Очнулась Илона лёжа на полу на спине. Руки и ноги были привязаны к металлическим штырям и воткнуты в старые доски. Вокруг неё горели четыре большие свечи и солью был нарисован контур какой-то фигуры. Дмитрий с закрытыми глазами, в чёрном балахоне и кинжалом в руках, стоял рядом и одними губами читал заклинание.
Гул в голове не давал девочке сосредоточиться и понять, что происходит. Она сначала даже подумала, что сошла с ума и у неё галлюцинации. Но когда он наклонился к ней с кинжалом, она от ужаса не смогла даже закричать, спазм сдавил горло и вырвался только тихий сип.
Он слегка уколол центры ладоней и в них начала понемногу набираться кровь. Илона попыталась дёрнуться, но ничего не получилось. Кожаные ремни и верёвки надежно фиксировали тело и не позволяли двигаться. Головой, тоже прижатой к полу ремнём, двигать не могла, поэтому не видела, что в углу, на кресле сидит связанная мама с кляпом во рту.
– А теперь, дорогая, ты отдашь мне добровольно силу вашего рода. Всю, до последней капли. И лучше сделать это побыстрее. У меня мало времени.
Колдун схватил бессознательное тело женщины и поставил его рядом с соляным контуром. Слёзы, которые стояли в глазах девочки, хлынули потоком, орошая грязные доски пола. Он вернул мать на кресло и опять подошел к ней.
– Если я не вытащу кляп, она задохнётся через несколько минут. Это твой выбор, Илона. Бабке своей ты уже не поможешь, а вот матери – вполне.
Девочка одними губами произнесла «я согласна», хотя не понимала, про что он говорит и какую силу хочет забрать. Колдун быстро проткнул свои ладони, затем встал на колени по обе стороны от её ног и приложил свои руки к её.
– Теперь твоя очередь. Закрой глаза, назови меня своим кровным братом и скажи следующие слова: «Я, Илона Залесская, родовая ведьма в седьмом колене, добровольно передаю свой дар в вечное пользование Дмитрию Радионову…»
– Дима?.. – раздался голос удивленной Алевтины Захаровны, не дав ему договорить.
Колдун замер и уставился на девочку. Её глаза помутнели, а рот растянулся в жуткой злорадной улыбке.
– Ну привет, Дима, давно не виделись. А я думала, что ты поумнел, остепенился… Значит, тебе всё неймется. Не получилось у бездарного ученика достичь чего-то значительного, решился наш Дар забрать. Не хорошо, Дима, против Бога идти. Не ты дал – не тебе забирать!
Голос, в начале тихий и вкрадчивый, под конец стал громогласным, и как будто хлестал по мужчине наотмашь. Так и сидя над девочкой и держа её за руки, он дергал головой из стороны в сторону и пытался встать, но старая ведьма не отпускала.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: