машины.

И аж содрогнулся внутри, когда услышал хруст стекла. Девушка остановилась, с ужасом глядя, как на асфальте остался кровавый след, и тихонько взвизгнула. Ужас какой.

Но… ага, хитро. Ведь я её узнал. Никогда не видел вживую, но понял, кто так работает.

— Давайте помогу! — я подбежал к ней.

— Да, блин, чё за день такой? — заплакала девушка. — Помогите, пожалуйста.

Она села в свою «Камри» и высунула раненую ногу. Посветил фонариком. Порезала пятку всерьёз, но осколка стекла в ранке не было, я промыл её перекисью и наложил широкий пластырь, который был у неё в аптечке.

— Сможете доехать? — спросил я.

— Конечно, — она страдальчески скривилась. — Спасибо.

Уехала она в тот момент, когда из магазина вышла Наташа.

— Представляешь, там такую очередь посреди ночи устроили, — пожаловалась она. — Заказывали и заказывали, всякую фигню.

— А представляешь, что здесь было?

Конечно, Наташа удивилась и нахмурилась, услышав о какой-то девушке, но я знал методы Кобры и её змеек, и что рыжая наверняка попытается нас поссорить своим внезапным появлением.

Ну а во дворце памяти снова запела тревога, и меня потянуло к портрету в зале новой башни, причём под землю. Ого, как глубоко под землю идут эти новые залы. Там висела картина с изображением огромной ядовитой толстой кобры в старинном жабо и платье. аскрытым капюшоном. Самый заметный штрих — вокруг пасти была ярко-красная помада.

Детали всплыли в памяти очень легко, даже слишком, куда быстрее, чем раньше. Это не сама Мать-Кобра, та уже немолода, а одна из её подопечных, которых она обучала сама, лично. Это группа частных шпионок, к которым обращаются как конторы вроде фирмы Ланге, так и государственные разведки. Суть одна — медовая ловушка. Соблазняют нужного человека, тащат в постель и всё выманивают, причём на очень высоком уровне.

Вот как сейчас. Наступила на стекло, чтобы не только выглядеть уязвимой, но и оказаться ей. Эти методы я знал. Сначала она выставит себя в уязвимом положении, потом будут ещё встречи, потом будет тянуть в постель и постепенно выманивать что нужно.

Хотя сам Туман с Матерью-Коброй, похоже, спал, но что было по итогу, сложно сказать. Хотя можно предположить, ведь обычно сохранял себе портреты обнажённых женщин, а тут оставил кобру. Явно был расстроен тем случаем. Наверное, она его обула.

Но неужели Ланге не понял, что я могу вычислить одну из её змеек? Или решил, что я парень двадцати лет и не удержусь? И что когда заиграют гормоны, навыки шпиона уйдут на второй план? Или, наоборот, решил, что раз Туман был бабником, то и я тоже.

Хотя Туман тогда работал не на него, а на другого, и доктор мог не знать об этом случае.

Так что я могу получить козырь в свои руки тем, что узнал её. Интересно, во сколько это обошлось доктору? Мать-Кобра брала огромные деньги за свою работу. Тут даже можно гордиться, что Ланге разорился на такое из-за меня.

* * *

Попили с Наташей зелёный чай перед сном, вскоре легли. Я просто лежал, а мыслями снова вошёл в открытую башню Арнульфо.

Вот в этом месте лежал пистолет, а в других местах находились переходы в нужные залы. Эти воспоминания Туман сделал перед смертью, и здесь очень много всего.

Эти новые залы не были похожи на залы картинной галереи. Больше это напоминало бесчисленные коридоры библиотек, заставленные стеллажами с книгами и фотоальбомами.

Полистал некоторые. Тут очень много исходного кода и цифр, Туман его читал и будто механически хотел запомнить как можно больше. При желании можно воспроизвести, но я понимал, что этого недостаточно.

Ведь нет прототипа проекта «Периметр».

Хотя что такое прототип? Изучив память, я узнал, что он состоял из двух частей. Это небольшой прибор размером меньше зёрнышка риса, имплант-нейрочип, который считывал мозговую активность по заданным паттернам, и инъекция биопрепарата, который временно повышал активность синапсов мозга в нужных участках коры для удачной записи.

Можно подумать, что Корнеев научился делать цифровой слепок личности, вот и использовал это.

Туман не мог похитить это из лаборатории, поэтому активировал на себе самом. Это вспомнилось детально. Я в кабинете, у стены стояла кушетка, холодильный шкаф и зеркало, в котором видно самого Тумана, перед которым лежали два шприца. Один обычный, второй — размером с тату-машинку, с очень толстой иглой.

Это было больно, но он установил прибор под кожу за ухо, а потом сделал укол инъекции. И спрятался, потому что сразу начались побочки, и он едва не умер.

После он выбрался и собирался бежать из страны, чтобы учёные заказчика изучили изменения в его теле и поняли, как работает система. И за это время, пока он скрывался от ФСБ, прототип записывал его личность целиком.

Кто-то очень хотел эту разработку себе, и это не Ланге. Ланге выполняет задачу, для которой его нанял кто-то очень богатый и влиятельный. Настолько влиятельный, что даже смог вытащить Епископа из самой строгой тюрьмы Америки. Кто-то, кто может на равных говорить с главами государств.

Этот неизвестный финансировал свою разработку по оцифровке сознания и переносу, но Корнеев его опередил. Ему предлагали десять миллиардов долларов за образец, но он отказался, и тогда Туман перешёл к другому плану и пробрался в лабораторию.

Я смотрел другие залы, чтобы понять, как это работало и как в это втянули меня.

Нашёл зал, где не было картин, только палата, в которой стояла каталка. На ней лежал худой парень лет двадцати с лишним, а рядом с ним было досье.

Ознакомился с ним. Это сирота, внешне очень похож на самого Корнеева. Судя по документам, его готовили на роль реципиента. Он здоров и физически хорошо сложен. Вот только был нюанс — ему установили такой же прибор, но с одним отличием. Этот прототип не сделал слепок личности, а выжег ему нафиг всю память.

Чтобы он стал чистым листом и идеальным кандидатом.

Твари. Убили ведь, оставив только тело, стёрли, полностью обнулив сознание.

Да и тело могло умереть при переносе, испытания с обезьянами не всегда заканчивались удачно. Но их проводили достаточно и сделали выводы, что если не сделать очистку, то перенос затянется надолго.

Но в выводах не было сомнений, что если перенос начался и реципиент выжил, то объект копирования развернётся до конца.

— Вот козёл, — с чувством шепнул я.

Хотя кто именно? Ланге, Корнеев, Туман, загадочный заказчик? Да все они.

Так что Туман, когда ехал на встречу со связным, нёс в своей голове собственный бэкап, чтобы его потом собрали и изучили.

И развернули на ком-то, кого тоже должны были стереть. Кто-то богатый тоже хочет жить вечно ценой жизни молодых, и готов ради этого на всё.

Но на этом-то и началась эта история. Тумана убило током. Я помнил тот день хорошо. Туман держал меня за шею голыми руками, так что током долбануло нас обоих. У него в этот момент от этого мог включиться имплант, как во время лабораторных испытаний, и наши памяти сложились.

Ну это я так думаю, наверняка у инженеров проекта своё мнение. Всё пошло не так, как должно было быть в лаборатории. Но в любом случае, всё, что приборчик скопировал, досталось мне. И я прекрасно помню, как тогда чуть не исчез сам.

Просто упрямый я был всегда. Не поддавался ни ему, ни кому другому. Это меня и спасло. Но надолго ли?

А дальше… дальше в памяти на этот счёт ничего не было. Данные проекта уже изменились за эти месяцы. Наверняка уже развернули новый прототип, который могли испытать. Да и меня они были бы не против изучить.

Сейчас прототип — я сам. Тот, кто без лабораторных испытаний получил перенос. А сейчас нахожусь в ожидании, что моя память со временем начнёт затухать, замещаясь чужой.

Нет уж. Так не будет. Я выбрался из кровати, выглянул в окно и отошёл, начиная перечислять то, что только что увидел:

— Синий крузак, госномер 353 РЕ, 95 регион, китайский красный «Черри», госномер 549АА, 77 регион, УАЗ «Патриот», 93 регион, 112 ЧВ, с трещиной на лобовом. Чёрный БМВ, номер 20-DA-111, Азербайджан.

Запомнил все тачки, какие стояли у магазина, но специально назвал не все, а только каждую третью.

Упражнение помогло, моя память ещё на месте, работает на всю катушку. Просто подумалось тут вдруг. Я же полюбил читать фантастику, и, конечно же, не прошёл мимо «Цветы для Элджернона». Невольно вспомнилось, как главный герой сначала стал умным и выучил многое, а потом начал постепенно всё забывать, и это читалось очень тревожно.

Не знаю, насколько это поможет, но собственную память надо тренировать, чтобы держаться за то, что помнил.

И спать надо для этого хорошо, так что я лёг. Но просто ждать хода Корнеева, доктора Ланге и всех остальных я не собирался. В голове, в которой умещались две памяти, начал рождаться план.

