Маяк
Олег Свиридов
Эта короткая история о том, как один день из жизни смотрителя маяка изменил его жизнь.
Олег Свиридов
Маяк
Обычное хмурое утро. Мелкий снег срывается с серого неба и, не долетая до земли, превращается в ледяные капли дождя. Шум разбивающихся о скалы волн изредка прерывается криком недавно проснувшихся чаек. Воздух в этих местах необыкновенный. Едва вдыхая его, ты становишься един с океаном. Все вокруг было серым, но оттенков этого серого цвета, невозможно было сосчитать. Небо, скалы, океан, волны, чайки, дорога, трава, небольшое здание – все это имело свой неповторимый серый оттенок. На фоне этого серого царства исполин, с ярко красными полосами на теле, выглядел еще могущественнее. Это был старый маяк. Уже несколько сотен лет он провожает в плавание моряков и суда и дарит надежду и покой возвратившимся.
Душой этого маяка был Клод. Можно сказать, он был потомственным смотрителем маяка. Его дед, а потом и отец, обслуживали и ухаживали за старым гигантом. Клод собственно и родился у его ног. Быть смотрителем маяка – это значит быть ни как все и обладать своей неповторимой философией. Многие думают смотритель это тот же сторож, но это очень глубокое и порой оскорбительное заблуждение. Многие ли смогут сутками, неделями, месяцами слушать шум волн и свист ветра в полном одиночестве? Многие ли смогут в шквальный ветер и дождь взбираться по скользкой лестнице на десятки метров, рискуя жизнью ради того что бы маяк работал исправно?! В этом деле остаются те, кто сумел впустить в себя душу маяка. Да да, поверьте мне… Все маяки в мире обладают своей душой. И кстати стоит заметить, что маяки тоже избирательны. Они готовы довериться далеко не каждому. Как говориться, тут дело в единении души металла и человека. Клод просто не мог не быть таковым. Маяк видел Клода с первых минут его жизни. Он видел первый шаг малыша, слышал первое слово. Знал и разделял все минуты счастья и горя с ним. После кончины отца Клод без сомнений занял его место, и стал жить как учили дед и отец.
Конечно, такая жизнь кажется ужасно скучной и однообразной. Но это второе заблуждение о маяках и их смотрителях. Ты живешь как бы в отдельном государстве. У тебя своя территория и свои законы. Ты должен рассчитывать расход топлива и провизии. Должен следить за состоянием маяка, а значит понимать работу механизмов и уметь их починить. Как правило, все смотрители охотники и рыбаки, что одновременно скрашивает их жизнь и позволяет иной раз побаловать себя пищей добытой и приготовленной своими руками. Такая жизнь не может быть скучна. Ты ответственный за маяк, а как ты будешь исполнять свой долг ни кого, по большому счету, не интересует.
Но как и в жизни любого человека у этих людей случается дни, которые запоминаются на всю оставшуюся жизнь. Об одном из таких дней нашего смотрителя я и постараюсь Вам рассказать.
***
Проснувшись, как обычно до рассвета, Клод слушал шум прибоя. Уже несколько дней подряд дул крепкий северный ветер и волны за эти дни выросли до 5 метров. Здание с жилыми и техническими помещениями и сам маяк стояли на краю прибрежной скалы высотой около 10 метров. Не смотря на это, здание то и дело накрывало соленым облаком брызг от разбивающихся волн. Наш герой принялся за обычные утренние хлопоты. Встав с постели и одевшись, он направился на кухню. Деревянный пол скрипел под ногами как палуба. Последние 2 месяца штормовая погода внесла серьезные корректировки в график поставки топлива и провизии на маяк. Первого было достаточно, а вот продукты приходилось экономить. Из-за этого завтрак был, прямо скажем, скудным. Приготовив себе кашу и травяной чай, Клод по обыкновению направился к окну. И с этого момента жизнь его изменилась навсегда.
Даже через туман и стекло покрытое солью, он увидел, что очертание скал у кромки воды не такое как обычно. Версий было две и обе не самые лучшие. Первая версия – скальный массив обрушился из-за шторма. Это не сулило ничего хорошего, поскольку возникла бы вероятность того, что почва под домом и маяком может обрушиться в любой момент. Вторая версия – на скалы выкинуло судно. Этого Клод не хотел больше всего. Забыв про завтрак, он побежал в прихожую. Одевая непромокаемый рыбацкий плащ и высокие унты, он решил на всякий случай взять с собой карабин и аптечку. Выбежав во дворик, он устремился к краю скалы. Во дворе стояла собачья будка. Но жила в нем не собака, а волчица, которую смотритель приручил несколько лет назад. Он назвал ее Кио. Волчица, увидев хозяина убегающего в туман, рванула за ним. Скала была не отвесной, но крутой, состоящей из огромных скользких и местами покрытых мохом валунов. По этому, по скале до кромки воды спускалась веревка. Схватив эту веревку, Клод начал движение вниз. Карабин был за плечом. Аптечку он доверил Кио и приказал ей спускаться вниз. Волчице не составило труда сбежать вниз по этой скале. Пока Клод спускался, он надеялся, что там внизу он найдет лишь обвалившиеся камни, но готовился к худшему развитию событий. Добравшись до низа, и, развернувшись лицом к океану, он оцепенел. О камни ночью разбилась старая шаланда! Ее корпус был металлический, а надстройка из дерева. Она имела всего один трюм и маломощный паровой двигатель. Камни разломили ее пополам точно по центру корпуса. Волчица, с аптечкой в зубах была уже на палубе. Клод, не долго думая, рванул к обломкам. Подбежав ближе, он начал кричать и предлагать помощь возможно раненым членам экипажа. В ответ только волны били о корпус погибшего судна. Оно лежало на правом борту. Добравшись до надстройки, смотритель начал искать людей на мостике, в кают компании, в каютах и в «машине». Но никого не было. Во всех помещениях царил хаос. Судно этой ночью побывало в ужасном шторме. Машинное отделение было по колено в воде, но двигатель еще был теплый. Крушение произошло не более четырех часов назад. Для того что бы сообщить о крушении Клоду надо было знать название этого судна, под флагом какой страны оно уходило в рейс и количество членов экипажа. Для этого он принялся искать судовой журнал на мостике в ужасном бардаке. Через четверть часа он его нашел. После этого вся эта история приобрела совершенно другой характер для нашего героя. Согласно судового журнала, судно называлось “TOR” и 5 дней назад оно поставлено в сухой док для распилки на металл. То есть это судно по документам уже не судно, а металлолом. Хотя по факту природа исправила несправедливость, и превратила его в груду обломков. Так же там говорилось, что эта шаланда поставлена в док в порту, который находится в 300 морских милях от места гибели. Каким образом она оказалось здесь, разбитая о эти скалы? Вопросы в голове Клода начали копиться как снежный ком. Что бы немного разобраться он начал более детально осматривать судно. Начал с кают экипажа. Вещи были свежие. Значит в момент крушения на борту был экипаж. Машина теплая, значит судно куда то шло. Но куда и зачем?! И почему об этом рейсе нет ни слова в журнале? Возможно, груз в трюме поможет хоть что-то понять. Клод выбравшись из накрененной надстройки на палубу, держась за леера, начал пробираться к месту разлома корпуса, что бы попасть в трюм.