Александр жив. Континуум Александра. Цикл "Александр". Книга 1

Глава 1. Неправильный рассвет

Македонян пускали по одному.

Александр сперва не понял, почему они идут так тихо. После победы люди проходили перед ним иначе: теснились, старались поймать взгляд царя, кто-нибудь обязательно выкрикивал имя товарища или напоминал о старой ране. Теперь слышались осторожные шаги, скрип кожи да редкий звон пряжки. Воины входили без плащей и оружия, и вместе с каждым человеком в комнату тянуло потом, пылью и дорогой — запахом, который за годы похода стал привычнее дворцовых благовоний. У двери раз за разом шептали: не задерживайся.

Александр хотел спросить, кто распорядился устроить это шествие, но язык не слушался. Во рту пересохло так, что губы прилипали к зубам, а попытка поднять руку закончилась движением пальцев по покрывалу. Собственное тело бесило своей тяжестью. Ещё недавно он мог провести день верхом после бессонной ночи, спрыгнуть с коня и идти осматривать укрепления; сейчас даже для поворота головы приходилось собираться с силами.

Первого воина, которого удалось рассмотреть как следует, он, кажется, знал. Старик стоял в нескольких шагах от ложа, сильнее обычного сутулясь; от виска по скуле тянулся давний шрам, правое плечо было ниже левого. Имя не приходило. Раньше человек вспоминался вместе с местом — у Исса, на переправе, у разбитой стены — и с тем, как держал щит или кого вытащил из-под коня. Теперь оставалось только лицо. Александр попробовал ещё раз вспомнить имя и не смог.

Старик что-то сказал, но Александр не разобрал слов. Он напряг шею и приподнял голову. Воин заметил движение, задержался и вышел. За ним вошёл следующий.

Понадобилось ещё несколько человек, прежде чем Александр понял: македоняне настояли, чтобы их пропустили к царю проститься. Один был так молод, что Александр не помнил его вовсе; другой шёл, бережно перенося вес с ноги на ногу, и возле ложа сказал достаточно громко, чтобы услышали у двери:

— Пусть Зевс ещё не отдаёт тебя Аиду.

Его поторопили. Александр закрыл глаза. Значит, дело дошло до этого.

Под веками плавал красный свет. Где-то за стеной дважды ударили в бронзу. Вавилон уже проснулся: на Евфрате двигались лодки, у складов принимали зерно, писцы вдавливали клинья во влажную глину. Ещё недавно из этих комнат Александр требовал людей, кораблей, серебра и известий. Сегодня никто не спрашивал его даже о том, кого впустить следующим.

Последние дни вспоминались плохо. Жар. Ванна. Чужие руки, поднимавшие ложе. Его несли к обычной жертве, потому что отказаться от неё он не захотел даже тогда, когда идти сам уже не мог. Он помнил дым и огонь, лица вокруг, потом снова потолок, жажду и воду по глотку.

Кто-то смочил ему губы. Александр открыл глаза и увидел Роксану. Она сидела у стены, придерживая ладонью тяжёлый живот; волосы прилипли к вискам, под глазами залегли тени. За последние дни он не раз принимал явь за лихорадочный сон, но сейчас её лицо было отчётливым. Роксана встретила его взгляд и не стала улыбаться ради него.

Он попробовал произнести её имя. Получился только воздух. Роксана поднялась, однако лекарь тихо сказал ей что-то и жестом попросил подождать.

Александр попытался возразить. Из горла вышел хрип. Лекарь наклонился ближе, словно пытался понять, просит ли царь воды, но приказа не услышал. Александр раздражённо отвернулся к стене.

Роксана всё же подошла, когда последний воин вышел. Она села возле ложа и взяла Александра за руку; её пальцы показались холодными лишь потому, что его самого всё ещё жгло.

— Они требовали видеть тебя, — тихо сказала она. — У дверей уже начинали кричать.

Александр моргнул.

— Да, — сказала Роксана, поняв его по-своему. — Я тоже предпочла бы, чтобы они пришли не прощаться.

Он закрыл глаза. За дверью ещё некоторое время переговаривались люди, потом голоса один за другим стихли в глубине дворца.

***

Ночь осталась в памяти кусками. Александр приходил в себя, видел лампу, чувствовал горечь во рту и ладонь лекаря на лбу, слышал приглушённые голоса за занавесью. Иногда успевал понять, где находится, прежде чем снова провалиться в сон или жар.