Ведь однажды Туман проник в местный филиал Корнеева и вызнал там многое. И теперь я знал, каким образом.

Ведь данные о проекте устарели, и мне надо найти новые, чтобы понять, обратим ли перенос. А лучше — как уместить в голове обе памяти и не потерять себя.

* * *

— Все слышали новость? — спросил Игорь Семёнович Кашин, наш новый декан, который до сих пор вёл механическую часть подвижного состава. — В вашей группе, оказывается, есть таланты.

— Какие ещё? — спросил Славик с передней парты.

— Вот, вычитал сегодня, что Алексей и Вадим, — Кашин показал на наш стол, — получили стипендию от фирмы Корнеева. И даже зовут в Москву, надо же. Вы не думайте, что я смеюсь, — он улыбнулся. — Наоборот, я рад. Талантам надо помогать, как говорится, бездарности пробьются сами.

— Наши слоняры, — раздался чей-то довольный голос позади меня.

— Угу, — промычал Лёша.

— Опять эти нейросети, — раздался голос Славика. — А они на вас потом научатся, и всё, не нужны вы будете. Будут вместо вас нейросети работать.

— Ну что за пессимизм, Вячеслав? — спросил препод.

— Просто ему общаться будет не с кем, — съязвил Лёша, глядя на Славика. — Кроме нас всё равно с ним никто не говорит, он всех достал, душнила. Вот и не хочет отпускать.

Славик отмахнулся, а Кашин сказал:

— Хотя железнодорожники из вас вышли бы отличные. Но раз вам другое интересно, то кто я такой, чтобы спорить. Даже, наоборот, поддерживаю. Лучше найти дело по призванию, чем продолжать делать то, к чему душа не лежит.

— А Вадик даже тачку получил, — сказал кто-то, не особо скрывая зависть.

— Китайскую, — недовольно прошипела Даша, моя бывшая.

Но даже китайская тачка для студента была поводом для всеобщего обсуждения, тем более такая, и вся группа постоянно выглядывала в окно, некоторые даже просили прокатить. А две из трёх девушек нашей группы шептались между собой, иногда хитро и с издёвкой поглядывая на багровую от досады Дашу. Типа, у тебя шанс был, а теперь ни парня с машиной, ни Москвы.

— Да норм тачила, — отозвался кто-то с «камчатки». — Вадя, бро, а ты случаем не внебрачный сын Корнеева?

В аудитории раздался смех, я тоже поулыбался. Легенда работает сама по себе.

Пара продолжалась, и Кашин, вопреки обыкновению, нас двоих с Лёшей спрашивать не стал, типа, а зачем теперь? Хотя на экзамене он оторвётся.

После пары все пошли на физру, но я отпросился у препода с занятия. Пока же сидел рядом с библиотекой, чтобы сдать книги после перерыва и поехать по своим делам.

И тут ко мне подсел один недавний знакомый.

— А не боитесь, что вас тут увидят? — спросил я.

— Ты же меня раньше не сдал, а сейчас тебе это зачем?

Старый разведчик Верещагин засмеялся, широко открыв рот, но взгляд у него оставался серьёзный.

— Ну, я так вижу, главный приз ты забрал.

— А я помню, что вы дали мне хорошую наводку про санитара и транспорт, — сказал я. — Вторая сработала.

— Подтолкнул в нужную сторону, — старик кашлянул. — Искал ты сам. Слушай, когда закончится, я могу тебе дать рекомендацию, чтобы взяли к нам. Конечно, придётся послужить в армии, но ты там не потеряешься.

— Чтобы взяли в ГРУ? Это же военная разведка.

— У тебя котелок варит, нам такие нужны. Вот только ты не загордись, — сказал он строже. — Тебя же заметили все, даже враги.

— «Альбион»?

— Они вытащили Епископа из тюрьмы строгого режима. Это даже уровень не «Альбиона», а того, кто может договариваться с государствами. Против таких тяжело сдюжить.

Как и я думал сегодня. А Верещагин продолжал:

— Ты уже втянут в эту Игру. У тебя котелок варит, но доктор и Епископ найдут способ, как тебя за этот ум взять. Они в этой Игре уже много лет, всё там знают. Попомни моё слово, ведь другие их не осилят. И мне всё ещё интересно, как ты тогда узнал Епископа, — напомнил он.

— Скажу. Если скажете, что нужно вам. Потому что меня предупреждали, что ко мне будут подходить и вербовать. И вы под это подходите.

— Кто там такой умный? — возмутился Верещагин.

