– Вот и не лезьте не в своё дело! Нужно вызвать опергруппу.
Капитан утвердительно промычал в ответ, сплюнул и скомандовал сержанту:
– Теперь давай левую руку.
– Свою? – удивился тот.
– Его, идиот! – едва не простонал капитан Захарченко.
Ершов молча курил. Он видел, как убитый горем внук с помощью рослого товарища вынес из морга завёрнутое в простыню тело горячо – не каждый ведь попрётся сюда за телом посреди холодной ночи! – любимой родственницы и как они с трудом разместили его на заднем сидении. Бабулька оказалась женщиной довольно рослой, что говорило о том, как измельчала её семья за полвека. Затем машина завелась и уехала.
Никаких побочных ассоциаций она у майора не вызвала. Ему продолжала не давать покоя мысль, кто же объявил сегодня этот проклятый «Перехват» и что он с ним сделает. От сигареты снова начало поташнивать. Ужасно захотелось горячего чаю. Было бы неплохо, чтобы с лимоном.
00:54
– И куда теперь? – не без сарказма поинтересовался Данков. – На кладбище?
– Нет, туда нам нельзя, – ответил Сергей после непродолжительной паузы. – Если тело завтра найдут и снова приволокут в морг, то бабка не выдержит.
– Какая бабка?! Мы же мужика загрузили! Слава богу, волки сегодня оказались настолько тупыми, что не стали ничего проверять! – Вовка заскрежетал зубами. – Ух, хулера ясна, ненавижу!
– Я имею в виду дежурную, – спокойно пояснил Бирюк. – Она обязательно поднимет шум, а волки, – тут он фыркнул, – какими бы тупыми не казались, в этот раз уж точно номера засекли.
– И что ты предлагаешь?
– Нам нужно спрятать его на несколько дней.
– Глубокая мысль, – кивнул трупокрад поневоле. – И где же нынче прячут ворованные тела?
Вопрос был не в бровь, а в глаз. Сергей тоже об этом не имел ни малейшего понятия. Как насквозь современный человек стараниями средств массовой информации он был совершенно убеждён в том, что трупы находят везде, где бы те не прятались. Сами или с чужой помощью. На свалках, в канализации, в подвалах и на чердаках… Одним словом, у него уже сложилось поразительное впечатление, что покойники – единственный доступный клад, даже если…
– А что, если нам его закопать?
– Где?! – Вовка даже притормозил от настолько прямолинейного предложения.
– Да где угодно! На выезде из города, к примеру. Я там как раз местечко знаю около заброшенного крематория.
– Ты думаешь, что говоришь? Идёт операция «Перехват», проверяют все машины, а тут мы со старым покойником. Вот уж доставим им удовольствие!
– А ты что предлагаешь? – обиделся на издёвку в голосе друга Сергей.
– Отвезём его к тебе домой, – заявил по зрелом размышлении Данков. – Пусть до завтрашнего вечера полежит, а завтра ночью закопаем.
– Ты с ума сошёл!!! – возмутился друг, и в ответ на вопросительный взгляд тут же обосновал фразу: – У меня дома мать!
– Сам же говоришь, что у неё зрение плохое, – тут же нашёлся Вовка. – Скажем, что, мол, приятель перебрал…
– А завтра вечером он тоже будет не в состоянии передвигаться, и мы скажем, что его разбил паралич, да?
Данков хмыкнул. Идея была хороша, но и в словах друга есть своя правда. Некоторое время они медленно ехали молча. Вдруг Сергей оживился:
– Давай отвезём его к тебе! Ты живёшь один. Твоя домохозяйка в отъезде. Никаких свидетелей!
– Кроме соседей. Я же снимаю квартиру на пятом этаже.
– Вот им как раз и можно сказать, что приятель перебрал, – Бирюк старался быть очень убедительным, когда дело касалось его шкурных интересов.
– И шляется в подъезде в чем мать родила! – фыркнул Вовка. – Эксгибиционист он у нас, так выходит, да?!
Сергей бросил оценивающий взгляд на друга, а потом сказал:
– Вы с ним почти одного роста. Найдёшь ему что-нибудь одеться…
Какое-то время тот ещё неуверенно сопротивлялся, но доводы Бирюка становились всё убедительнее и, в конце концов, они подъехали к неосвещённому подъезду пятиэтажного дома, где снимал квартиру.
– Темно, – с одобрением констатировал Бирюк. – Сейчас мы можем его не одевать.
– Вот уж несказанно повезло, – зло буркнул Данков. – Если бы не ты, хулера ясна, я давно спал бы. Мне снилось бы всё, что угодно, но только не переноска голых трупов.
– Таковы суровые реалии бытия, – отмахнулся Сергей, вышел из автомобиля и осторожно прикрыл дверцу. – Нечего рассиживаться – берём и потащили.
– Не рассчитывай, что я ещё повезу тебя домой, – сказал Вовка, вытаскивая голые ноги из салона. Они были холодные и мясистые, как два дохлых удава.
– Догадываюсь! – Друг подхватил тело.
Стараясь громко не материться, они с грехом пополам занесли тело на пятый этаж. Опустив свою половину покойника, Данков открыл входную дверь и зажёг свет.
– Куда теперь? – спросил Бирюк, оказавшись вслед за ним в коридоре.
– На балкон. Пусть воняет там.
Кряхтя, они потащили труп дальше.
– А соседи? – эта мысль пришла в голову Сергею, когда друг уже взялся за замок, чтобы открыть дверь.
– Здесь лоджия. Даже самая любопытная дура неспособна видеть сквозь доски, – успокоил его Вовка.
– Логично.
Они бросили тело на бетонный пол и вернулись в квартиру. Там, тяжело дыша, Бирюк сел на диван и поинтересовался таким тоном, будто таскать трупы для него самое привычное, но немного утомительное дело:
– А выпить у тебя ничего нет?
– Только чистый спирт. – В ответе чувствовалась гордость за стоматологию.
– Разводи. Не знаю, как ты, а я чувствую настоятельную потребность. Всё-таки большое дело сделали!
– Угу, – недовольно промычал Данков уже из кухни, доставая из холодильника апельсиновый сок. – Чем толще труп, тем солиднее дело, чёрт бы тебя побрал!