Один раз он услышал имя Пердикки, позднее — Кратера и Антипатра. Ещё позже за занавесью заговорили о храме. Александр различил имена Пифона, Селевка и Сераписа и после нескольких фраз понял: их послали спросить бога, следует ли переносить царя в святилище.

Он слушал, как люди спорят, куда нести его ложе. В другой день потребовал бы привести спорящих к себе. Теперь не мог даже окликнуть их.

Другие дела шли без спора у его постели. Кратер вёл отпущенных ветеранов на запад. Антипатру было велено покинуть Македонию и явиться к царю. На Персидском заливе готовили суда для похода к берегам Аравии. Гонцы, вышедшие до болезни, продолжали путь с его словами и печатями.

Александр пытался вспомнить, какой приказ ушёл последним, но последовательность расползалась. Он привык месяцами не видеть людей, которым отдавал распоряжения: войско всё равно получало пищу, караулы сменялись, серебро считали, корабли строили. Сейчас непривычным было другое — он лежал в нескольких шагах от тех, кто продолжал исполнять его волю, и не мог спросить, что уже сделано.

Под утро пришёл озноб. Лекарь позвал помощников; Александра укрывали, потом снова раскрывали, вытирали пот, давали пить понемногу. Он сперва решил, что начинается ещё один приступ, но спустя некоторое время жар показался слабее. Дышать стало легче. Александр не доверился этому сразу и лежал неподвижно, прислушиваясь к телу так же настороженно, как после падения с коня прислушивался к повреждённой руке или ноге.

Сил не прибавилось. Голова оставалась тяжёлой, суставы ломило, пальцы дрожали. Лекарь ещё раз потрогал лоб и шею, сменил влажную ткань и ничего не сказал. Александр тоже промолчал. После стольких дней жара одного прохладного часа было мало.

***

Проснулся он от серого света. Высоко в стене светлели узкие проёмы, и в комнате ещё держалась предрассветная прохлада. У стены, неловко привалившись к камню, спал лекарь; возле погасшей лампы стояла плошка с остатком масла, рядом — вода и сложенные ткани.

Александр полежал, ожидая возвращения жара. Тело болело после неподвижности, высохший пот стягивал кожу, но мысли больше не рвались на каждом вдохе.

Он согнул пальцы правой руки, потом левой и сказал:

— Воды.

Голос оказался тише, чем он рассчитывал. Лекарь не проснулся.

— Воды.

Тот вздрогнул, открыл глаза и несколько мгновений смотрел на Александра, будто не верил, что услышал речь.

— Воды, — повторил царь.

Лекарь вскочил, задел столик и поймал чашу прежде, чем она упала.

— Два глотка.

— Дай сначала один.

Вода была тёплой. Александр сделал глоток, потом второй и не стал спорить, когда чашу убрали. Руки после этого дрожали сильнее.

— Жар?

Лекарь коснулся его лба и шеи.

— Меньше.

— Жертву сегодня приносили?

— За тебя — да. Ещё до рассвета.

— Что сказали о знамениях?

Лекарь помедлил.

— Что они добрые.

— Мне всё равно сказали бы добрые.

— Тогда спроси жреца сам, когда сможешь спорить с ним дольше двух фраз.

Александр всмотрелся в него. Лекарь не отвёл глаз.

— Пифон с Селевком вернулись?

— Да. От Сераписа передали: тебя не следует переносить в храм. Оставить здесь.

Александр прикрыл глаза.

— Хорошо. На сегодня мне достаточно богов, которые не велят никуда идти.

У лекаря дрогнули губы.

— Как тебя зовут? — спросил Александр.

Тот явно не ожидал вопроса.

— Дифил.

— Дифил. Кто приходил?

— Пердикка. Птолемей. Певкест. Эвмен несколько раз спрашивал, можно ли принести записи.

— Позови Эвмена.

— После сна.

— Сейчас.

— Ты едва говоришь.

Александр повернул голову слишком быстро; комната качнулась, и пришлось закрыть глаза. Он переждал дурноту.

— Если жар вернётся, я опять останусь без голоса. Эвмен нужен сейчас. Потом укладывай меня сколько захочешь.

Дифил нахмурился, но спорить перестал.

— Роксане скажи сам, что я проснулся. И когда смогу сидеть, меня надо вымыть. Я пахну хуже конюшни после дождя.

— Сначала научись сидеть и не падать.

— Этого я от тебя и добиваюсь.

Дифил покачал головой и вышел. За дверью послышались шаги; со двора донёсся скрип колеса и чей-то кашель, издалека тянуло дымом утренней жертвы. Имя воина со шрамом так и не вернулось. Александр попробовал ещё раз, бросил это и стал ждать Эвмена.

***

Эвмен пришёл с пустыми руками.

— Ты просил принести записи, — сказал Александр. — Где они?

Кардиец остановился у ложа. Волосы у него ещё не были приведены в порядок, одежда выглядела так, будто он надел первое, что попалось под руку.

— У писцов.

— Тогда зачем пришёл?

— Посмотреть, сколько ты способен выслушать, и понять, что искать первым.

Александр недовольно повёл пальцами по покрывалу.

— Сколько дней я уже не решал ничего нового?

— Четыре наверняка. С пятым можно спорить: кое-что только подтверждали из того, что было приготовлено раньше.

— Что делали без меня?

— То, на что уже был приказ. Платили, кормили людей, меняли караулы, продолжали работы. То, что могло ждать, в основном ждало. В остальных случаях кто-то всё равно должен был решить.

— Кто решал от моего имени?

Эвмен помолчал.

— Сначала подниму записи.

— Я спросил имя.

— А я пока знаю несколько имён и слишком много пересказов. Назову одно, а через час выяснится, что человек исполнил твой старый приказ и ничего нового не придумал.

Александр смотрел на него, пока не устали глаза.

— Хорошо. Что знаешь наверняка?

Кратер продолжал путь с ветеранами. Приказ Антипатру оставался в силе, но сведений о его отъезде из Македонии не было. Работы для аравийского похода не прекращались. Во время болезни прибыли посольства и гонцы; часть ещё ждала ответа.

— А что ушло отсюда?

— Проверяю. Мне нужны не только письма. Кто передал приказ, кто его записал, кто видел отъезд гонца. Иначе мы будем разбирать дворцовые рассказы.

Александр прикрыл глаза на несколько вдохов, потом снова открыл.

— Кратер. Антипатр. Корабли и Аравия. Посольства, которым ответили без меня. Приказы сатрапам. С этого начни.

— Хорошо.

— Потом остальное. Для каждого приказа хочу понимать хотя бы, ушёл ли он отсюда и пришёл ли ответ.

Эвмен кивнул.

— Аравийские приготовления остановить?

Александр не ответил сразу.

— Нет. Пусть делают то, что уже разрешено. Нового пока не добавлять. Сначала принеси, что успели сделать.

Эвмен снова кивнул.

— Ещё одно. Никто не отдаёт нового приказа от моего имени, пока я его не слышал или не видел. Старые приказы из-за моей болезни не отменять. Если ждать нельзя и кто-то решит сам, я хочу знать его имя.

— Это лучше повторить при свидетелях.

— Приведи Певкеста и Птолемея, если он ещё здесь.

Эвмен поднялся.

— Когда принесёшь записи?

— Когда разберусь, какие стоит нести.

— Начинай сейчас.

Эвмен дошёл до двери.

— Эвмен.

Он обернулся.

— Сколько сообщений о моей смерти уже ушло из Вавилона?

На этот раз кардиец ответил не сразу.

— Если ушли, искать их придётся не среди твоих приказов.

— Могли уйти?

— Могли.

— Тогда ищи и их.

***

Позже пришли Певкест и Птолемей, и Александр повторил распоряжение. На середине пришлось остановиться, выпить воды и переждать слабость. Оба выслушали до конца. Эвмен повторил приказ вслух; Александр кивком подтвердил, что тот понял его верно.

Когда всё было закончено, Певкест задержался.

— Во дворе готовят благодарственную жертву.

— Пусть приносят, — сказал Александр. — Только болезнь ещё не кончилась.

Певкест кивнул.

Дифил выгнал остальных и помог Александру лечь ниже. На этот раз царь не сопротивлялся. За дверью уже спрашивали, правда ли он снова говорит; ответ передали шёпотом, потом тот же вопрос прозвучал дальше по коридору. Во дворе закричал бык, приготовленный для жертвы.

За дверью кто-то произнёс имя Кратера, потом Антипатра. Александр вспомнил о гонцах, ушедших до болезни, и хотел ещё спросить Эвмена, какой из них выехал последним. Он уже набрал воздух, но понял, что звать кардийца снова не хватит сил. Закрыл глаза, собираясь лишь переждать слабость, и уснул.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.