Он замолчал, когда мимо прошёл припозднившийся студент с полноразмерными наушниками на голове. Вряд ли он что-то слышал, но старый разведчик не стал рисковать.

Только через пару минут он продолжил:

— Они ударят резко, когда ты не будешь этого ожидать, потому что они приняли тебя всерьёз. А Рогов с такими врагами ещё не сталкивался, он не вывезет.

— А вы вывезете? — спросил я.

— Хотя бы смогу показать, как принять их удар. Так что если надумаешь поговорить, свяжись со мной, контакты оставлю.

— А чего вдруг вы решили тряхнуть стариной?

— Лишь бы она не отвалилась, — с усмешкой произнёс Верещагин.

Он ушёл. Действует хитро, не даёт всю инфу, чтобы я сам за ним бегал и выспрашивал. Но этот контакт я замыкаю на себя. Старый ГРУшник со своими связями может пригодиться, ведь я не знаю, кому сейчас можно доверять, и мне нужны те, кто не находится в структуре «Контура». Мало ли что будет дальше.

Да и вообще, я в последнее время познакомился со многими хорошими людьми, которые мне помогали. Но здесь момент — с людьми, а не с организациями, которые они представляют.

Наташа и мой новый друг Глеб Шилов — люди надёжные, которые прикроют, но они в «Контуре», которому я больше не могу доверять. Рогов наверняка не знает всех деталей, но он зависит от Корнеева, а тот достаточно умён, чтобы повернуть ситуацию в свою пользу, даже не говоря о сути.

Майор Холодов из ФСБ и опер Рогачёв из полиции тоже мне помогали, но чекистам и ментам в общем тоже не могу доверять.

Зато помню, что у «Контура» конфликт с местным УФСБ, и Зубов оттуда явно настроен против них.

Короче, надо работать с людьми, а не с конторами. Людей знаешь, с ними есть, о чём поговорить, и убедить, как надо сделать.

Но сейчас задача другая, более срочная. Мне надо проверить, что изменилось в проекте «Периметр» за последние месяцы, а для этого нужно будет проникнуть туда, не оставляя следов, как однажды сделал сам Туман.

Потому что в здешнем филиале он узнал что-то важное, что помогло ему закончить дело. Он только убежать не смог.

Я уехал из института, остановился на парковке у супермаркета, где оставил машину и телефон, и дальше пошёл пешком. Уже вскоре я увидел бизнес-центр, где располагался филиал фирмы Корнеева, куда тогда проник Туман.

Там есть одно слабое место, которое они точно не убрали.

И действовать надо по уму. Для Корнеева буду играть юного таланта, который использует чужие навыки для поимки подкупленного агента в ближнем круге айти-бизнесмена. Для «Контура» — перспективным новичком, за которым они присматривают, не понимая, откуда взялись эти таланты.

А для Ланге — будто в панике ищу лекарство от собственного забвения.

Ну а для всех остальных — самим собой.

Глава 6

Я покрутился рядом с бизнес-центром. Сейчас уже знал, как Туман собрал первичные данные по проекту. Он использовал операцию аж с тремя слоями. Его три агента, которых он называл драконами, обеспечивали ему лазейку в системе безопасности, а сам он смог найти способ проникнуть в их сеть.

Ну а для того, чтобы попасть внутрь и украсть тот планшет, он использовал девушку-администратора по имени Юля. С ней ещё мутил агент по прозвищу Техник. Но о драконах и Юле Ланге знает, а вот третий слой операции есть только в моей памяти.

И у меня был отличный способ пробраться в офис, причём без подозрений. Так что вошёл в здание и сразу направился к охране.

— Здравствуйте! Вадим Лебедев.

— А должен быть в списке? — спросил охранник, нахмурив лоб.

— Да, мне в кадры надо зайти, там в приказе расписаться.

Меня и правда звали, ведь официально я получил стипендию от фирмы Корнеева и приглашение на работу, стоит воспользоваться. Так что совместим одно с другим.

Много времени внутри не провёл, только осмотрелся и освежил память. И нашёл главный секрет Тумана, который он так глубоко зарыл в своей памяти, что я прошёл мимо него. Хитро... но пока этим пользоваться рано.

В кадрах сделал вид, что забыл документы дома, и пообещал придти в следующий раз, после выходных. Тогда уже и проведу операцию так, что никто этого не увидит.

Ну а когда вышел из офиса, пошёл в кофейню неподалёку отсюда, ведь у меня было ощущение, что сегодня меня ждёт встреча. Как раз подходящий момент, когда рядом никого не было, меня же несколько дней как не охраняли. Сложно постоянно держать охрану рядом, поэтому договорились, что я не буду теряться надолго и всегда говорить, куда направился.

В кофейне я заказал арабский кофе без сахара с кардамоном и сел за столик у окна. Пока ещё не всё сходилось в моих планах. Ланге перешёл в наступление, поэтому позвонил мне сам, чтобы я в панике, теряя тапки, побежал добывать нужные ему данные.

Ещё послал рыжую змейку, и я решил, что для него неважно, узнаю я её или нет. Если бы меня контролировал Туман, он, тот ещё бабник, точно бы на неё клюнул. А если нет, то Ланге думал, что миловидная наёмница, змейка, ученица Матери-Кобры, затуманит мне голову, хех.

Но он не учитывал, что это может работать в обе стороны. Я смогу передать ему нужные мне данные.

Заказал ещё кофе и сделал вид, что удивился, когда в кофейню вошла та рыжая незнакомка, которая ночью поранила ногу рядом с моим домом, наступив на стекло. При виде меня она напряглась, а затем очень тепло улыбнулась.

Да уж, полгода назад я бы от этой улыбки поплыл.

— Ой, это вы! — воскликнула рыжая змейка. — А я думала, больше не увидимся. Вы так мне помогли.

— Да, ерунда, — с нарочитой скромностью сказал я. — Кофе не хотите?

Ускорим работу, чтобы она не торчала рядом со мной месяц и не следила за мной. Надо сделать всё быстрее, чтобы, наконец, заняться своими делами в полную силу. Так что я играл роль пацана, у которого от такого внимания со стороны красивой девушки выключились мозги.

Рыжая, которая представилась Олей, вести себя умела грамотно. Внимательно слушала всё, что я говорю, охала, улыбалась и заглядывала в глаза. Одета она была на первый взгляд достаточно скромно, но по факту гардероб был подобран так, что фантазия достраивала то, что скрыто под платьем.

Всё как по учебнику соблазнений.

— А я в Москву скоро переезжаю, — форсировал я события.

— Классно, — сказала Оля. — Я сама оттуда. Работать, учиться?

— Ну так, в одно место, — сделал вид, что не хочу говорить.

— А вы не в фирме Корнеева работаете? — спросила она с улыбкой, показывая на бизнес-центр.

— Ну, не совсем, но типа того.

Напрямую не говорил и вихлял, чтобы убедить её в том, что я просто пытаюсь это скрывать. Она точно не знает о Тумане, в инструктаже ей скорее всего передали, что я могу что-то стащить из офиса Корнеева, и ей дали задачу это у меня отобрать.

А змейка должна быть не одна. На окно кофейни наверняка был направлен микрофон, да и камеры наверняка взломаны. Такие в одиночку на дело не ходят.

* * *

Дальше я вернулся к машине и поколесил по городу, чтобы снять любой внешний хвост. Наверняка они следили за зданием, но вряд ли развернули за мной полноценную систему слежки. Иначе ФСБ или «Контур» их вычислит.

После этого начал готовиться всерьёз. Нашёл на «Авито» планшет, не проходивший сертификацию в «Ростесте», у него даже вилка от блока питания была китайской, и сразу за ним съездил. Купил у того же продавца мини-ПК, на который надо залить прошивку и поставить в машину. На первое время пойдёт, потом соберу новый. Также зашёл в магазин радиотехники, купил ещё пару деталей.

Вернулся домой с модулем связи, который вытащил из машины. И начал работу. Планшет разобрал, взял паяльник. Заменил батарею и кое-что там подхимичил, как умел Туман, и добавил сюрприз. А под пластиковую крышку врезал одну из оставшихся монет Техника. Эта умеет подать сигнал нужной сигнатуры, его я уже настроил. Пригодится, если что-то пойдёт не так.

На сам планшет поставил кастомную прошивку, скачав её с сервера Тумана, на котором у него лежали всякие полезные для меня, но очень вредоносные для компьютеров вещи. Вставил симку, одну из последних тумановских.

Планшет был нужен для конкретных целей. Я залил на него некоторые старые данные, которые ещё давно раздобыл у Тумана, чтобы выглядело реалистично, и добавил туда пару незначительных презентаций с планшета Давида Корнеева, найденного мною в машине Тумана.

Главная цель не только в том, чтобы убедить их, будто я стащил его из офиса. Планшет сразу должен попытался связаться с сервером и передал мне данные как о месте, где они находятся, так и данные с микрофона и камеры. Так я смогу узнать о них больше, ещё пойму, кто из команды Корнеева связан со змейкой. А ещё планшет заразит компьютер, к которому этот планшет подключат, причём незаметно.